2.1.2. Время. Человек. Пространство

Человек – существо любопытное, неуемное. Заселение Средней Волги и Нижней Камы происходило в незапамятные времена – около ста тысяч лет тому назад. На протяжении этой эпохи первобытные люди освоили территорию Поволжья и Приуралья и успели расселиться до широты Пещерного лога на реке Чусовой Пермского края. В конце палеолита на Средней Волге и в Приуралье складывается группа близких друг к другу памятников археологии. Около 8 тысяч лет назад (в VI тыс. до н.э.) начинается поздний каменный век – неолит. В этот период в Предкамье обитали Волго-камские неолитические племена, которые украшали свою керамику гребенчатой орнаментацией.

В эпоху мезолита по обе стороны Уральского хребта еще существовала уральская языковая общность, а в эпоху неолита в Волго-Камье и Приуралье (середина IV тыс. – до III тыс. до н.э.) существовала финно-угорская общность. Впоследствии на рубеже III и II тыс. до н.э. наблюдается распад финно-угорской общности на финскую и угорскую. О существовании первоначальной общности говорят некоторые общие слова в финских языках. Например, очень близко звучат в удмуртском, коми, эстонском, венгерском, марийском и других названия: стрела – ньол, ноол, дерево – пу, термины родства по женской линии, восходящие к матриархату: девочка, девушка – ныля, ныжыл, ныв, а также название снега – лым, лоом, лум, название крови – врь, выыр, в`р и другие.

Во II тыс. до н.э., в эпоху бронзового века население Прикамья и низовья реки Белой переходит к ранней форме мотыжного земледелия, к домашнему скотоводству, но традиции предшествующих эпох – охота и рыболовство – сохраняются. Известны Ананьинская и другие стоянки этого периода (VIII век до н.э.), существовавшие в лесной полосе. Всеми своими особенностями – формой и характером поселения и жилищ, могильников и погребального обряда, керамики и ее орнаментации, металлических и прочих орудий, наконец, территории расселения – приказанские, прикамские и прибельские племена выступают как местные племена Волго-Камья. Это население эпохи бронзы находилось на стадии патриархата.

Почти на каждой стоянке обнаружены зернотерочные плиты и терочные камни. Приказанские (Волго-Камские) племена уже начали разработку местных меднорудных песчаников вдоль Камы и изготавливали из полученной бронзы орудия труда, оружие, украшения.

Топонимических данных, свидетельствующих об этой отдаленной эпохе, до нас не дошло. Но связь приказанской культуры с ананьинской позволяет говорить о том, что это были восточные группы финно-язычного населения, сыгравшие ведущую роль в формировании культуры предков, как волжских (мари, мордва), так и пермских (удмурты, коми) финно-язычных народов.

В I тыс. до н.э. в Прикамье наступает ранний железный век. Эта эпоха охватывает период с VIII по VI вв. до н.э. – самое начало железного века, поскольку на рубеже VI-V вв. до н.э. с территории Нижнего Прикамья население ананьинской эпохи уходит вверх по течениям р. Белой (до устья р. Уфа) и Вятки. В ананьинском населении Нижнего Прикамья археологи видят предков пермских (удмуртов, коми) и части финского (мари) народов.

В раннеананьинское время (VIII-V вв. до н.э.) ананьинские племена в пределах современного Татарстана занимали прибрежные районы всех крупных рек: Волги, Свияги, Камы, Вятки, нижнего течения р. Белой (Ош) в Башкирии и правобережье р. Уфа (Ува).

Последующая эпоха получила в Прикамье название пьяноборской по могильнику у с. Пьяный Бор (ныне Красный Бор в Агрызском районе Татарстана), где население продолжало традиции ананьинского (пьяноборские племена были потомками ананьинцев, проживавших на территории Башкортостана от Камы до г. Бирска, а также Благовещенска и Уфы).

Пьяноборское население предпочитало жить в неукрепленных поселениях. Но поселение всегда располагалось около укрепленных городищ, куда население уходило во время опасности. Название татарской деревни Кырныш, где открыт могильник пьяноборской культуры, этимологизируется с удмуртского языка. Ойконим связан с орнитонимом кырныж – ворон, вороний. На марийском курнуыж – ворон. Пьяноборская эпоха датируется III в. до н.э. – II-III вв. н.э.

Пьяноборские племена Прикамья и Прибелья – предки восточных марийцев и южных удмуртов. Еще в Булгарском, позднее Казанском ханстве сохранялось их общее название – арские люди (сначала княжество Бершуд, потом Кашанская провинция, а впоследствии Агидельский иль).

На юге движение кочевых племен вызвало передвижения и изменения поздних пьяноборцев. Их культура на нижней Каме и на нижнем Прибелье трансформируется в азелинскую (III – VII вв. н.э.). Азелинская культура легла в основу формирования культуры уже известных к тому времени цармис-черемис-чирмышей, т.е. предков современных марийцев. Они составили три группы: камские, кокшагские, нагорные, (соответственно, восточные, луговые и горные) марийцы.

В эпоху гуннов и «Великого переселения народов» в Закамье и Предволжье приходят племена именьковской культуры. С их приходом появляются новые культурные традиции. В период VI-VII вв. в Южном Прибелье и Восточном Закамье образуется область легендарной «Великой Венгрии», откуда в начале IX в. часть древних венгров отправилась в Паннонию на Дунай. (основная часть венгров в VI-VIII веках проживала на нижнем Поволжье, Северном Кавказе, Приазовье и на Дунай отправилась с этих земель). Оставшаяся часть, такая, как Моджары, вошла в состав Волжского-Булгарского государства.

В VIII в. н.э. в Среднем Поволжье и Прикамье из-за Дона и Приазовья появляются булгары-барсилы, а вместе с ними и другие тюркоговорящие роды и племена гунно-булгарского происхождения, такие как савиры, сувары, сюрби.

Сюрби – это прямые предки современных чувашей. К пришлым булгарским племенам примыкают и вступают в плотные контакты эсэгелы – часть Камско-Уральского племени «Великой Венгрии», обитавшие на берегах Волги в пространстве между реками Тамтазай и Сак-Сок. К середине XII в. они вошли в состав башкир как венгерский компонент. Известный венгерский миссионер – путешественник Юлиан отметил в своих трудах, что язык их очень схож с венгерским, и они понимали друг друга без переводчика. Позднее эсегелы утратили свой язык, приняв тюркский, т.е. башкирский, как один из диалектов татарского языка.

Лишь в конце Х в. – начале ХI в. н.э. из глубины Центральной Азии на южную территорию современного Башкортостана проникает мощная волна тюрко-язычных кочевников – гуззов, печенегов и древних (ранних) башкир. Вся лесостепная зона по соседству с Волжской Булгарией южнее г. Стерлитамака и Южный Урал становится частью этого тюркского государства – Кимакского каганата. Вслед за кимаками появляются ближайшие их родственники – кипчаки.

Волна тюркского населения вступает в тесные контакты с арскими племенами междуречья Камы, Белой и Уфы (восточные черемисы и южные удмурты). Часть их ассимилируется, а другая часть вытесняется в лесные районы, непригодные для кочевья.

Аборигены этого края – финно-угры, войдя в состав башкирского народа, кочевникам принесли с собой пчеловодство, характерную для финно-угров геометрическую трактовку орнаментики в народное искусство башкир, некоторые праздники, предания, топонимы – названия рек и других географических объектов [названия рек Уфа (Ува), Ай, Юг, Ар и др]. Топоформат ай, ой, по мнению А.К. Матвеева восходит к одному из древних финно-угорских корней, имевшему значение «поток» и зафиксированному в финском языке: оjа – «канава», «ручей»).

Совместное проживание пришлых тюркских племен и местных угров, а также части финского населения на северной части современного Башкортостана привело к ассимиляции, к взаимному проникновению культур. Не случайно, у некоторых башкир этих районов, в антропологическом отношении хорошо выражены финно-угорские черты. Это можно заметить и в строении фигуры, и в походке башкир этих регионов. Не редко там можно встретить светловолосых и светлоглазых башкир, по сравнению с южными смуглыми – носителями четко выраженного азиатского генотипа. Я лично знал две такие башкирские семьи в д. Бриштамак Белорецкого района Республики Башкортостан.

Лишь в XII веке (в 1193 году) в хрониках Волжской Булгарии появляется провинция «Башкорт» на месте бывших земель Тамта (от реки Тамтазай). Правое низовье р. Белой от Бирска до Камы остается в провинции Бершуд, переименованной впоследствии булгарами два раза: сначала – в Кашанскую провинцию, а в период Казанского ханства в Агидельский иль. Чирмышские и удмуртские анклавы, как туземцы этих мест, сохранялись вплоть до падения Казанского ханства и присоединения его к русскому государству. В этот период начинается поток беженцев, в первую очередь марийского населения, с Поволжья и Вятки. Это происходило в несколько этапов в течение трех столетий. Беженцы искали пристанище у своих Прибельских сородичей – чирмышей и удмуртов, аборигенов этих мест.

На северо-западной территории современного Башкортостана вперемешку с южными удмуртами и восточными черемисами жили их ближайшие соплеменники – мишары, ассимилировавшиеся с тюркскими и угорскими племенами, перенявшие тюркский (татарский) язык и принявшие мусульманскую религию и культуру, но никогда не забывавшие, что они мишары. Мишары, вотяки и чирмыши – это арские племена.

В период Русско-Казанской войны мишары договорились с русскими, а чирмыши (черемиса) и удмурты (вотяки) – арские люди были разбиты на голову. Мишары тем самым вписались в структуру Русского государства как служивое сословие, обязанное формировать в случае войны свои мишарские полки. Они были хорошими военными, делали карьеру, получали в награду земли, в том числе на территории нынешнего Башкортостана, становились дворянами. Ну, а чирмыши сошли с исторической арены. Этот процесс усугубил известный указ Русского царя, которым им было запрещено проживать в городах, иметь огнестрельное оружие, заниматься кузнечным делом, торговлей и т.д. Их силой заставляли принимать христианскую религию, используя экономические и прочие способы. Вновь прибывающих на северо-западные территории современной Башкирии (которая тогда считалась частью Казанской губернии, впоследствии Оренбургской и Уфимской) из-за Камы беженцев записывали в тептяры: и татар, и удмуртов, и чувашей, и мари.

Русское правительство с самого начала, как только пала Казань, начало планомерно заселять эти земли крестьянами в первую очередь из Пермского, Вятского краев, а затем из центральных губерний. Здесь развивалось хлебопашество, заводское дело и т.д.

В 1922 году наступил жесточайший голод в так называемой «Малой Башкирии» со столицей в с. Темясово. Правительство в Москве, не находя другого выхода из кризиса, механически присоединило сначала Стерлитамак, а вскоре всю Уфимскую губернию к «Малой Башкирии» в т.ч. и хлебородный Бирский уезд. Так официально северо-запад современного Башкортостана (Междуречье рек Уфы, Белой, Камы) оказался в составе Башкирии. Были установлены границы территории новой республики, которые имеются ныне. С этого времени русский город Уфа становится столицей Башкирской Республики, с готовой для этого, а главное, удобной дорожной, банковской и прочей инфраструктурой.

Большая часть восточных марийцев оказалась в составе нового административного образования (Башкирской Автономной Советской Социалистической Республики), возникшего на карте РСФСР в 1922 году. Советская власть способствовала ликвидации неграмотности среди населения, изучению родного языка. В то же время молодая республика и советская власть не смогли создать равных условий для развития всех народов, проживающих в ней. Талантливые марийцы, желающие развития и успеха, были вынуждены или уезжать в Марийскую Автономную Советскую Социалистическую Республику (ныне – Республика Марий Эл), или ассимилироваться с другими народами. В результате интеллигенция восточных марийцев всегда была обескровленной, не способной создать марийскую городскую культуру, соответственно не способной противостоять процессу ассимиляции своего народа.

Сегодня Башкирия является родиной башкир, русских, татар, чувашей, восточных марийцев, удмуртов и других этнических меньшинств, проживающих здесь веками. Более активная интеграция в экономическую, культурную и политическую жизнь Республики Башкортостан, участие в решении её проблем и России в целом даст возможность для реализации внутреннего потенциала марийцев Башкортостана – потомков ак-чирмышей средневековой Волжской Булгарии. Только так они смогут вписаться в современную жизнь, помочь себе, родной Республике Башкортостан, России. Ничто не объединяет народа как общая цель.