Задача 7. Пищевая вспышка дизентерии, вызванная бактериями Флекснера.

В одном их организованных коллективов города Д. при относительном благополучии с заболеваемостью дизентерией (один случай острой дизентерии в октябре и три случая гастроэнтероколита в марте) с 28 марта по 8 апреля возникла вспышка дизентерии. За 11 дней в коллективе из 425 учащихся, проживающих в основном в общежитии, заболел 91 человек. Заболевания в большинстве случаев характеризовались острым началом, схваткообразными болями в животе, частым жидким стулом, обычно со слизью и кровью, повышением температуры. У 71 больного (78%) клинический диагноз был подтвержден выделением бактерий дизентерии Флекснера одного серотипа. Первые случаи заболевания отличались тяжестью и своеобразием клинического течения: в первый день наблюдались высокая температура (до 39-40 ^◦С), озноб, тошнота и рвота, сильная головная боль. Лишь на второй день появлялся частый жидкий стул со слизью и кровью. Наряду с такими тяжелыми формами наблюдались случаи средней тяжести и легкие, вплоть до бактерионосительства. Было выявлено 58 носителей бактерий Флекснера того же серотипа, у которых ни анамнестически, ни клинически не удалось установить перенесенного заболевания дизентерией.

В течение первых 7 дней от начала вспышки заболело 82 человека, что составляет 90,1% всех переболевших. Заболеваемость такого значительного числа учащихся в период, не превышающий сроки инкубации при дизентерии, общность этиологического фактора, питание всего коллектива в одной столовой и клиническое течение первых случаев заболевания, протекавших по типу пищевой токсикоинфекции, свидетельствовали о пищевом характере вспышки. Об этом же говорило и наличие заболеваний среди большинства групп учащихся, во всех жилых корпусах и почти во всех комнатах. Возможность водного пути происхождения вспышки опровергалась отсутствием дефектов в системе водоснабжения городского водопровода и доброкачественностью воды, доказанной лабораторными исследованиями до и во время вспышки. В результате обследования столовой, где питались заболевшие, обнаружен ряд нарушений санитарно-гигиенического режима. В смывах с различных предметов и одежды обслуживающего персонала была обнаружена кишечная палочка. Принимая во внимание, что кратчайший срок инкубации при пищевых вспышках дизентерии составляет 10-12 ч, а первые случаи заболевания появились в 2 ч 28 марта, предположили, что инфицированный продукт был употреблен 27 марта в период от 13 до 15ч. Такое предположение подтверждалось тем, что все заболевшие обедали в столовой, но не все из них завтракали и ужинали там 27 марта. Тщательное изучение меню и опрос заболевших позволили установить, что наиболее вероятным источником заражения была сметана, хранившаяся до употребления в пищу при комнатной температуре около 6ч. Ученица Р., находившаяся в изоляторе после аппендэктомии, в обед 27 марта ела только сметану и также заболела дизентерией.

Для выявления источника инфекции обследовали весь персонал столовой. У поваров Т. и С. На основании серологических и ректороманоскопических данных была заподозрена дизентерия. Тщательное клиническое и бактериологическое исследование установило у С. клинически выраженную острую дизентерию, подтвержденную выделением бактерий Флекснера тоже серотипа, что и у всех заболевших. Характерные изменения слизистой толстого кишечника и выделение бактерий Флекснера у повара Т., при отсутствии клинических симптомов заболевания, свидетельствовали о перенесенной им ранее дизентерии. Повар Т. в течение 20 дней до начала вспышки находился во внеочередном отпуске и к работе приступил только 24 марта. Можно полагать, что именно он явился источником инфекции при данной вспышке.

( По материалам И.М. Гольштейн и др. В кн.: Вопросы иммунологии, микробиологии и эпидемиологии кишечных инфекций. Днепропетровск, 1959. С. 132.)