Глава 2. Социальные представления и их исследование

Первый очерк теории социальных представлений в английском переводе был опубликован в 1981 г. Как и его расширенный вариант, появившийся три года спустя, этот очерк был написан Сержем Московичи специально для европейских социальных психологов и содержал концентрированное изложение его взглядов, до тех пор известных лишь по отдельным (хотя и многочисленным) публикациям во Франции. [14,c.39]

Социальные представления - это "социальные сущности, которые живут своей собственной жизнью, которые общаются между собой, вступают в противоречия и изменяются в гармоническом тандеме с течением нашей жизни; они исчезают лишь для того, чтобы явиться в новом обличий" [47, с.10].

В чем же состоит социальность этих "сущностей"? Прежде всего, социален их генезис: как "набор понятий, убеждений и объяснений, представления берут свое начало в повседневной межличностной коммуникации", в актах повседневного общения и интеракции [46, с.181]. В результате они становятся распространенными, общепринятыми и в этом смысле также социальными. С их помощью происходит создание "социальной реальности sui generis" – реальности здравого смысла, повседневного общения и обыденного знания.

Социальные представления, по мнению Московичи, значимы именно в условиях современности с ее углубляющейся пропастью между основными мировоззренческими системами (наукой, религией, идеологией, политикой). В современном обществе особенно остра необходимость наведения мостов между абстрактным статусом науки и общей системы верований, с одной стороны, и конкретной повседневной деятельностью социальных индивидов – с другой.[3,c.71]

Социальность представлений у Московичи – это социальность троякого рода: а) представления относятся к социальной реальности в ее структурном и культурном аспектах; б) они социальны с точки зрения их генезиса; в) представления выступают составной частью социальной реальности, являясь инструментом ее конструирования. Московичи акцентирует динамику представлений, их способность к трансформации и изменению.[5,c.306]

Понятие социального представления как раз и позволяет беспрепятственно переходить с одного аналитического уровня на другой: социальные представления в той же мере являются прерогативой индивида, как и его социальной группы. Однако отдельный индивид ничего не познает "из себя", его познание опирается на социальный опыт и социальную память. В своих когнитивных актах человек всякий раз актуализирует скрытое социальное представление. Ссылаясь на Витгенштейна, Московичи подчеркивает, что "личное" социальное представление – такая же нелепость, как "частный" язык; все люди учатся говорить, но никто не изобретает язык заново.[46,c.45]

Наибольший интерес для нас представляет изучение того, как порождается и функционирует обыденное знание с точки зрения теории социальных представлений. Социальные представления можно рассматривать как цепочку идей, метафор и образов, более или менее свободно связанных друг с другом, которую вырабатывают индивиды для объяснения тех или иных явлений повседневной жизни, где их подстерегают различного рода неожиданности и странности. Роль социальных представлений заключается в том, чтобы трансформировать пугающее и неизвестное в известное, понятное. Есть основания говорить о том, что и индивиды, и общности препятствуют вторжению странности, однако когда контакт с этим странным, неизвестным и непонятным неизбежен, они вынуждены создавать представления о нем. Неизвестное можно сделать известным посредством использования известного контекста (исторического или культурного). [47,c.67]

Эмпирическое изучение социальных представлений отличается сегодня чрезвычайным разнообразием тематики и исследовательских ракурсов. Концептуальной доминантой эмпирической работы по-прежнему остается теория Московичи, однако, по сравнению с предшествующим десятилетием, ее реже используют в чистом виде. Более типичной становятся практика теоретического и методологического синтеза идей Московичи и некоторых других современных социально - психологических моделей (как европейских, так и американских).[14,c.55-57]

Эмпирические исследования показывают, что концепция Московичи может применяться для социального анализа самых неожиданных и порой вовсе не связанных между собой проблем, некоторые из которых ближе традиции социологического знания. В зависимости от специфики непосредственных практических интересов (динамика социальных представлений в больших и малых группах, грамматика и лексика как "векторы" социальных представлений, конверсационный анализ повседневной социальной практики, становление "новой социальной реальности" и ее объективация в языке социальных представлений, социально-нравственное развитие индивида), подход Московичи можно сочетать с разнообразными методиками и моделями исследований.[5,c. 44]