XIII. Пятится назад (самовольно осаживает)

Этот недостаток служит как бы продолжением описанного в предыдущей главе (самовольное останавливание). Лошадь, привыкшая сначала самовольно останавливаться, не далека от ещё более дурной привычки "пятиться назад".

Если лошадь, благодаря неправильной езде или жестокому обращению с нею, начала проявлять сопротивление, выражая это самовольным остановленном, а всадник, не взирая на это, стал бы по прежнему добиваться требуемого с помощью наказаний, то неизбежно последует со стороны лошади ещё большее сопротивление, т.е. она не только остановится, но начнёт осаживать, что иногда она проделывает очень ловко и стремительно, двигаясь назад почти рысью.

Лошадь, усвоившая такую привычку, исправляется очень медленно и требует много труда. Если же эту привычку приобрела она давно, то очень часто случается, что эта привычка остается навсегда.

Для исправления такой лошади, практикуется довольно много различных способов. С некоторыми из этих способов я ознакомлю в последовательном порядке.

Если приходится заниматься исправлением лошади с выше упомянутым недостатком, прежде всего нужно убедится - единственный ли это недостаток, не сопряжен ли он с каким-либо ещё другим пороком, как например, вставание на дыбы или опрокидывание.

Ознакомившись с лошадью как следует и убедившись, что она только пятится назад, но не поднимается и не опрокидывается, можно, прежде всего, попробовать довольно простое, но действительное средство: клин клином вышибать, т.е. самовольное осаживание уничтожить осаживанием же. Делается это таким образом. Когда лошадь начала осаживать, то всадник остается в полном бездействии, т.е., не стараясь воспрепятствовать лошади, должен терпеливо ждать, когда она сама перестанет осаживать и остановится. Когда всадник дождался этого момента, то наступила его очередь действовать: он должен сам начать осаживать лошадь, не торопясь, спокойно, шаг за шагом, но без перерыва и продолжительно. Такое осаживание служит большим наказанием для лошади. После нескольких метров осаживания лошадь сама начинает проситься вперёд, но не следует тотчас же пускать её вперёд, а осадить её ещё несколько шагов и затем уже послать вперёд и следить внимательно за лошадью и как только будет замечено, что она желает остановиться, т.е. готовится к этому, то, не дожидаясь её самовольной остановки, самому остановить и начать опять осаживание более продолжительное, нежели в первый раз.

По прошествии довольно короткого времени, нередко случалось, что лошадь оставляла навсегда свою привычку.

Чтобы было понятнее всё мною сказанное, я в коротких словах объясню, почему, по-видимому, такое простое, не сложное средство действует на иных лошадей так быстро и успешно. Лошадь усвоила привычку останавливаться и осаживать самовольно, чтобы этим проявить своё сопротивление или другими словами, наказать всадника. Но она это наказание или сопротивление макет продолжать до известного предела, т.е. пока оно не становится для неё самой наказанием. Как только лошадь перестала осаживать, это уже служит признаком, что она утомила себя этим движением и оно уже становится для неё самой наказанием. Всадник же, пользуясь этим моментом, даёт ещё более ей почувствовать всю невыгоду и неприятность её проделки, употребляя против неё, ею же выдуманное средство. Продолжая изо дня в день одно и тоже, лошадь перестаёт самовольно останавливаться и осаживать, видя в этом наказание только для себя.

Употребляя описанное мною средство для исправления лошади, не следует упускать из виду сложение и силы зада лошади. Сообразуясь с этим и действовать.

Если слабозадную или слабоспинную лошадь начать строго и продолжительно осаживать, то не только не получится желаемого результата, но и лошадь может пострадать настолько значительно, что окажется негодной для верховой службы.

Другой способ исправления основан на теории правильной выработки и выездки лошади.

По этому способу исправление идёт уже не так быстро, иск по выше описанному способу, но тянется медленнее, нежели выездка ремонтной лошади. Исправляя лошадь с выше упомянутый пороком, приходится проходить весь курс правильной выездки от начало до конца, который сам по себе уже достаточно продолжителен, а тут ещё он замедляется потому, что приходится иметь дело не с молодой, а с испорченной лошадью, что несравненно труднее. Подробности занятий помещены в I томе "Краткое руководство для выездки верховой лошади".

Третий способ исправления - это закладка в упряжь. Этого способа лично я хотя и не применял в своей практике, но видел примеры его применения, которые увенчались полным успехов.

Лошадь, признанная негодной и неисправимой, после упряжи оставляла свои дурные привычки, становясь вполне годной к верховой службе.

Во многих и иных случаях употребляют упряжь как средство для исправления порочных лошадей, но это средстве обыкновенно предпринимается уже последним, как крайность, т.е. в том случае, когда и развязка и всадник окажутся бессильны, чтобы уничтожить зло.

Для упряжи никогда не употребляют слишком лёгкого экипажа. Зимой берут обыкновенные роспуски, а в другое время года телегу, так как оба эти экипажа белее устойчивы и прочны. Плечи лошади должны быть защищены толстым, но мягким войлоком, чтобы не могло последовать обжогов от хомута.

При закладывании лошади в первый раз, должны быть приняты все меры предосторожности, чтобы не напугать лошадь быстрыми и резкими приёмами. Трогаясь с места, необходимо, чтобы люди помогли, накатывая телегу сзади, в противном случае может случиться, что лошадь разом бросившись вперёд может хомутом обжечь плечи и тогда трудно уже будет заставить её лечь в хомут.

Помимо того, в то время, когда одни накатывают телегу, другие двое, держа лошадь под уздцы, успокаивают её и стараются, чтобы она двинулась вперёд по возможности спокойно и плавно, а не бросалась бы в хомут стремительно, что очень часто случается. Это стремительное бросание вперёд причиняет лошади обжоги плеч хомутом, после чего она уже начинает бояться хомута и не идёт вперёд.