- •Часть I. Здравый смысл и природа педагогической системности
- •Глава 1 Фридрих Адольф Вильгельм Дистервег
- •О высшем принципе воспитания
- •1. Высший основной принцип не может быть доказан и не нуждается в доказательстве
- •2. Высший основной принцип должен быть всеобщим
- •3. Высший основной принцип должен быть единым, должен быть единственным
- •4. Высший основной принцип должен быть формальным положением
- •1. Основной принцип «Воспитывай природосообразно!» не может быть доказан и не нуждается в доказательстве.
- •2. Принцип «Воспитывай природосообразно!» является общим, самым общим основным положением всякой педагогики.
- •3. Принцип «Воспитывай природосообразно!» является единственным и достаточным.
- •4. Основной принцип «Воспитывай природосообразно!» является формальным, основным принципом.
- •Глава 2 Природосообразность или педагогический волюнтаризм?
- •Глава 3 Природосообразность и народная педагогика
- •Глава 4 Внедренческие перипетии
- •Глава 5 Реальное информационно-коммуникативное пространство
- •Глава 6 Мотивационная легенда обучения иностранным языкам
- •Глава 7 Методика и психология: кто здесь «золушка»?
- •Часть II. Природосообразная модель обучения
- •Глава 8 Мотивационный тренинг
- •Глава 9 Создание артикуляционно-фонетической базы изучаемого языка
- •Глава 10 Формирование лексико-графической базы изучаемого языка
- •Глава 11 Формирование звуко-семантической базы иностранного языка
- •Глава 12 Формирование письменно-моторного навыка
- •Глава 13 Грамматическая база иностранного языка
- •Глава 14 Развитие экспрессивной и продуктивной речи
- •Глава 15 Новый метод? Или хорошо забытый старый?
- •Заключение
Глава 14 Развитие экспрессивной и продуктивной речи
Продуктивная речь — это высказывание собственных взглядов, выражение личной позиции, рассказ от первого лица. Это речь, выстроенная полностью на внутренних интеллектуальных ресурсах и внутренней мотивации. Несмотря на то, что мы уже сформировали достаточно мощный фундамент в виде развитой рецептивной речи и постоянно поддерживали мотивационный тонус иноязычной деятельности на высоком уровне, немедленно приступить к реализации «сразу максимума» — к говорению, было бы ошибкой. Есть опасность вновь, подобно традиционной методике, постулирующей беспредметность урока, увязнуть в тренировочных деятельностях. Само собой разумеется, что теперь, когда точно известно, что урок иностранного может быть предметным, опираться на реальную жизнесообразную и личностно значимую коммуникацию, никакой условно важный учебный треп нас не устроит. Зачем, спрашивается, мне говорить по-английски, если вокруг люди, прекрасно понимающие меня на родном языке. При любых обстоятельствах, при любом, самом интенсивном тренинге, даже опираясь на нашу, значительно более эффективную модель, энергозатраты на иноязычную речь будут более высокими, нежели на речь, усвоенную с молоком матери. Соответственно, до тех пор, пока наш ученик не окажется среди англоязычных людей, речь на родном языке всегда будет более комфортным способом общения.
Поскольку мы явно не располагаем ситуацией «реальной востребованности» иноязычной речи, все наши дальнейшие шаги будут выстроены так, чтобы в недрах других, более адекватных реальной среде условиях, сформировать инструментарий продуктивной речи на иностранном языке.
Мы вновь начинаем не с нуля. 80-90 процентов инструментального состава экспрессивной речи уже созданы всей предыдущей работой. Оставшееся — мелочь в сравнении с масштабом появляющихся возможностей.
Деятельностью, у которой есть шанс обладать подлинностью в существующих условиях и которая явно даст исчерпывающий навыковый инструментарий для говорения на иностранном языке, служит перевод с родного языка на изучаемый. Мы в полной мере следуем постулату постепенности: в сравнении с освоенным операциональным составом деятельности новый ориентир лишь на «чуть-чуть» более сложен. Кроме того, в процессе участвует психо-семантическая база родного языка. Несмотря на то, что это более сложная деятельность, нежели перевод с иностранного на родной, перевод с родного языка на иностранный остается репродуктивной речью. То есть деятельностью все еще более простой, чем говорение на иностранном языке. Конечно, я подразумеваю не «говорение по-методистски», продекларированное в тысячах методичек и в официальных образовательных программах, а истинное свободное говорение, сравнимое с говорением на родном языке по произвольности, креативности, беглости, красоте звучания и прочим человеческим параметрам. В «свободном говорении» две главные проблемы. Что сказать? И какими словами сказать? Предлагая учащимся тренинг перевода на иностранный язык, мы избавляем его от мук на предмет «о чем говорить?». Готовый текст, предназначенный для перевода, заменяет собой собственную идею говорящего. Нашему читателю должно быть уже понятно, что это временная, переходная мера, что мы подбираемся к говорению таким образом, чтобы учащийся плавно вступил в состояние говорящего на иностранном языке человека.
Какой информационный материал мог бы обладать свойствами, благодаря которым имело бы смысл переводить его на иностранный язык? Кто бы мог быть потребителем таких материалов? Не ответив на эти вопросы нет смысла двигаться дальше, поскольку соблюдение принципа предметности деятельности — своего рода самоцель в нашей системе работы. Признаться, это самая сложная проблема на нашем пути, и она была бы совершенно нерешаемой, если бы речь шла о массовой школе. Но данный цикл работ — удел факультетов иностранных языков и некоторых специализированных школ, а они могут иметь условия для его организации. Рассмотрим некоторые из таких возможностей.
Только в США ежедневно издается не менее ста тысяч периодических изданий. В свою очередь наша пресса набирает обороты, а в плане оригинальности и парадоксальности информации зарубежную прессу уже превосходит. Выбирай наиболее интересные материалы, переводи их на иностранный и рассылай в сотни иностранных газет и журналов. Если каждое из этих изданий напечатает в год хотя бы одну статью, присланную из России, проблемы предметности учебного процесса для ограниченного контингента учащихся, достигших этого уровня работы, будут решены. Другое дело, где взять сотни адресов зарубежных газет и журналов? Это сложный вопрос только на первый взгляд. Вам достаточно иметь всего одного «друга по переписке», чтобы заказать у него справочник с адресами редакций и издательств целой страны. Вот так: учебная группа работает неделю-две, и результат работы регулярно шлет в разные информационные агентства. За это даже деньги платят.
Хорошим, благодарным потребителем переводной информации на разных языках является ИНТЕРНЕТ. В любом российском городе есть нынче по крайней мере один электронный адрес и сервер, где можно «складировать» продукцию переводческой деятельности школьников и студентов с высокой вероятностью, что она будет востребована.
Другая точка приложения сил — переписка со сверстниками. И здесь едва ли нужен подробный инструктаж.
Детали учебно-производственного процесса в каждом конкретном случае обретут свои очертания в зависимости от специфики учебного заведения, учебной ситуации, целей обучения, региона социального заказа, материальной базы и прочих обстоятельств. В любом случае учитель-преподаватель должен обеспечить полноценную мотивационную легенду деятельности и научно-обоснованный алгоритм работы (технологию), на которые как на скелет прирастет все остальное. Любые усилия в сочетании с беспредметной деятельностью бесплодны, и в то же время предметность, внутренняя мотивированность деятельности способны компенсировать многие методические огрехи. А если высокая мотивация достижения цели сочетается с правильной инструментальной организацией дела, результат гарантирован.
Внутри цикла в зависимости от того, как выстроена мотивационная легенда учебного процесса, может в различной последовательности располагаться и письменный, и устный перевод. Общий принцип перехода с этапа на этап прежний — полное освоение одного вида деятельности, затем переход к следующему.
Можно выстроить примерную последовательность этапов работы. Первый этап — устный перевод «с листа». Второй — письменный перевод письменных текстов. Третий — приближение к синхронному переводу — перевод текста, звучащего с паузами. Четвертый этап — синхронный перевод на иностранный язык. Основной экзамен цикла — синхронный перевод радио- или телепередачи. Письменный экзамен — обратный перевод литературного художественного перевода на язык оригинала с последующим сопоставлением перевода с эталоном — текстом оригинала.
Все занятия предваряются словарными диктантами с родного языка на иностранный на лексическом материале прошедшего урока. Эта процедура выполняет мотивирующую и контрольную функцию, выявляет недостатки сформированной лексической базы изучаемого языка. Высокий темп диктанта позволяет фиксировать именно тот сектор лексики, которая активизируется непроизвольно.
Что касается методических нюансов и последовательности этапов работы на этом цикле, то теперь уже они не имеют определяющего значения. Главное, чтобы «учебное» время стало временем «производственным», чтобы этот процесс имел конкретный социально ценный, востребованный результат. В сущности, учебная группа должна работать как переводческое бюро, и не следует даже исключать возможность сделать эту работу окупаемой.
В результате целенаправленной работы наши учащиеся должны в свободной манере переводить на иностранный язык тексты любой сложности устно и письменно. Согласитесь, это хорошая основа для столь почитаемого в традиционной методике «говорения». Кто скажет, что свободно переводящий с языка на язык, туда и обратно, не сможет свободно говорить, непринужденно общаться? Очевидно, что ни минуты не разыгрывая диалоги, не заучивая наизусть чего бы то ни было, не вступая в «условно-коммуникативные» акты, мы получили искомое: свободное владение иностранным языком.
Экзамен данного учебного цикла констатирует завершение всей нашей программы. Ясно, что индивидуальные различия учащихся дадут разброс в результативности. Но ясно также и то, что за плечами у каждого будет значительный объем языковой практики, опыт успешного обращения с иноязычной информацией. К различиям вообще следует относиться осторожно: один силен в устном переводе, но менее успешен в письменном, другой хорош в разговоре, но поверхностен в содержании. Всякая оценка относительна. Именно поэтому мы с вами подводим общий результат по объективно измеряемому критерию — объему проделанной работы, а также по динамике роста каждого студента на всем протяжении учебы. Итоговая оценка должна как можно более подробно описывать историю работы над собой и качество приобретенных знаний и навыков, что делает ее прогностичной.
Основная номинация — ранговый номер учащегося по критерию «изменения состояния»; первое место присваивается тому, кто имеет лучшее значение среднего арифметического всех измерений роста за период учебы.
Качественная номинация — ранговый номер учащегося, отражающий его место среди других на основании сравнения продуктов деятельности (реальных переводов, публикаций, докладов, рефератов).
Вспомогательные номинации — ранговые номера учащихся по основным аспектам речевой практики: лучший (и все остальные) в фонетике, в лексике, в грамматике, в стилистике, в переводе, в любых других аспектах пользования языком.
Понятно, что отдать предпочтение не тому, кто лучше всех говорит на языке, а тому, кто настойчивее других работал над собой, достаточно непривычно. Однако в современном конкурентном мире большим успехом пользуется тот, кто способен работать над собой. Кроме того, это справедливо, ставить оценку не за способности, а за труд.
Оценка продуктов деятельности уравновешивает оценку способностей и воздает должное тем, кто умеет создавать полезные вещи, оставлять позитивные следы своей деятельности. Какой смысл восхищаться никчемным талантом?
Оценка качества речевых навыков играет вспомогательную роль и служит тому, чтобы дать выпускнику правильное представление о его сильных и слабых сторонах. В каком-то смысле, это профориентационная информация. Самое трудное для нашего учителя — не поставить эту вспомогательную оценку на первое место.
Как видите, собственно экзаменационная процедура не определяет оценки, она играет, скорее, ритуальную, нежели диагностическую роль. Это тот день, когда подводятся итоги и снимаются вопросы, я показал принципиальный замысел экзаменационной практики. А ее инструментально-технологическое решение может оказаться разным в различных учебных заведениях. Думаю, что это тема отдельного разговора
