I. Проверка домашнего задания.

1. Каким предстает «страшный мир» в лирике Блока?

2. Расскажите о значении образов-символов в стихах Блока.

3. Обобщающее слово учителя.

Послушайте, как представляет систему символов поэзии Блока исследователь его творчества В. С. Баевский.

Блок создал цельную, всеобъемлющую систему символов, в основе которой лежит постижение Бога, поиск жизненного пути, порыв к идеалу и т. п. Заря, звезда, солнце, белый цвет — все это синонимы Прекрасной Дамы... Размыкание кругов — порыв к ней. Ветер — знак ее приближения. Утро, весна — время, когда надежда на встречу наиболее крепка. Зима, ночь — разлука и торжество злого начала. Синие, лиловые миры, одежды символизируют крушение идеала, веры в самую возможность встречи с Прекрасной Дамой. Болото символизирует обыденную жизнь. Желтые фонари, желтая заря (Блок писал прилагательное «желтый» через «о» и придавал этому большое значение) символизируют пошлость повседневности.

Это лишь небольшой фрагмент «словаря» символов Блока. Он весьма упрощен: в зависимости от контекста значения символов колеблются в широких пределах... Чтобы постичь систему символов Блока, следует изучить и продумать всю его поэзию. Здесь необходима работа души.

II. Работа над новым материалом.

1. Лекция учителя.

Символы пронизывают и произведения Блока о России.

Тема родины, России — сквозная блоковская тема. На одно из последних его выступлений, где поэт читал самые разные свои стихотворения, его попросили прочесть стихи о России. «Это все — о России», — ответил Блок и не покривил душой, ибо тема России была для него поистине всеобъемлюща…

В письме к К. Станиславскому в декабре 1908 года Блок писал: «... стоит передо мной моя тема, тема о России. Этой теме я сознательно и бесповоротно посвящаю жизнь. Все ярче сознаю, что это — первейший вопрос, самый жизненный, самый реальный. К нему-то я подхожу давно, с начала своей сознательной жизни».

«Родина» для Блока — понятие настолько широкое, что он посчитал возможным включить в цикл и стихотворения сугубо интимные («Посещение», «Дым от костра струею сизой...»), и стихотворения, прямым образом связанные с проблематикой «страшного мира» («Грешить бесстыдно, непробудно...», «На железной дороге»).

О своей неразрывной связи с родиной, с ее во многом темной и трудной судьбой говорит поэт в стихотворении «Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться?..»

Заранее подготовленный ученик читает наизусть.

В этом стихотворении поэт не только подчеркивает свое единство с судьбой родины, но обращается к ее истории: называет племена Чудь и Меря, вспоминает народного героя Ермака, использует образы-символы фольклора и древней русской литературы (соколы, лебеди — русские воины: «...Соколов, лебедей в степь распустила ты — / Кинулась из степи черная мгла...»).

Возникающий в последней его строфе символический образ («Тихое, долгое, красное зарево / Каждую ночь над становьем твоим») — предвестие грядущих перемен.

Совсем по-иному раскрывается тема России в стихотворении «Новая Америка». Поначалу перед читателем все та же «убогая» Русь с ее «страшным простором» и «непонятной ширью». Однако постепенно лицо России проясняется («Нет, не старческий лик и не постный / Под московским платочком цветным»). На ее просторах появляются фабричные трубы, корпуса заводов, «города из рабочих лачуг». В последних строфах Блок говорит о том, что ископаемые богатства родины помогут ее обновлению. С первого взгляда такое утверждение для поэта кажется неожиданным, но Блок на самом деле серьезно размышлял о роли национальной промышленности в «великом возрождении» России. «Будущее России, писал он, — лежит в еле еще тронутых силах народных масс и подземных богатств». Его «Новая Америка» — поэтический образ будущей России, «нового света», «Великой демократии».

Цикл «Родина» завершает небольшое стихотворение «Коршун». В нем сосредоточены все ведущие мотивы, прозвучавшие в цикле. Тут и приметы неброского российского пейзажа, и напоминание о подневольной судьбе русского человека, и черты отечественной истории, и обобщенный образ самой родины. Все это глубоко народно и неразрывно связано с фольклорной стихией. А сам Коршун — символ тех зловещих сил, которые тяготеют над Россией. Вопросы, поставленные в конце стихотворения и усиленные анафорой «доколе», не являются обычными риторическими вопросами. Автор обращает их и к себе, и к читателям, и, быть может, к самой Истории как активный призыв к действию: Доколе матери тужить? Доколе ворону кружить?

Смысловое ядро цикла составляют стихи, посвященные непосредственно России. Среди самых значительных — цикл «На поле Куликовом» и стихотворение «Россия».

2. Индивидуальное сообщение учащегося на тему «Стихотворение Блока «Россия». Восприятие, истолкование, оценка».

Дополнение. Стихотворение Блока «Россия» — самое известное из цикла «Родина». В нем слиты воедино чувство любви к родине и вера в ее будущее возрождение. Интересна история его создания. В первой публикации оно содержало вдвое больше строф, чем в последующих. Блок изъял ряд строф полностью, а некоторые переделал. Что же убрал поэт и почему?

Во-первых, две строфы, где говорится об ископаемых богатствах России:

Сулишь ты горы золотые,

Ты дразнишь дивным мраком недр.

Россия, нищая Россия,

Обетованный край твой щедр!

Казалось бы, это неопровержимая истина. Еще Некрасов писал: «ты и убогая, ты и обильная...» Но для Блока важно, что его любовь к России не связана с ее богатствами. Он принимает ее в унижении и нищете, и в этом проявляется подлинная любовь («Да, и такой, моя Россия, / Ты всех краев дороже мне»).

Подверглись сокращению и три строфы, предшествующие концовке. В них поэт создает живой и пленительный портрет красавицы крестьянки:

Она пред встречным опускает

Глаза лукавые свои...

… … … … … … … …

Ручей бежит, бурля и пенясь,

Взглянула — взором обожгла,

Мы поравнялись, — подбоченясь,

Как лебедь, плавно прочь пошла...

«На этот раз поэта, видимо, не удовлетворила чисто иллюстративная функция этого описания. Здесь образ России не сливается с образом женщины, что было характерно для блоковской символистской концепции («О, Русь моя! Жена моя!»), а подменяется им. К тому же блоковская женщина в этом эпизоде слишком напоминает некрасовскую красавицу (у Блока: «Взглянула — взором обожгла», у Некрасова «Посмотрит — рублем подарит»).

В окончательном варианте в стихотворении выражено чувство нераздельности личной судьбы и судьбы родины, органическое ощущение национальной стихии, любовь к неброской деревенской природе, внимание к народному слову, наконец, к традициям отечественной литературы.

Уже в первой строфе образ тройки может вызвать ассоциацию с гоголевской Русью-тройкой. А следующая строфа вновь заставляет вспомнить о лермонтовской «странной любви» к отчизне

Россия, нищая Россия,

Мне избы серые твои,

Твои мне песни — ветровые

Как слезы первые любви!

И далее развертывается чисто блоковское чудо «перетекания» образа женщины в образ родины и наоборот. Его Россия — женщина-красавица то ли из сказки, то ли из жизни. Ее красота — «разбойная», непокорная. Поэтому даже во власти «чародея» она «не пропадет», «не сгинет». Только «забота затуманит» ее «прекрасные черты». А далее снова образ женщины незаметно переходит в образ родины:

Ну что ж? Одной заботой боле —

Одной слезой река шумней,

А ты все та же — лес, да поле...

И опять женщина:

Да плат узорный до бровей...

Заключительная строфа — шестистишие. Она возвращает к началу стихотворения — теме тройки, теме пути. Она устремлена в будущее («и невозможное возможно»). А блеснувший «в дали дорожной мгновенный взор из-под платка» и звенящая «тоской острожной глухая песня ямщика» возвращают к непокорной, «разбойной красе» России. Напоминают о «высоких и мятежных днях», приближение которых пророчески предсказано поэтом и в его цикле «На поле Куликовом», с которым мы ближе познакомимся сегодня на уроке.