2. Условия для расширения теневизации.

Основой для расширения теневизации стало ярко выраженное девиантно-латентное поведение значительной части российских граждан. Оно характеризуется:

- сильным недоверием ко всем институтам государства (власти);

- неверием в силу закона и в способность кого бы то ни было требовать его исполнения;

- готовностью противостоять власти и закону доступными, уголовно ненаказуемыми методами (неуплата налогов и др.), вытекающей из убеждения, что общество и отдельный индивид не в состоянии противодействовать власти в легальных рамках;

- внутренней готовностью перейти под "крышу" даже нелигитимных структур, если они обеспечат наведение порядка и прекратят правовой и криминальный беспредел.

2.1 Способствующие факторы теневизации России:

- имеющую многовековые традиции и сохранившуюся в "демократической" России "византийскую" систему власти³, полностью закрытую от общества и препятствующую любому контролю с его стороны; 

- затягиваемое, отчасти умышленно, совершенствование законодательства, приведение его в соответствие с современными требованиями; 

- длительный системный социально-экономический кризис, в результате которого резко упал уровень жизни основной части населения; 

- непродуманную экономическую политику правительства, провоцирующую внеправовые, а порой и откровенно незаконные, методы перехода общенародной (государственной) собственности в частные руки; 

- игнорирование властью криминального характера передела собственности, в котором все большую роль играет организованная преступность; 

- не получающее должной оценки казнокрадство и мздоимство; 

- неспособность и нежелание органов охраны правопорядка, всей правовой сферы государственной власти жестко контролировать и пресекать теневые криминальные процессы, характеризующие экономику; 

- правовой нигилизм как представителей власти, так и всего общества в целом; резкое его усиление в результате глобального внедрения в массовое сознание антиобщественной, антигосударственной идеологии, базирующейся на извращенных представлениях о правах и обязанностях человека.

Анализ проблем "теневой юстиции" показал: в стране есть реальная теневая власть и ее правовые механизмы; есть теневое право, его нормы и обычаи, их принудительная сила; есть аппарат исполнения теневых законов; есть квалифицированные кадры с опытом работы и связями в правоохранительных органах и других структурах власти.

Все это позволяет говорить о теневой юстиции как о сформировавшейся целостной системе, которая органически переплетается с системами теневой экономики и теневого властвования⁵.

Возникает вопрос: не является ли эта система - теневого властвования, теневой экономики и теневой юстиции - сущностной характеристикой не какого-то кратковременного переходного периода, а политического режима в целом?

В целом послесоветский режим характеризуется тем, что по соотношению формальных и неформальных институтов, составу и характеристикам основных "факторов" "конкурентность" "послесоветского" режима объективно еще более низка, чем "позднесоветского"⁶. 

Некоторые исследователи с оптимизмом оценивают теневые отношения, утверждая, что происходит их некая легитимация, признание их "нормой". Однако подобные утверждения не только неверны, но и весьма опасны. 

Неверны потому, что в обществе сохраняется высокая потребность в сохранении и соблюдении законности, растет негативное отношение к любым теневым процессам, даже если они не имеют криминального характера.

Опасны потому, что принятие в качестве неизбежного, отказ от решительного противодействия теневизации политико-экономических и социальных процессов ведет к их укреплению. А это, в свою очередь, может сделать эти процессы необратимыми, вплоть до появления нового "типа" государства - криминально-мафиозного.

В президентство Б.Ельцина теневизация достигла критических значений. Поэтому первые решительные действия В.Путина были направлены на укрепление так называемой "вертикали власти", по сути - на детеневизацию отношений "Центр - регионы" и межрегиональных.

Конечно, во все левые партии России внедрено много агентов – и от служб политического режима, и от иностранных спецслужб, и от банков и мафии. А как же иначе? Люди пекутся о своих интересах, не все же такие лопухи, как советский народ.⁴

Как позитивный момент следует отметить то, что власть наконец-то открыто признала существование проблемы. Если несколько лет назад говорилось только о теневой экономике и, отчасти, ее криминальной составляющей, то сегодня признается и наличие теневой юстиции. Тем самым, хотя бы и косвенно, признается существование сильнейшей политической составляющей теневых процессов, поскольку теневая экономика и теневое право могут успешно взаимодействовать только через посредство теневой политики.

Таким образом, официальная, легитимная власть осознает наличие в стране параллельной ей теневой властной системы "экономика - политика - право". Однако это осознание пока не выливается в конкретные действия по ее нейтрализации. Можно предположить, что этот процесс идет, но тоже полностью в теневой сфере⁵. Есть мнения, что эта параллельная система стала настолько сильна, что для борьбы с ней у легитимной власти не хватает ни средств, ни кадров, ни ресурсов.

Непрозрачность, закрытость власти приобрела глобальный характер. Это вынуждает апеллировать, прежде всего, к главе государства, к такому субъективному фактору, как наличие политической воли. Демократические институты России неспособны самостоятельно решить эту проблему - они слишком слабы и зависимы. В условиях "указной", "управляемой" демократии закон никогда не будет главенствовать, и даже основные конституционные требования будет нарушаться во всех случаях, когда власть находит это "целесообразным". 

Поэтому процесс институционализации российской демократии по существу должен собой представлять процесс восстановления, вернее, установления доверия к ней. Если это доверие возникнет, можно будет говорить о формировании и укреплении институтов гражданского общества. 

Важнейшей задачей является совершенствование выборной системы и практики подсчета голосов. Явное давление "денежных мешков", с одной стороны, неограниченное использование "административного ресурса" - с другой, агрессивность "черных" избирательных технологий, с третьей, открывают широчайшие возможности для манипуляций с электоратом. Сомнение в легитимности любых выборов ставит под сомнение саму демократическую основу государственного устройства.