Глава 1. Конфискация имущества в системе мер уголовно-правового характера.

1.1 Конфискация имущества есть принудительное безвозмездное обращение по решению суда в собственность государства следующего имущества:

1) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных частью второй ст. 105, частью второй ст. 111, частью второй ст. 126, ст. 127.1, 127.2, 146, 147, 164, частями третьей и четвертой ст. 184, ст. 186, 187, 188, 189, частями третьей и четвертой ст. 204, ст. 205, 205.1, 205.2, 206, 208, 209, 210, 212, 222, 227, 228.1, 229, 231, 232, 234, 240, 241, 242, 242.1, 275, 276, 277, 278, 279, 281, 282.1, 282.2, 285, 290, 355, частью третьей ст. 359 УК РФ, и любых доходов от этого имущества, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу. Среди этих преступлений:

– квалифицированное убийство;

– квалифицированное умышленное причинение тяжкого вреда здоровью;

– квалифицированное похищение человека;

– торговля людьми;

– использование рабского труда;

– нарушение авторских и смежных прав;

– нарушение изобретательских и патентных прав;

– хищение предметов, имеющих особую ценность;

– незаконное получение спортсменами денег, ценных бумаг или иного имущества, переданных им в целях оказания влияния на результаты указанных соревнований, а равно незаконное пользование спортсменами услугами имущественного характера, предоставленными им в тех же целях и т. д.;

2) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы;

3) денег, ценностей и иного имущества, используемых или предназначенных для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации);

4) орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому. Если имущество, полученное в результате совершения преступления, и (или) доходы от этого имущества были приобщены к имуществу, приобретенному законным путем, конфискации подлежит та часть этого имущества, которая соответствует стоимости приобщенных имущества и доходов от него.

Имущество, переданное осужденным другому лицу (организации), подлежит конфискации, если лицо, принявшее имущество, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий.

Если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

При решении вопроса о конфискации имущества в первую очередь должен быть решен вопрос о возмещении ущерба, причиненного законному владельцу.

При отсутствии у виновного иного имущества, на которое может быть обращено взыскание, кроме вышеуказанного, из его стоимости возмещается ущерб, причиненный законному владельцу, а оставшаяся часть обращается в доход государства.

Cтатья 104.2. Конфискация денежной суммы взамен имущества

Если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в статье 104.1 настоящего Кодекса, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

Статья 104.3. Возмещение причиненного ущерба

1. При решении вопроса о конфискации имущества в соответствии со статьями 104.1 и 104.2 настоящего Кодекса в первую очередь должен быть решен вопрос о возмещении вреда, причиненного законному владельцу.

2. При отсутствии у виновного иного имущества, на которое может быть обращено взыскание, кроме указанного в частях первой и второй статьи 104.1 настоящего Кодекса, из его стоимости возмещается вред, причиненный законному владельцу, а оставшаяся часть обращается в доход государства.

Конфискация имущества — мера уголовно-правового характера, заключающаяся в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства всего или части имущества, являющегося собственностью лица, совершившего преступление. В различных правовых системах конфискация может включаться в систему видов уголовного наказания или рассматриваться как иная мера уголовно-правового характера. Конфискацию необходимо отличать от принудительного взыскания ущерба, причинённого преступлением, путём обращения его на имущество осуждённого. В этом случае имущество изымается в пользу конкретного лица или на погашение конкретного ущерба, при конфискации же обращается в доход государства

Конфискация является одним из самых древних наказаний, известных уголовному праву. Конфискация широко применялась в Древнем Риме периода империи и в средневековой Европе. Изменение отношения к конфискации связано с эпохой буржуазных революций, в период которой представление о неприкосновенности частной собственности было возведено в ранг основных правовых принципов. Так, во Франции конфискация как уголовное наказание была отменена в 1790 году (после чего была восстановлена Наполеоном и вновь отменена в 1814 году), в Пруссии — в 1850 году

Виды конфискации

Можно выделить два основных вида конфискации: общую и специальную. Общая конфискация предусматривает изъятие всего имущества осуждённого, специальная — лишь определённых его видов. Как правило, в перечень видов имущества, подлежащих специальной конфискации, включается[1]:

орудия и средства, иные предметы, использовавшиеся для подготовки и осуществления преступного деяния;

денежные средства, иное имущество, полученные в результате совершения преступления;

предметы, изъятые из свободного оборота (оружие, наркотические средства и т. п.).

конфискации признано Конституционным Судом не соответствующим Конституции из-за нарушения принципа обязательного равноценного возмещения при отчуждении собственности.

Во многих странах, где общая конфискация сохраняется, её применение часто является ограниченным, так как эта мера оказывает крайне существенное влияние на условия жизни не только осуждённого, но и его семьи. Так, во Франции она может применяться только за преступления против человечества, а также незаконные производство, ввоз и вывоз наркотиковКроме того, обычно в законодательстве предусматривается также перечень имущества, не подлежащего конфискации. В него входит имущество, необходимое для жизни осуждённому или лицам, находящимся у него на иждивении: единственное жильё, земельный участок, мебель, одежда, детские товары и т. д.

Иногда предпринимаются попытки ввести в уголовное законодательство схожие с конфискацией институты. В 1992 году в Германии в законодательство было введено «имущественное наказание» (нем. Vermogensstrafe), которое назначалось одновременно с лишением свободы и имело форму взыскания денежной суммы, размер которой мог соответствовать общей стоимости имущества, имевшегося у осуждённого. Данная мера была заимствована в Парагвае (1998) и Эстонии (2001), однако в Германии её применение было признано противоречащим конституции и она была исключена из законодательства в 2002 году.

Специальная конфискация предусмотрена законодательством большей части государств мира (бывших югославских республик, Австрии, Выделяют два основных вида специальной конфискации: конфискация имущества и иных доходов, полученных в результате совершения преступления, и конфискация орудий и средств преступления. В ряде стран эти разновидности специальной конфискации чётко различаются, образуя самостоятельные уголовно-правовые меры (Австрия, Англия, Федерация Боснии и Герцеговины, Германия, Парагвай, США, Швейцария и др.). Как и в случае с общей конфискацией, она не касается сумм ущерба, подлежащих возмещению потерпевшему от преступления.

Специальная конфискация обычно рассматривается не как наказание, а как иная мера уголовно-правового характера (Австрия, Германия, Исландия, Испания конфискация — признаётся «дополнительным последствием» наказания. В то же время, в Азербайджане, Албании, Туркменистане, Филиппинах, Франции, Японии специальная конфискация рассматривается как вид дополнительного наказания, а во Франции она может выступать и основным наказанием[5].

Как правило, применение специальной конфискации возможно независимо от её наличия в санкциях статей особенной части. Это характерно и для стран, где она выступает институтом уголовно-процессуального права.

Интересной особенностью специальной конфискации выступает возможность её применения к лицам, которые не являются субъектами преступления, а получили доходы от преступной деятельности иным образом (например, выступили правопреемниками преступников). По УК Австрии, обогащение в результате совершения другим лицом преступного деяния, запрещенного под угрозой наказания, или за счет имущественной выгоды, полученной при совершении данного деяния, является правонарушением, наказуемым выплатой денежной суммы в размере такого обогащения. Похожим образом данный вопрос решён в законодательстве Федерации Боснии и Герцеговины, Венгрии, Германии, Дании, Литвы, Норвегии. Кроме того, специальная конфискация может применяться и к лицам, освобождённым от иных форм реализации уголовной ответственности.

Конфискация имущества в России

Конфискация предусматривалась ещё такими древними памятниками русского права, как Русская Правда и Соборное Уложение 1649 года. В Своде Законов 1832 года и Уложении о наказаниях 1845 года она предусматривается как мера наказания за политические преступления. Однако с принятием редакции Уложения о наказаниях 1885 года конфискация как вид наказания уходит из российского права.

Вновь институт конфискации был восстановлен после революции 1917 года и с тех пор включался во все принимаемые уголовные кодексы РСФСР. Он был включён и в первоначальную редакцию УК РФ, однако в 2003 году конфискация как вид наказания была исключена из уголовного законодательства.

Полное исключение конфискации из перечня наказаний и иных мер уголовно-правового характера стало предметом широкого обсуждения в научной среде. При этом значительное число авторов высказалось в негативном ключе, считая отмену конфискации необдуманным и вредным решением, негативно влияющим на состояние и тенденции преступности.

21 марта 2006 года для России вступила в силу Конвенция ООН против коррупции, согласно ч. 1 ст. 31 которой государства-участники должны принять принять «в максимальной степени, возможной в рамках его внутренней правовой системы, такие меры, которые могут потребоваться для обеспечения возможности конфискации: а) доходов от преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией, или имущества, стоимость которого соответствует стоимости таких доходов; b) имущества, оборудования и других средств, использовавшихся или предназначенных для использования при совершении преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией». Кроме того, положения о конфискации имущества содержались также в иных международных документах: ст. 12 Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности 2000 года; ст. 8 Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма от 9 декабря 1999 года; ст. 1, 13-16 Конвенции Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности 1990 года и др.

В 2006 году конфискация вновь была введена в УК РФ, однако уже не как вид наказания, а как иная мера уголовно-правового характера. Это было сделано Федеральным законом от 27.07.2006 № 153-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона „О ратификации конвенции совета Европы о предупреждении терроризма“ и Федерального закона „О противодействии терроризму“», поскольку положения указанной конвенции требовали введения конфискации имущества, используемого или предназначенного для финансирования терроризма. Однако законодатель не ограничился этим, и включил в законодательство и иные формы специальной конфискации.

Конфискация в действующем уголовном законодательстве[править | править исходный текст]

Конфискация регламентируется главой 151 УК РФ, входящей в раздел VI «Иные меры уголовно-правового характера».

Конфискация предполагает принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства имущества осуждённого на основании обвинительного приговора суда. Конфискация имеет сходство с наказанием в том, что она представляет собой меру государственного принуждения, назначаемую по приговору суда, что дало некоторым учёным основания утверждать, что по сути дела конфискация как иная мера уголовно-правового характера ничем не отличается от конфискации как наказания. В то же время, конфискация в действующем законодательстве направлена в основном на то имущество, которым виновный владеет незаконно, выступая дополнительным способом разрешения уголовно-правового конфликта; кроме того, её назначение является факультативным, зависит от усмотрения суда.

Цели конфискации во многом схожи с целями наказания: конфискация также направлена на восстановление социальной справедливости, имеет общепредупредительную и частнопревентивную направленность, способствует исправлению лица. Однако конфискация имеет и чётко выраженную цель восстановления нарушенных правоотношений, поскольку за счёт имущества, подлежащего конфискации, возможно возмещение ущерба потерпевшему.

Конфисковано может быть следующее имущество:

деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступлений, перечисленных в п. «а» ч. 1 ст. 1041 УК РФ, или являющиеся предметом незаконного перемещения через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС либо через Государственную границу Российской Федерации с государствами — членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС (оружие, наркотические средства и иные подобные предметы), и любые доходы от этого имущества, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу;

деньги, ценности и иное имущество, в которые имущество, полученное в результате совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями, указанными в в п. «а» ч. 1 ст. 1041 УК РФ, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы;

деньги, ценности и иное имущество, используемые или предназначенные для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации);

орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому.

Перечень преступлений, в связи с которыми возможна конфискация, достаточно ограничен. Он содержит такие деяния, как убийство и причинение тяжкого вреда здоровью с отягчающими обстоятельствами, похищение человека с отягчающими обстоятельствами, торговля людьми, использование рабского труда, некоторые преступления против избирательных прав граждан, нарушение авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, некоторые преступления против семьи и несовершеннолетних, фальшивомонетничество и некоторые другие экономические преступления, коррупционные преступления, преступления террористического характера, деяния, связанные с оборотом оружия, наркотиков, порнографических материалов и предметов, проституцией, некоторые преступления против основ конституционного строя и безопасности государства, против правосудия, мира и безопасности человечества. В то же время, в него не включены «традиционные» корыстные преступления, такие как хищения и вымогательство, большинство экономических преступлений. Ввиду этого многие учёные указывают на необходимость расширения данного перечня.

Если имущество, полученное в результате совершения преступления, и (или) доходы от этого имущества были приобщены к имуществу, приобретенному законным путем, конфискации подлежит та часть этого имущества, которая соответствует стоимости приобщенных имущества и доходов от него. Если полученное в результате совершения преступления имущество или доходы от него были переданы другому лицу или организации, они подлежат конфискации, если лицо, принявшее имущество, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий.

Если конфискация определенного предмета, входящего в подлежащее конфискации имущество, на момент принятия судом решения о конфискации невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета. Если же при данных обстоятельствах у осуждённого отсутствуют денежные средства, либо их недостаточно, суд выносит решение о конфискации иного имущества,

стоимость которого соответствует стоимости предмета, подлежащего конфискации, либо сопоставима со стоимостью этого предмета, за исключением имущества, на которое в соответствии с ГПК РФ не может быть обращено взыскание.

При решении вопроса о конфискации имущества сперва должен быть решен вопрос о возмещении вреда, причиненного законному владельцу. При отсутствии у виновного иного имущества, на которое может быть обращено взыскание, кроме полученного в результате совершения преступления и доходов от него, из его стоимости возмещается вред, причиненный законному владельцу, а оставшаяся часть обращается в доход государства.

1. Конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества:

Статья 104.2. Конфискация денежных средств или иного имущества взамен предмета, подлежащего конфискации

1. Если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в статье 104.1 настоящего Кодекса, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

2. В случае отсутствия либо недостаточности денежных средств, подлежащих конфискации взамен предмета, входящего в имущество, указанное в статье 104.1 настоящего Кодекса, суд выносит решение о конфискации иного имущества, стоимость которого соответствует стоимости предмета, подлежащего конфискации, либо сопоставима со стоимостью этого предмета, за исключением имущества, на которое в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации не может быть обращено взыскание.

Прекращение права собственности

Конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие государством всего или части имущества , являющегося собственностью лица, совершившего уголовное преступление либо гражданское или административное правонарушение.

Присвоение и растрата: уголовно-правовые,социально-психологические и ...

Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, а также конфискация имущества применяются только в качестве дополнительных видов наказаний 1.

Институт уголовного наказания

Конфискация имущества , которая так же не применяется самостоятельно, в перечне стоит выше исправительных работ. Перечень наказаний в законе является исчерпывающем.

Конвенция об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов...

d) " конфискация " означает наказание или меру, назначенную судом в результате разбирательства по уголовному делу или уголовным делам и состоящую в лишении имущества

Конфискация имущества как мера уголовно-правового обременения: правовая природа и законодательная регламентация

В статье анализируются понятие, цели и правовая природа конфискации имущества, которая совместно с иными мерами уголовно-правового принуждения, не являющимися наказанием, образует основу института обременения в уголовном праве. Рассматривается история вопроса законодательной регламентации применения конфискации имущества как дополнительной меры уголовно-правового принуждения в соответствии с Уложением о наказаниях уголовных и исправительных.

Ключевые слова: конфискация имущества, иные меры уголовно-правового характера, дополнительные уголовные наказания, дополнительные меры уголовно-правового государственного принуждения, обременение в уголовном праве, правоограничения некарательного характера.

Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" [1] из системы наказаний и вообще из уголовного законодательства России была исключена конфискация имущества. Мнения по поводу исключения конфискации из национального уголовного законодательства и свое видение проблемы с этого момента на страницах юридической литературы высказали многие ученые. Позиции аргументировались самые разнообразные, но большинство высказывались за необходимость возврата конфискации в УК РФ.

В результате многих обращений и инициатив конфискация имущества была вновь включена в уголовное законодательство России. Федеральным законом от 27 июля 2006 г. УК РФ был дополнен новой главой - 15.1 "Конфискация имущества", которая была размещена в разделе VI, получившем название "Иные меры уголовно-правового характера". Таким образом, в отличие от более советского раннего законодательства и первоначальной редакции ст. 52 УК РФ, конфискации имущества был ³придан новый правовой статус - она была отнесена к иным мерам уголовно-правового характера, а не к наказанию. Многие усмотрели в этом некий компромисс, полагая, что в таком виде конфискация по своей правовой природе ничем не отличается от прежней, так как наказание является также мерой государственного принуждения. В ч. 2 ст. 2 УК РФ действительно имеется указание, что уголовное законодательство за совершенное преступление предусматривает наказание и иные меры уголовно-правового характера. В этой связи конфискация имущества продолжала рассматриваться как карательная форма государственного уголовно-правового принуждения, которая имеет цели, идентичные уголовному наказанию. В частности, В.А. Посохова утверждает, что, поскольку цели конфискации имущества социально обусловлены, представляется возможным их нормативное закрепление в уголовном законе, изложив ч. 2 ст. 43 УК РФ следующим образом: "Наказание и конфискация имущества как иная мера уголовно-правового характера применяются в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений" . По нашему мнению, данное утверждение весьма спорно и полностью идет вразрез с социально-правовой сущностью исследуемого института уголовного права. Аргументируем данное утверждение с учетом основных положений теории права и краткого анализа мнений различных ученых по вопросу восстановления конфискации в УК РФ.

В.И. Михайлов считает, что материальные основы изъятия имущества, "связанного" с преступлением, предусмотрены в гражданском законодательстве. Изъятие этого имущества не является наказанием, и соответственно устанавливать основания его изъятия в уголовном законе нет необходимости. Процедура доказывания связи такого имущества с преступлением и порядок его отчуждения (форма реализации соответствующих положений гражданского законодательства) устанавливаются уголовно-процессуальным законом. В связи с чем, по его мнению, было бы более правильным ограничиться урегулированием всего комплекса вопросов, касающихся порядка конфискации, лишь в УПК РФ и не дублировать ее основные положения в УК РФ .

По мнению И. Звечаровского, "новая конфискация имущества не может рассматриваться и в качестве дополнительного правового последствия совершения преступления. Она не влечет за собой никаких дополнительных правоограничений. Несмотря на формальную "прописку" в уголовном законе, перед нами не что иное, как специальная конфискация, место которой при существующей системе законодательства в УПК" . Его поддерживают и некоторые другие авторы .

Однако с приведенной позицией авторов полностью согласиться нельзя. Основные положения такой точки зрения наиболее четко изложены в исследовании Д.В. Толкова , на которые мы и будем опираться для формулировки собственных выводов.

Во-первых, в уголовно-процессуальном законодательстве речь идет о мерах, принимаемых в отношении вещественных доказательств (ст. 81 УПК РФ). Уголовно-процессуальная конфискация применяется с целью установления наличия или отсутствия обстоятельств, подлежащих доказыванию. Конфискация как иная мера уголовно-правового характера выступает реальным средством в борьбе с преступным обогащением, она предназначена для оптимизации уголовно-правового механизма восстановления нарушенного права или охраны личности, общества и государства от преступных посягательств. Уголовно-процессуальное законодательство не создает правовой базы для изъятия и обращения в доход государства соответствующего имущества.

Как справедливо отмечает Н.В. Висков, из взаимосвязи ст. 104.1 УК РФ и ст. 81 УПК РФ следует, что процессуальные нормы определяют судьбу того имущества, подлежащего конфискации, которое обладает овеществленностью и в силу этого признается вещественным доказательством. В то же время исходя из содержания ст. 104.1 УК РФ конфискации подлежит любое имущество, в отношении которого доказана его соответствующая связь с преступным деянием. При этом не играет роли то обстоятельство, может ли это имущество быть признано вещественным доказательством .

Во-вторых, наш вывод подтверждается также историческим и зарубежным опытом регулирования конфискации имущества. Так, исторический анализ российского уголовного законодательства показал, что нормы, раскрывающие понятие конфискации имущества и определяющие основания и порядок ее применения, содержались именно в источниках уголовного, а не уголовно-процессуального права. За рубежом правовые основы конфискации имущества, независимо от признания ее видом наказания, иной мерой уголовно-правового характера или мерой безопасности, также заложены в уголовном законодательстве.

Существует и иная точка зрения, авторы которой, в целом одобряя наличие конфискации в уголовном законодательстве России, оспаривают ее отнесение к иным мерам уголовно-правового характера.

По мнению Р.Х. Кубова, "конфискации имущества следует вернуть статус дополнительного уголовного наказания (возможно, обязательного дополнительного). Она по своей природе является именно наказанием: применяется в рамках уголовной ответственности за совершенное преступление в целях, определенных ч. 2 ст. 43 УК РФ, и на основании общих и специальных правил назначения наказания. Все возможные дискуссии об отличии конфискации имущества от уголовного наказания беспочвенны, равно как и нет теоретических оснований рассматривать конфискацию имущества в качестве иной меры уголовно-правового характера" .

К.В. Волков, М.С. Семикина, выступая сторонниками необходимости восстановления конфискации имущества в качестве дополнительного вида наказания, приводят следующие аргументы: карательно-репрессивный характер мер уголовно-правового характера несравненно меньше, нежели уголовных наказаний. В то же время современное правовое регулирование конфискации имущества свидетельствует о значительном расширении границ ограничения имущественных прав субъекта уголовной ответственности; в отличие от принудительных мер медицинского характера (ст. 98 УК РФ) законодатель умолчал о целях конфискации имущества. В связи с чем можно прийти к выводу об их совпадении с целями наказания; формулировка понятия конфискации имущества не претерпела существенного изменения, но при этом расширено ее карательно-репрессивное воздействие посредством увеличения количества составов, за которые возможно применение конфискации имущества; исследования в области сравнительного правоведения показывают, что институт уголовно-правовой конфискация имущества в большинстве стран рассматривается исключительно как дополнительный вид наказания .

Сторонниками включения конфискации в число дополнительных видов наказания являются также и другие авторы .

На чем базируется подобная точка зрения, совершенно не понятно. По мнению Р.Х. Кубова, К.В. Волкова, М.С. Семикиной, конфискация - вид уголовного наказания в связи с тем, что они не видят отличий ее целей от целей уголовного наказания. Но это проблема уже другого уровня. Если цели конфискации, как иной меры уголовно-правового характера, не прописаны в законе, то это вовсе не означает, что они совпадают с целями наказания. Такой вывод является самым простым, но слабо аргументированным, так как опирается на позицию, что все меры уголовно-правового характера применяются в рамках уголовной ответственности и исключительно через карательные формы принуждения. К.В. Волков и М.С. Семикина так и указывают - "карательно-репрессивный характер мер уголовно-правового характера несравненно меньше, нежели уголовных наказаний". Иными словами, признается тот факт, что конфискация является карательной мерой. При этом совершенно не учитывается положение, согласно которого уголовная ответственность имеет несколько функций.

Общеизвестно, что юридическая ответственность выполняет регулятивную, превентивную, карательную, восстановительную, воспитательную функции. Карательная функция юридической ответственности - одно из проявлений охранительной функции права. В случае совершения правонарушения, реализуются нормы, предусматривающие юридическую ответственность. Реализация государственно-принудительной юридической ответственности приводит к осуждению лица и сужению его самых разнообразных прав. В результате осуждения порицается как сам правонарушитель, так и деяние, им совершенное.

Однако ошибочно сводить карательную функцию юридической ответственности к карательной функции наказания. Проявиться кара может и без назначения наказания, например в осуждении (порицании) правонарушителя . Кара может выразиться в состоянии судимости уже после отбытия наказания. Выражением кары могут стать общесоциальные последствия, наступаемые для правонарушителя. Карательная функция юридической ответственности включает в себя карательную функцию наказания.

Охранительная функция права связана не только с карательной, но и с восстановительной функцией юридической ответственности. К способам осуществления восстановительной функции юридической ответственности относятся следующие: фиксация в правовых нормах обязанностей правонарушителя восстановить причиненный вред, осуждение (порицание) правонарушителя, принуждение правонарушителя к восстановлению причиненного вреда, обязанности компетентных органов принудить правонарушителя к восстановлению причиненного вреда. Специфика восстановительного воздействия юридической ответственности, отличающая его от других проявлений восстановительной функции права, состоит в том, что оно осуществляется одновременно с карательной функцией юридической ответственности . Таким образом, совершенно очевидно, что эти две функции не совпадают.

Доводы отдельных авторов о карательно-репрессивном характере конфискации имущества и ее соотношении с уголовными наказаниями ограничены представлениями о том, что в рамках уголовно-правовых отношений могут существовать только такие меры. При этом в расчет совершенно не берется наличие позитивного стимулирования в уголовном праве и возможности некарательного принуждения за факт совершения преступления. Эти выводы напрямую зависят от принятой позиции, согласно которой, если цели принудительных мер уголовного правового характера не указаны в законе, значит, они совпадают с целями наказания. Из данного факта следует только один четкий вывод - в законе цели таких мер не прописаны. Непонятно и заключение о расширении карательно-репрессивного воздействия конфискации посредством увеличения количества составов, за которые возможно ее применение. Об идее, что данный вид меры уголовно-правового характера применяется для восстановления прежнего справедливого состояния (реализации восстановительной функции уголовной ответственности), в приведенных позициях даже не оговаривается.

Рассмотрение конфискации имущества в качестве иной меры уголовно-правового характера согласуется с историческим этапами развития уголовного законодательства России и зарубежным опытом регламентации данного института.

В России традиционно конфискация имущества применялась на практике больше как иная мера понуждения, чем наказание. Довольно подробно конфискация описывалась в качестве "сопутствующей меры" в трудах В.В. Есипова, А. Лохвицкого и других дореволюционных авторов. При этом конфискация имела распространение в качестве специальной меры принуждения. Как общая мера конфискация применялась в исключительных случаях.

Вопросы конфискации имущества регламентировались в общем виде в ст. 61 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года, где указывалось, что "к наказаниям как уголовным, так и исправительным присоединяется, в некоторых определяемых законом случаях, церковное покаяние, по распоряжению духовного начальства осужденных. Определяется также, в случаях, законом означенных, и конфискация всех или части принадлежащих осужденным вещей или других имуществ".

Оценивая конфискацию, предусмотренную ст. 255 Уложения, В.В. Есипов писал: "В данном случае она (конфискация имущества) является не уголовным наказанием, особою мерой сопутствующей, при наличии чрезвычайных условий: конфискация назначается сверх определенных наказаний, в некоторых особенных обстоятельствах и вследствие особых о том постановлений правительства (перед началом войны и при внутренних смятениях)" .

А. Лохвицкий также обращал внимание на особый правовой режим общей конфискации по Уложению 1845 года. В частности, он писал: "Конфискация существует не как непременное наказание, а как законная возможность правительства: оно может объявить ее за государственные преступления. Без этого специального объявления она не может быть прилагаема. Впрочем, так как во время вооруженного бунта область обыкновенно объявляется на военном положении, то конфискация происходит и без особых постановлений, на основании военно-уголовного свода" .

В целом, являясь противником конфискации, А. Лохвицкий считал, что в том виде, в котором конфискация имущества была закреплена в Уложении 1845 года - "на случай крайности", нельзя отрицать ее пользы, т.к. целью ее является "побудить, в особенности людей, пристающих к мятежу из временных расчетов или боязни (а таких бывает всегда большая часть), к энергическому сопротивлению инструментам" .

Особо следует остановиться на таком виде наказания, который существовал в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года, как лишение прав. Уложение знает три вида лишения прав: максимальное - лишение всех прав состояния, сопровождающее такие виды наказания, как смертная казнь, каторга и ссылка на поселение; среднее - лишение всех прав особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, сопровождающее высшие исправительные наказания - исправительные арестантские отделения и в некоторых случаях тюрьму (п. 1 и п. 2 ст. 30 Уложения); минимальное - лишение некоторых лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ, сопровождающее высшие степени заключения в крепости (ст. 34 Уложения) и иногда тюремное заключение (ст. 30, ст. 36 Уложения).

Применительно к теме нашего исследования представляет интерес лишение всех прав состояния, которое по Уложению о наказаниях состоит в отнятии всех служебных и сословных прав, а затем в поражении прав семейных и гражданских (ст. 22 Уложения).

Поражение прав гражданских предполагает в первую очередь поражение прав имущественных. Согласно ст. 25 Уложения к последствиям осуждения на каторжные работы относится потеря прав собственности. Статья 28 Уложения определяет, в чем заключается эта потеря имущественных прав: все прежнее имущество осужденного на каторжные работы или ссылку на поселение, со дня обращения окончательного о том приговора к исполнению, поступает к его законным наследникам, точно так же, как поступило бы вследствие естественной его смерти. К ним также, по праву представления, поступает и всякое имущество, которое могло бы достаться виновному по наследству после его осуждения .

При отсутствии законных наследников имущество как выморочное, поступало в казну.

есмотря на то что закон говорил положительно о прекращении права осужденного на все его имущество, тем не менее допускались исключения. Так, например, Устав о ссыльных содержал положение, согласно которому у каторжных и ссыльных на поселение могли быть деньги, которые на время у них отбирались, но при обзаведении хозяйством возвращались им .

С потерей прав собственности связывалась и потеря права вступать в договоры и обязательства. Право приобретать собственность ссыльный вновь получал по прошествии 10-ти лет. Наряду с этим восстанавливалось и право вступать в договоры и обязательства.

Данный вид наказания имеет некоторое сходство с общей конфискацией имущества - виновный лишался всего своего имущества. В связи с этим некоторые авторы отождествляют общую конфискацию имущества с лишением всех прав состояния . Но более детальный анализ лишения прав собственности и общей конфискации имущества показывает их различную правовую природу. Не вдаваясь в дискуссию относительно отличий и совпадений данных видов уголовно-правового воздействия, отметим лишь, что фактически в перечисленных нами случаях речь идет о дополнительном государственном принуждении, применяемом за совершение преступления, но не в качестве основного наказания, а в виде дополнительного обременения, которое имеет свои цели, отличающиеся от целей уголовного наказания. Именно так в уголовном праве формируется институт обременения, который в законодательных актах и в теоретических изысканиях называют по разному. Подобные меры называют дополнительными (сопутствующими) наказаниями, иными принудительными мерами. А. Лохвицкий рассматривал конфискацию не как непременное наказание, а как законную возможность. Более точно, по нашему мнению, правовую природу конфискации определил профессор В.В. Есипов, указав, что она является не уголовным наказанием, а особою мерой сопутствующей, назначаемой при наличии чрезвычайных условий сверх определенных наказаний. Совершенно очевидно, что еще в XIX веке В.В. Есипов вел речь о том, что иные принудительные меры уголовно-правового характера могут применяться сверх уголовных наказаний, но не для усиления их репрессивности, а для реализации некарательной функции уголовной ответственности.

В современной России законодатель также отнес конфискацию имущества к числу иных мер уголовно-правового характера. Однако в УК РФ отсутствует официальное определение понятия "иная мера уголовно-правового характера", что предопределило наличие различных точек зрения относительно содержания данного института и соотношения его с другими институтами уголовного права. В ч. 2 ст. 2 УК РФ указывается только, что Кодекс устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений. Не раскрывая содержания понятия "иные меры уголовно-правового характера", законодатель тем самым не отвечает на вопрос, какие это меры, как они соотносятся с уголовной ответственностью и с уголовным наказанием.

В литературе по этому поводу высказываются различные точки зрения.

Так, С. Курганов меры уголовно-правового характера определяет как предусмотренные уголовным законом меры, применяемые к лицам, совершившим преступления. По его мнению, понятие "мера уголовно-правового характера" является более общим (родовым) по отношению к понятию "форма (мера) реализации уголовной ответственности". По основаниям применения меры уголовно-правового характера он подразделяет на две группы: 1) меры, применяемые за совершение преступлений, т.е. меры, являющиеся формой реализации уголовной ответственности (наказание, принудительные меры медицинского характера, конфискация имущества); 2) меры, не связанные с уголовной ответственностью, применяемые по иным основаниям (например, принудительные меры медицинского характера, применяемые к лицу, совершившему деяние в состоянии невменяемости) .

Сходную позицию занимает и В.В. Мальцев, который считает, что слово "иные", употребленное в ч. 2 ст. 2 УК РФ, отделяет (отграничивает) меры уголовно-правового характера от уголовной ответственности и наказания, и со всей очевидностью показывает, что "иные меры уголовно-правового характера" по объему отнюдь не охватываются содержанием ни каждого из двух других терминов в отдельности, ни вместе взятых. Вместе с тем он считает, что союз "и", стоящий в ч. 2 ст. 2 УК РФ перед термином "иные меры уголовно-правового характера", придает этому термину, применительно к терминам "уголовная ответственность" и "наказание", дополняющее, точнее, даже объединяющее значение. Поэтому он приходит к выводу, что содержание понятия "меры уголовно-правового характера" включает в себя понятие "уголовная ответственность" .

Следует особо отметить мнение В.Н. Найденко, который указывает, что такие меры уголовно-правового характера, как конфискация имущества и принудительные меры медицинского характера, применяемые к лицам, совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемость, обременяют наказание и уголовную ответственность в целом, однако не являются самостоятельной формой ее реализации . Аналогичной позиции придерживается и А.В. Шнитенков .

Т.В. Архипенко считает, что иные меры уголовно-правового характера являются мерами государственного принуждения, поскольку они предусмотрены уголовно-правовыми нормами материального, процессуального и уголовно-исполнительного законодательства. Их можно определить как особую уголовно-правовую форму государственного принуждения, содержание которой зависит от вида выбранных мер. По ее мнению, иные меры уголовно-правового характера можно сгруппировать по признаку применения таких мер вместо наказания и наряду с наказанием. Вместо наказания применяются принудительные меры медицинского и воспитательного характера, а также разные виды отсрочек. Конфискация имущества относится к мерам, применяемым наряду с наказанием . Однако, дав понятие иных мер уголовно-правового характера и определив их виды, названный автор обходит стороной вопрос о соотношении указанных мер с уголовной ответственностью.

Д.Ю. Борченко под иными мерами уголовно-правового характера предлагает понимать меры государственного принуждения, предусмотренные в нормах Общей части УК РФ, назначаемые по обвинительному приговору суда либо в процессе исполнения наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления, вместо наказания либо в качестве дополнительной к наказанию уголовно-правовой меры, заключающиеся в осуждении лица и совершенного им преступления от имени государства и правоограничениях некарательного характера и направленных на достижение целей наказания. Юридическая природа иных мер уголовно-правового характера, по его мнению, заключается прежде всего в том, что они выступают формой реализации уголовной ответственности.

Сторонниками отнесения иных мер уголовно-правового характера к формам реализации уголовной ответственности являются и некоторые другие авторы. Так, А.В. Наумов, мнение которого мы полностью поддерживаем и разделяем, со ссылкой на буквальный смысл ч. 2 ст. 2 УК РФ и некоторых иных норм уголовного закона также приходит к выводу, что уголовная ответственность подразделяется на наказание и иные меры уголовно-правового воздействия, к которым относятся с некоторыми оговорками и принудительные меры медицинского характера . Н.Ф. Кузнецова и С.Г. Келина считают, что указание в ст. 2 УК РФ на применение иных мер уголовно-правового характера именно к преступлению, бесспорно, означает, что такие меры, включая конфискацию, должны быть отнесены к видам уголовной ответственности, представляющей собой - если определять это в достаточно общем виде - принудительное ограничение судом прав, свобод лица, виновного в совершении запрещенного уголовным законом деяния .

И. Звечаровский весьма критично высказался не только о включении конфискации имущества в уголовное законодательство, но и вообще об определении в уголовном законе круга мер, отнесенных к иным уголовно-правовым. По его мнению, к числу мер уголовно-правового характера следует относить только те меры, применение которых влечет за собой изменение уголовно-правового статуса личности. В связи с чем он считает, что принудительные меры не только медицинского характера, но и меры воспитательного воздействия, применяемые к несовершеннолетним, не относятся к числу иных мер уголовно-правового характера, т.к., например, при применении меры воспитательного воздействия уголовно-правовой статус лица изменяется вследствие предшествующих их применению актов освобождения от уголовной ответственности (ч. 1 ст. 90 УК РФ) или от наказания (ст. 92 УК РФ).

Соответственно система мер уголовно-правового характера представляется им следующим образом: 1) подсистема видов освобождения от уголовной ответственности; 2) подсистема видов наказаний; 3) подсистема видов освобождения от наказания; 4) подсистема видов освобождения от отбывания наказания; 5) подсистема видов замены неотбытой части наказания.

По содержанию, указывает он, понятие мер уголовно-правового характера шире понятия мер уголовной ответственности и включает в себя меры уголовной ответственности в различных формах их реализации .

Проанализированная точка зрения вполне убедительна и имеет полное право на свое существование, но мы все же придерживаемся позиции А.В. Наумова, С.Г. Келиной и частично Д.Ю. Борченко и В.Н. Найденко, которые полагают, что меры государственного принуждения, предусмотренные в нормах Общей части УК РФ (в том числе и конфискация имущества), заключаются в осуждении лица и совершенного им преступления от имени государства и принуждениях некарательного характера. И самое главное - указанные меры обременяют наказание и уголовную ответственность в целом и являются самостоятельной некарательной формой ее реализации.

Очевидно, что цели этих мер с целями уголовного наказания не совпадают и имеют свое содержание в зависимости от их отношения к той или иной некарательной функции уголовной ответственности.

Уголовная ответственность, как правило, означает применение к лицу мер государственного принуждения, которые заключаются в лишении или ограничении определенных прав и свобод осужденного лица (реализация карательной функции уголовной ответственности). Определенный элемент ограничения прав и свобод осужденного можно обнаружить и при назначении принудительных мер медицинского характера, и при назначении принудительных мер воспитательного характера. Что же касается конфискации имущества, то она предусматривает изъятие у виновного имущества (и доходов от такого имущества), которым он владеет не по праву. Как справедливо отмечает П.С. Яни, "смысл конфискации состоит в изъятии у преступника того, что ему принадлежать по справедливости (ст. 6 УК) и по закону гражданскому (например, ст. 169 ГК) не должно" . Конфискация имущества потому и не является уголовным наказанием, что отчуждение имущества, полученного преступным путем, в доход государства не может оцениваться как умаление прав и свобод лица, совершившего преступление.

Конфискация тех видов имущества, которые перечислены в ст. 104.1 УК РФ, не влечет за собой никаких дополнительных правоограничений, что свойственно наказанию и уголовной ответственности. Однако обременение в праве означает прежде всего наложение на лицо дополнительных обязанностей, исполнение которых должно преследовать определенные цели. Цели эти, как уже указывалось, существенно отличаются от целей уголовного наказания. Применительно к конфискации имущества это выглядит следующим образом. Анализ ст. 104.1 УК РФ позволяет сделать вывод о том, что данный вид государственного принуждения имеет двойственную уголовно-правовую природу. Конфискация денег, ценностей, иного имущества, используемых или предназначенных для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), орудий, оборудования или иных средств совершения преступления относится к мерам безопасности (наряду с принудительными мерами медицинского и воспитательного характера), имеющим своей целью достижение социальной справедливости, устранение опасности и (или) предупреждение совершения новых преступлений. Конфискация приобретенных преступным путем денег, ценностей, имущества и доходов от этого имущества образует иную принудительную меру уголовно-правового характера, имеющую своей целью (в отличие от уголовных наказаний и мер безопасности) восстановление правового положения, нарушенного в результате совершения преступления (восстановление statys quo - фактическое или правовое положение, о восстановлении которого идет речь).

Из вышеизложенного следует несколько важных выводов:

уголовная ответственность выполняет регулятивную, превентивную, карательную, восстановительную, воспитательную функции. Карательная функция ответственности включает в себя карательную функцию наказания. Все иные функции являются некарательными и включают в себя иные принудительные меры уголовно-правового характера;

иные меры уголовно-правового характера представляют собой реализацию некарательной функции уголовной ответственности и применяются для достижения следующих целей: общая и частная превенция; восстановление нарушенного права (statys quo); воспитательное воздействие;

иные меры уголовно-правового характера в уголовном праве являются основой института обременения, который представляет систему дополнительных обязанностей или мер государственного принуждения, применяемых самостоятельно либо совместно с уголовным наказанием;

конфискация имущества есть мера государственного принуждения (обременения), образующая некарательную форму реализации уголовной ответственности, заключающаяся в принудительном и безвозмездном обращении по решению суда в доход государства приобретенных преступным путем денег, ценностей, имущества и доходов от этого имущества, денег, ценностей, иного имущества, используемых или предназначенных для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), а также орудий, оборудования или иных средств совершения преступления.

Самые резкие возражения Федеральный Закон от 8 декабря 2003г. «О внесении изменений и дополнений в УК РФ» вызвал исключением конфискации имущества из системы уголовных наказаний. Академик В.Н. Кудрявцев после второго чтения проекта этого закона в Государственной Думе в интервью журналисту «Российской газеты» сказал, что Дума чрезмерно решила смягчить ответственность и убрать такую меру, как конфискацию, хотя для чрезмерно богатых людей она самая страшная. И далее он так объяснил свою позицию: «Не знаю, какими соображениями руководствовалась Дума при принятии этих поправок к рассмотрению. Один из доводов в пользу отмены - конфискация затрагивает семью, пострадает не только осуждённый, но и члены его семьи, – этот довод в принципе правильный, но ведь на бедных людей никто конфискацию налагать не будет. И мы предлагаем сохранить конфискацию лишь в случаях причинения особо крупного ущерба, когда речь идёт о миллиардах рублей».

Профессор Н.Ф. Кузнецова на страницах журнала «Уголовное право» так описала реакцию на исключение конфискации имущества: «Пятнадцать академиков и профессоров из Москвы, Санкт-Петербурга, Владивостока в ноябре 2003г. до второго чтения законопроекта направили письмо на имя Президента, председателей Совета Федерации и Госдумы с выражением несогласия с исключением конфискации имущества из видов наказаний. В нем, в частности, говорилось: «Убеждены, что таким решением защищены многочисленные преступные доходы, что будет способствовать лишь дальнейшему безнаказанному ограблению страны». Как далее явствует из журнальной статьи, академик В.Н. Кудрявцев и профессор Н.Ф. Кузнецова считают, что «в действительности следовало не исключать конфискацию имущества, а модифицировать её согласно международно-правовым актам». Модификация, по их мнению, должна заключаться в переводе конфискации имущества как меры наказания в ранг иной меры уголовно-правового характера. В качестве таковой она должна обеспечить «безвозмездное изъятие в собственность государства следующего имущества: а) орудий и средств совершения преступления; б) имущества, денег и иных ценностей, полученных в результате совершения преступления, а также любых доходов от этого имущества или соответствующей стоимости имущества и доходов; в) приобретённого преступным путём, а затем легализованного посредством совершения финансовых операций или иных сделок, в том числе используемого для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности; г) используемого либо предназначенного для совершения преступления; д) используемого или предназначенного для финансирования организованной группы или преступного сообщества».

В качестве одного из аргументов в пользу необходимости сохранения в УК РФ конфискации имущества (в любом виде) делаются ссылки на необходимость соблюдения ратифицированных Россией международных конвенций по борьбе с терроризмом, коррупцией, отмыванием преступных доходов, незаконным оборотом наркотиков, транснациональной организованной преступностью, «в которых конфискация имущества рассматривается как санкция, наказание или уголовно-правовая мера».

Профессор А.В. Бриллиантов, принимавший непосредственное участие в разработке Федерального Закона от 8 декабря 2003г., в интервью журналисту «Российской газеты» назвал исключение конфискации имущества из системы наказаний достаточно спорной коррективой, однако при этом правильно отметил: «Теперь суд может отобрать лишь то, что послужило орудием преступления или нажито преступным путём. Так что задача следствия многократно усложняется. Мало задержать чиновника- взяточника с поличным. Нужно ещё доказать, что шикарный коттедж и автопарк из дорогих иномарок куплены на взятки, а не на деньги, одолженные у друзей и дальних родственников».

Действительно, от правоохранительных органов потребуется больший профессионализм, а решение об изъятии у лица имущества должно быть обоснованным, но таковы требования правового государства.

Тот факт, что депутаты Государственной Думы проигнорировали мнения учёных по вопросу об исключении конфискации имущества из системы наказаний, по нашему мнению, может быть связан с наличием так называемой специальной конфискации, которая, не являясь уголовным наказанием, осуществляется в рамках уголовно-процессуального законодательства и обеспечивает обращение в доход государства орудий и средств совершения преступлений, денег, ценностей, имущества, нажитых преступным путём.

Как нам представляется, специальной конфискации, как меры уголовно-процессуального характера, вполне достаточно, чтобы обеспечить соблюдение Россией обязательств по международным конвенциям, предусматривающим конфискацию имущества в борьбе с преступлениями международного характера, а реализация норм уголовного права, предусматривающих ответственность за «отмывание» денежных средств или иного имущества, приобретённых преступным путём, даёт возможность изымать у виновных это имущество и обращать его в доход государства, не прибегая к санкции о конфискации имущества.

По нашему мнению, выигрыш от сохранения конфискации имущества в лестнице наказаний в качестве угрозы за совершение преступления ничтожно мал по сравнению с реальной выгодой для экономики страны от создания для потенциальных и уже имеющихся инвесторов обстановки уверенности в завтрашнем дне и спокойствия за сохранность своего имущества. Не потому ли российский капитал часто норовит остаться за рубежом, а иностранные инвесторы не торопятся вкладывать свои капиталы в нашу экономику, что в стране до недавнего времени сохранялась возможность потерять всё своё законно нажитое достояние от применения наказания в виде конфискации имущества?

Либерализация уголовного закона, выразившаяся в исключении возможности конфискации имущества, по нашему мнению, не влечёт никаких вредных последствий. Напротив, она способствует укреплению гражданского общества.

Виды конфискации имущества в российском законодательстве

Конфискация имущества представляет собой принудительное безвозмездное изъятие имущества в доход государства. Сам термин "конфискация" латинского происхождения (confiscatio), в дословном переводе означающий отобрание чего-либо в казну.

Конфискацию не следует путать с изъятием имущества. Изъятие имущества носит временный характер, может быть как добровольным, так и принудительным, имеет обратимый характер (например, изъятие автомобиля для помещения его на штрафстоянку). Изъятие вещей и документов при задержании - предупредительная мера административного правонарушения.

Конфискацию также не следует путать с возмездным изъятием. ГК РФ предусматривает возмездный выкуп зданий, сооружений или иной недвижимости, находящихся на земельном участке (ст. 239), выкуп бесхозяйственно содержимых культурных ценностей (ст. 240), выкуп домашних животных при ненадлежащем обращении с ними (ст. 241). В КоАП РФ (ст. 3.6) предусмотрен такой вид административного наказания, как возмездное изъятие орудия совершения или предмета административного правонарушения. Оно предполагает принудительное изъятие, последующую реализацию и передачу бывшему собственнику вырученной суммы за вычетом расходов на реализацию изъятого предмета. Такое наказание назначается судьей. Аналогичная норма есть в Таможенном кодексе РФ[1] (гл. 41).

Кроме того, существует реквизиция (ст. 242 ГК РФ). Она действует при чрезвычайных ситуациях (стихийные бедствия, аварии, эпидемии, эпизоотии) и предполагает использование имущества в интересах общества по решению госоргана. Эквивалент (т.е. то, что, собственно, и является реквизицией) выплачивается собственнику либо имущество возвращается.

Конфискация характеризуется определенными признаками.

1. Конфискация есть принудительная мера. Имущество изымается в пользу государства независимо от воли его владельца в принудительном порядке.

2. При конфискации может быть изъято полностью или частично любое имущество: вещи, деньги, ценные бумаги и т.д., этим конфискация отличается от штрафа и иных имущественных взысканий, определяемых в денежной форме.

3. Имущество взыскивается в доход государства, а не каких-либо частных лиц.

В зависимости от оснований и целей применения можно выделить несколько видов конфискации:

1. Специальная конфискация.

Статья 81 УПК РФ указывает на необходимость решения вопроса о вещественных доказательствах - обязательную конфискацию орудий совершения преступления и денег и иных ценностей, нажитых преступным путем по каждому уголовному делу.

В качестве орудий совершения преступления могут выступать:

а) предметы, запрещенные или ограниченные в гражданском обороте, находящиеся у их фактического владельца незаконно;

б) предметы, находящиеся в законном владении осужденного.

Конфискация первой категории предметов не может рассматриваться как наказание в силу отсутствия прав собственника у их фактического владельца и, соответственно, невозможности их лишения или ограничения несмотря на то, что это изъятие может субъективно восприниматься в качестве наказания.

Конфискация предметов второй группы объясняется интересами общественной безопасности. Существует определенная категория предметов, специально предназначенных для совершения преступления и не имеющих иного назначения (отмычки и прочий воровской инструмент). Эти предметы формально не изъяты из гражданского оборота (что является, на наш взгляд, пробелом гражданского законодательства), но целесообразность их изъятия не ставится под сомнение в правовой литературе. Угрозу общественной безопасности нахождением иных предметов можно объяснить предшествующим поведением их владельца, использовавшего их для совершения преступления, вследствие чего их изъятие способно исключить или затруднить совершение подобного преступления в будущем.

Изъятие денег и иных ценностей, нажитых преступным путем, также не может рассматриваться в качестве наказания в силу невозможности лишения или ограничения прав лица, ими не обладающего.

2. Конфискация может применяться в качестве санкции за совершение правонарушений.

А. Гражданско-правовая.

Статья 169 ГК РФ предусматривает взыскание в доход государства всего полученного сторонами по сделке, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности.

Статья 237 ГК РФ "Обращение взыскания на имущество по обязательствам собственника" устанавливает следующее.

1. Изъятие имущества путем обращения взыскания на него по обязательствам собственника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен законом или договором.

2. Право собственности на имущество, на которое обращается взыскание, прекращается у собственника с момента возникновения права собственности на изъятое имущество у лица, к которому переходит это имущество.

Принудительное изъятие имущества путем обращения на него взыскания осуществляется судом в порядке, установленном гл. 39 ГПК и ст. 207 АПК. Закон Российской Федерации от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" определяет условия и порядок принудительного исполнения судебных актов.

Д. Уголовно-правовая конфискация.

Одним из самых изменчивых видов наказания является общая конфискация имущества, которую законодатель установил в качестве дополнительного вида. Этот вид уголовного наказания существовал на Руси уже давно: формулировка "животы все и поместья и вотчины имать на Государя" упоминается в Уложении 1649 г. и в последующих уголовных законах. К началу XX в. уголовное наказание в виде общей конфискации имущества было упразднено. Уложение 1903 г. предусматривало только конфискацию специальную, под которой тогда понималось изъятие средств преступления (instrumenta sceleris) или его результатов (producta sceleris).

В первом Уголовном кодексе советской Российской Федерации общая конфискация имущества заняла прочное положение в виде основного наказания - этот вид наказания устанавливался в санкциях 55 статей УК, что составляло 28% от общего количества статей. К началу 60-х годов нашего столетия доля общей конфискации имущества сократилась - в УК РСФСР 1960 г. она упоминалась в санкциях 27 статей. А в 1996 г. тот же Уголовный кодекс содержал конфискацию уже в санкциях 45 статей. Вступивший в силу УК РФ 1996 г. установил общую конфискацию имущества в санкциях 24 статей. Кроме того, законодатели периодически вводили в определение данного вида наказания все новые и новые изменения.

В 2003 г. из ст. 44 УК "Виды наказаний" был исключен п. "ж", в котором говорилось о конфискации имущества как одном из видов наказаний наряду со штрафом, исправительными работами, ограничением свободы, арестом и т.д. Прошедшие два года показали, что возникшая лазейка оказалась на руку только преступникам, но никак не государству.

Исключение конфискации как вида уголовного наказания противоречит:

- Конвенции ООН против коррупции[6], которую Россия подписала в декабре 2003 г.;

- Конвенциям Совета Европы о конфискации и отмывании преступных доходов (1990 г.), которую мы ратифицировали, и об уголовной ответственности за коррупцию (1999 г.), которую Россия подписала;

- Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности (2000 г.), которая сейчас также ратифицирована. Конфискация предусмотрена международными соглашениями, которые ратифицировала Россия, например Конвенцией ООН о борьбе с финансированием терроризма и организованной преступностью. Такая мера наказания, как конфискация, есть в США, Великобритании и Италии.

Федеральный закон Российской Федерации от 27 июля 2006 г. № 153-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма"[7] и Федерального закона "О противодействии терроризму"[8] ст. 4 внес в Уголовный кодекс ряд существенных добавлений.

Также некорректной, на наш взгляд, является формулировка п. 3 ст. 104.1: "Имущество, указанное в частях первой и второй настоящей статьи, переданное осужденным другому лицу (организации), подлежит конфискации, если лицо, принявшее имущество, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий". Что значит "должно было знать", каким образом? При такой формулировке этой нормы получается, что устанавливается презумпция вины вместо презумпции невиновности.

В ст. 141.1 УК РФ (что уже отмечалось) определено, что конфискация имущества есть принудительное безвозмездное обращение по решению суда в собственность государства имущества. Важным является вопрос, кто и как будет распоряжаться конфискованным имуществом. Согласно сложившейся практике реализации конфискованного имущества таможенными органами продажа такого имущества осуществляется по более низким ценам по сравнению с рыночными. На наш взгляд, недобросовестное применение пп. "б" п. 1 ст. 104.1 в настоящей редакции породит очередной всплеск корпоративных захватов. Представим такую ситуацию. Лицо, получившее имущество в результате какого-либо преступления, вкладывает это имущество в акции. Это лицо является добросовестным и лояльным акционером. При этом акционерному обществу неизвестно, на какие доходы приобретено 20% его акций. Через год лицо (возможно, по инициативе рейдеров) привлекают к уголовной ответственности с конфискацией приобретенных акции. Далее конфискованные акции реализуются по заниженной цене, которые и покупают захватчики фирмы.

Интересным представляется вопрос о распределении средств, полученных в результате реализации конфискованного имущества. Пунктом 4 ст. 8 Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма предусмотрено, что каждое государство-участник должно рассмотреть возможность создания механизмов, с помощью которых средства, полученные в результате конфискации, использовались бы для выплаты компенсации жертвам преступлений, указанных в пп. "a" или "b" п. 1 ст. 2 Конвенции, или членам их семей[27]. В РФ такой механизм распределения средств, полученных в результате реализации конфискованного имущества, не предусмотрен.

Существенным также является вопрос об основании назначения судом конфискации, если в ныне действующей редакции Уголовного кодекса РФ конфискация формально не является наказанием. Например, ст. 97 установлен закрытый перечень основания применения принудительных мер медицинского характера. По каким же основаниям будет проводиться применение конфискации? Будет ли при назначении конфискации использоваться усмотрение суда?

Недостатки в деятельности судов по разрешению вопросов о применении конфискации заключаются в основном в следующем.

"Суды часто необоснованно назначают конфискацию имущества в качестве дополнительного наказания без учета общественной опасности преступления, степени вины и личности осужденного.

Нередко конфискация обращается на имущество, которое по закону конфискации не подлежит.

Часто в процессе предварительного следствия или при обращении приговора к исполнению в опись включается имущество, не подлежащее конфискации, а суды не реагируют на такое нарушение закона.

В ряде случаев при рассмотрении уголовных дел суды не проверяют, является ли описанное имущество действительно личной собственностью подсудимого или его долей в общей собственности, в результате чего изъятию и конфискации подвергается не доля подсудимого в общей собственности, а все имущество, составляющее общую (совместную) собственность осужденного с другими лицами.

Имеют место и такие случаи, когда описывается имущество лиц, не привлекаемых к уголовной ответственности по данному делу и не имеющих к нему никакого отношения.

⁴

Суды не осуществляют повседневного контроля за деятельностью судебных исполнителей по выявлению и производству описи подлежащего конфискации имущества в порядке исполнения приговора, в результате чего своевременно не устраняются отдельные ошибки и извращения в работе судебных исполнителей.

В судах нет четкого, единого порядка рассмотрения жалоб по поводу неправильностей, допускаемых при исполнении приговоров о конфискации имущества.

Характеризуя проблему конфискации имущества, важно сказать, что зарубежные юристы постепенно отказываются от суровых имущественных наказаний, имеющих конфискационный характер. Так, Конституционный Суд ФРГ своим решением от 20 марта 2002 г. указал, что наказание, предусматривавшееся § 43а УК Германии и заключавшееся во взимании с осужденного денежной суммы, ограничивавшейся стоимостью его имущества, противоречило Основному Закону ФРГ. Аргументация органа конституционного контроля состояла в том, что "наказание по виду и размеру должно быть предвидимым, и определяется оно парламентским законодателем"; "должен учитываться государственно-правовой принцип вины, позволяющий назначать справедливые и соразмерные наказания"; "относительно данного наказания законодатель должен определить границы, позволяющие установить их минимум и верхнее значение". Данное наказание критиковалось и юридической доктриной Германии; доктрина признавала, что оно нарушает основные права и свободы, связанные с частной собственностью, а также зачастую несправедливо и несоразмерно причиненному вреду. Так, ученые-юристы отмечали, что имущественные штрафы, имеющие конфискационный характер, "представляют собой нарушение принципов вины, определенности; вторгаются в право собственности; нарушают начало лимитации (определения) наказания по объему и пр.".

⁵

В заключение отметим, что конфискация обладает значительным карательным и репрессивным потенциалом, что послужило причиной отказа от данного вида наказания в различных странах, в том числе в странах СНГ. Хотя следует заметить, конфискация как вид наказания до сих пор сохраняется в ряде национальных правовых систем (в качестве примера можно привести Францию, где в качестве наказания за преступление применяется конфискация одного или нескольких транспортных средств, принадлежащих преступнику). Целесообразность возвращения норм о конфискации в УК РФ для обеспечения правопорядка и развития экономики России покажет время. На данный момент при анализе статей гл. 15.1 УК РФ возникает больше вопросов, чем ответов. Представляется, что применение этой главы будет сложным и противоречивым.