Ценностный подход.

Как уже отмечалось, еще в XIX в. возникло представление о том, что науки о культуре, в отличие от наук о природе, должны оперировать понятием «ценности». С одной стороны, было установлено, что каждой эпохе присуще свое представле­ние о том, что хорошо, что плохо, своя шкала ценностей и их иерархия. С другой стороны, выделяя науки о культуре, необ­ходимо было заново создавать и методику анализа историко-культурных явлений. Единичные неповторяющиеся явления че­ловеческого бытия (а именно так в противоположность законам, функционирующим в природе, представители Баденской шко­лы в XIX в. определяли своеобразие событий культурной жиз­ни общества) можно изучать лишь при сравнении того, что произошло, с тем, что мыслилось как ценностная ориентация при совершении того или иного действия.

В начале XX в. ценностный подход оформился в цельное течение во многом благодаря работам известного немецкого социолога Макса Вебера (1864-1920 гг.). Ученый призывал отказаться от такой интерпретации истории культуры, при которой «учат понимать политические, худо­жественные, литературные и социальные явления культуры, исходя из условий их происхождения», и обратиться к выяс­нению, «были ли ценными эти явления культуры и должны ли они дальше существовать». Рассматривая культуру как систе­му ценностей, создаваемую обществом на определенной стадии его развития, Вебер воспринял многие идеи представите­лей Баденской школы Г.Риккерта и В.Виндельбанда.

Как и его предшественники в области аксиологии (от греч. axia — ценность; logos — учение), ученый исходил из посылки, что только в соотнесении с ценностями определенной исторической эпохи можно понять и оценить поведение людей и их цели, а также все многообразные прояв­ления культуры.

Вебер восклицал: «Какой человек отважится отвергать эти­ку... индивид должен решить, кто для него — Бог, а кто — дьявол!». Ценности наряду с нормами, эталонами, идеалами и т.п. формируют ценностное поле культуры, в котором все, что внутри него, мыслится своим, а все, что вовне, — чужим для данного общества.

Его категория социального действия, включавшая в себя общественное поведение, сочетающее ин­дивидуальную мотивацию с ориентацией на интересы других людей, стала одной из основных категорий современной социо­логии. Но самым известным стали его определения харизмы и харизматического государства. Наряду с традиционным (пат­риархальным) и легитимным (законным) типами государства М. Вебер выделил еще один — харизматический, строящийся на личных отношениях общества с лидером, обладающим ха­ризмой. Понятие харизмы взято из раннехристианской лите­ратуры о Христе как о сверхчеловеке. По мнению Вебера, ха­ризматический лидер — промежуточный классификационный тип между традиционным и демократическим, обладающий рядом черт, благодаря которым он «считается наделенным сверхчеловеческими или, по меньшей мере, исключительными способностями и качествами. Они недоступны обыкновенному человеку, рассматриваются как исходящие от божества или образцовые, и на их основании данный индивид считается лидером». Выделяя основные черты харизматического лиде­ра, ученый сделал акцент на том, что он обязательно пренеб­регает материальными интересами, окружен сподвижниками, отвергает прошлое и не передает свое лидерство по наследству. При этом Вебер не делит харизму на позитивную и нега­тивную.

Как историк, Вебер специально исследовал влияние на «дух капитализма» протестантской этики, «рациональной религии» как основной ценности Нового времени. Протестантская «хо­зяйственная этика» оказала сильное воздействие на генезис ка­питализма. Религиозное сознание в новых условиях имело са­мую непосредственную связь с формированием новых экономи­ческих отношений. Конкретно-историческое исследование М.Вебера доказало плодотворность ценностного подхода к изу­чению культуры убедительнее, чем сухие философские или соци­ологические дефиниции. Все это привело к так называемому веберовскому ренессансу в культурологии последней трети XX в. М.Вебер стал основоположником «понимающей социологии».

Понимание культуры как системы ценностей имело на про­тяжении XX в., наверное, самое большое число сторонников среди культурологов. Даже представители других подходов к феномену культуры зачастую присоединяли к нему и ценност­ный. Как утверждали, например, создатели российской семи­отической школы культурологии Ю.М.Лотман и Б.А.Успенский, с точки зрения самосознания той или иной эпохи культура и не может представляться ничем иным, как только системой цен­ностных ориентации.

В результате долгой жизни ценностный подход еще далеко не исчерпал всех заложенных в нем возможностей. Правда, разные специалисты весьма по-разному трактуют и само по­нятие «ценности». Создается системная иерархия ценностей: общечеловеческие, национальные, классовые, групповые, се­мейные, индивидуальные. Продолжается деление на матери­альные и духовные ценности. Есть примеры абсолютизации субъективного содержания, вкладываемого в это понятие. И при всем этом ценностное понимание культуры успешно про­должает жить и развиваться.