Глава 4

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ

4.1. Об особенностях проявления и действия законов в экономике

Окружающий нас мир и мы сами при всем своем разнообразии устроены таким образом, что процессы и явления в природе и в обществе подчиняются определен­ным правилам. Иначе говоря, действуют типовые, установившиеся, многократно повторяющиеся, всеобщие соотношения, связи как между самими процессами, так и между характеризующими их показателями. Это могут быть связи причинно-след­ственного характера (данная причина всегда порождает данное следствие), либо ус­тойчивые зависимости между одновременно проявляющимися разными сторонами одного и того же процесса, либо многократно проявляющиеся однотипные результа­ты взаимодействия разных явлений. Универсальные всеобщие способы «поведения» всего сущего в мире, объективно свойственные всем явлениям данного рода, класса, принято называть законами.

Наличие законов обнаружено и многократно подтверждено в физическом и био­логическом мире. Это законы механики, закон сохранения и превращения вещества и энергии, законы наследственности и эволюции всего живого. Принципиальная особенность таких законов состоит в том, что они действуют независимо от воли и сознания людей.

Довольно часто приходится слышать о существовании и проявлении экономичес­ких законов, характеризующих типовые черты взаимосвязей и взаимодействий меж­ду частями, элементами экономической системы, включая и людей, участвующих в экономических процессах. Обычно имеется в виду наличие всеобщих, постоянно наблюдаемых связей и соотношений между производством, распределением, обме­ном, потреблением вещей, благ, услуг и показателями, характеризующими эти про­цессы.

Действительно ли и в какой мере экономическим явлениям, событиям, процес­сам объективно присущи всеобщность, типовость, позволяющие утверждать, что мы наблюдаем действие объективно существующих экономических законов?

Одно представляется ясным и очевидным: в той своей части, в которой экономи­ка включает естественные процессы, а экономическая наука опирается на естество­знание, действуют физические и биологические законы естественного мира. Здесь все происходит объективно, независимо от волеизъявления людей, в соответствии с изначальным замыслом Творца. Поэтому, когда мы уверенно заявляем, что нельзя потребить больше, чем имеется, произведено, получено, то этот экономический за­кон целиком вытекает из закона сохранения вещества. Там, где экономика сталкива­ется с законами природы, не приходится задумываться о субъективном факторе. Эти законы универсальны, и проблема заключается только в степени познания и пони­мания сферы их действия, так как и на них распространяется принцип относитель­ности. Ведь даже физические законы не носят абсолютного характера.

Намного сложнее обстоит дело с проявлением закономерных начал в той, основ­ной, части экономики, где в естественные процессы вмешался и продолжает вмеши­ваться человек, где люди стали неотъемлемой частью экономической системы, уча­ствуют в экономических процессах в качестве производителей, потребителей, управленцев.

Один из великих экономистов XIX века Альфред Маршалл писал по этому пово­ду: «В формулировке экономических законов учитывается, как стремится человек поступать в определенных условиях. Они в одном напоминают физические законы: и те и другие предполагают наличие определенных условий. Законы человеческого поведения, конечно, не так просты, определенны и не так четко устанавливаются, как закон всемирного тяготения, но многие из них можно отнести к естественным законам, имеющим дело со сложным предметом исследования».

В какой же мере законы экономики можно и следует считать законами человече­ского поведения?

Было бы неправомерным утверждать, что экономические процессы, связанные с людьми, управляемые ими, во всем протекают именно так, как того желают люди, что законы в этой части экономики предопределяются не божественным промыс­лом, а человеческой волей. Несомненно, что и в экономическом поведении людей, а вместе с ними и отдельных частей экономической системы наблюдаются устойчи­вые признаки, типовые свойства, напоминающие законы природы. Есть все основа­ния утверждать, что люди стремятся к увеличению доходов, что с ростом доходов из­меняется структура расходов и потребления, что значительное увеличение денежной массы порождает рост цен и дефицит товаров, что по мере возрастания количества определенных благ, которыми обладает конкретный человек, относительная ценность, полезность каждой вновь обретаемой единицы уменьшается, что богатые люди стре­мятся купить предметы роскоши, а бедные — товары первой необходимости.

Однако можно ли назвать все эти наблюдаемые свойства экономического пове­дения, функционирования экономических систем законами в полном смысле этого слова? Думается, что нельзя. По той простой причине, что отдельные субъекты, сле­дуя собственным целям, желаниям, установкам, привычкам, психологии, способны отклоняться от общих правил, не соблюдать их. К тому же наблюдаются не только прихоть отдельных людей, «оригинальничанье», выводящее их за пределы типового, закономерного поведения. Зачастую отклонения могут носить массовый характер, переходить в иной тип поведения значительных групп людей, а то и стран, население которых обладает собственным экономическим менталитетом, как самовыработан­ным, так и внушенным, навязанным извне.

Чтобы учесть и отразить это обстоятельство, советская экономическая наука пы­талась ввести представление об экономических законах, свойственных отдельным формациям. Появились «экономические законы капитализма», «экономические за­коны социализма». Но при таком подходе теряется основной признак закона — его всеобщность.

Таким образом, приходится, с одной стороны, отмечать явные признаки типовости, общности ряда признаков, присущих «человеческой экономике», экономичес­ким процессам, отношениям, связям между элементами экономической системы, и, с другой стороны, неизбежное проникновение в них субъективных начал, ограни­ченную общность.

В связи с этим думается, что применительно к экономике правомернее пользо­ваться термином «закономерности», чем «законы». Однако нет ничего хуже, чем ло­мать установившуюся терминологию, потому, следуя традиции, придется и в книге, и в жизни продолжать употреблять слова «закон», «законы».

Необходимо, и это принципиально важно, обратить внимание на то обстоятель­ство, что, когда речь идет об экономических объектах, процессах, отношениях, само слово «закон» трактуется двояко.

Во-первых, это объективные закономерности, о которых говорилось ранее. Ино­гда им присваиваются имена ученых-экономистов, открывших, обнаруживших или описавших такие закономерности. К примеру, известен закон рынков Сэя, о кото­ром упоминалось в главе 3, посвященной экономическим учениям.

Во-вторых, законами называют юридические нормативные акты, принимаемые законодательными органами страны. Такие законы предусматривают правила, нор­мы экономического поведения, которые обязаны соблюдать органы управления, пред­приятия, организации, фирмы, предприниматели, граждане данной страны. Это за­коны, навязанные государством, правительством экономическим субъектам страны, исходя (по замыслу) из интересов общества, народа. Иногда и таким законам даются имена тех лиц, которые их предложили или принимали. К примеру, в США широко известен принятый в 1947 году закон Тафта-Хартли, ограничивший права профсою­зов на проведение забастовок. Естественно, что законы страны могут быть в опреде­ленной мере объективными, но наличие в них субъективного фактора и временный характер таких законов заведомо исключают их отнесение к категории экономичес­ких законов.

Ниже рассмотрены наиболее известные и общие закономерности, принципы, которые следует отнести к экономическим законам исходя из их всеобщего характе­ра, подтверждения положений этих законов в реальной жизни и факта научного при­знания таких законов.

Отдельные экономические законы и принципы частного характера не излагают­ся в данной главе, так как они представлены в последующих главах. Одновременно приходится признать, что еще не завершена систематизация экономических законо­мерностей, их сведение в четкую систему.