Социальный контекст

А теперь займемся связью архитектурной формы с социальным контекстом, памятуя о том, что говорилось в главе 1 о схеме идея - форма - функция - значение - символ.

Для этого ответим на вопрос: что ожидает "общество" от архитектурной формы, которую мы создали?

Формы не изолированы друг от друга, они находятся в постоянном взаимодействии. Между ними происходит процесс взаимовлияния, поэтому путь познания не может ограничиваться лишь копированием тех или иных форм; необходимо научиться выражать присущие им внутренние свойства, понимаемые, разумеется, с позиций культуры сегодняшнего дня. Это открывает новое поле деятельности.

В данной области особое значение приобретают символические категории. Так, для О. Шпенглера архитектурная форма имеет решаю-щее значение в качестве "изначального символа" философской концепции жизни каждой культуры и каждой эпохи. Это означает, что та или иная культура выражает свои идеалы в определенных архитектурных формах. Различным культурам присущи различные символы.

Схема анализа

Все, о чем шла речь выше, должно быть графически отражено в схеме, которая бы вобрала в себя характеристики состояния индивидуума и общества и выражала наши намерения. Речь идет о модели в самом широком понимании этого слова.

Таким образом, схема отразит структуру произведения, показывая его основные элементы и их связи. При этом схема должна быть максимально ясной. Вместе с тем она должна быть гибкой, чтобы можно было применять ее в новых ситуациях, поскольку невозможно заранее планировать результат анализа.

Научиться видеть - это уметь подбирать такие характеристики, такие схемы, которые бы выражали свойства объекта наиболее полно. Схема будет тем полнее и глубже, чем в большей мере она отражает культурные традиции данной эпохи; культуру каждого периода можно представить в виде схемы.

Следовательно, мы рассматриваем архитектуру как выражение конкретных запросов данной культуры в данной стране.

Существует ряд общих критериев, которые следует иметь в виду:

это понятия удаленности и закрытости, постоянства размера и непрерывности. Но для того чтобы оперировать категориями, присущими искусству, надо иметь определенные навыки. Так, требуется "ключ", чтобы распознать музыкальные элементы, составляющие симфонию.

В этой связи искомые схемы должны показывать феномены как выражение их скрытой гармонии и их внутренних свойств. Они должны, таким образом, с одной стороны, подчиняться законам формального восприятия, а с другой - отражать существенные аспекты явления. Первое - потому что восприятие предполагает определенную систематизацию; второе - потому что в противном случае наши схемы были бы "невыразительными". Мы рассматриваем законы восприятия как своего рода руководство в нашем анализе, ищем внутреннюю гармонию как основу формообразования, стараемся определить "структурный скелет" каждой формы.

Таким же образом, так же как мы оперируем предметами, можно оперировать и пространствами.

Пространство можно схематизировать по Бэкону, отдавая предпочтение гештальтпсихологии. Тогда возможными выражениями пространственных элементов станут идеи о "наступлениях и отступлениях", "точках в пространстве", ... "направлениях", "напряжениях" и т. д.

Выясним в этой связи другой тип отношений: управление - напряжение - размер - расстояние, глубина - время.

Рассмотрим пространство как связь между предметами, связь намерений и ценностей. И мы увидим, что пространство есть нечто живое, оно предстанет перед нами "соучастником", а не просто объектом наблюдения. Свяжем пространство с позицией индивидуума или общества. И если в добавление к этому наша схема покажет отношения между формой и содержанием, между результатом и целью, то это значит, что мы провели настоящий структурный анализ, поэтому необходимо менять схемы исследования в зависимости от изучаемой культуры. Речь идет о том, чтобы показать связь между "схемой" и "чувством", т. е. выразить дух отношений массы с пространством, выразить жизнь в схеме.