О естественном состоянии

Для правильного понимания политической власти и ее возникновения мы должны рассмотреть, в каком естественном состоянии находятся все люди, а это - состояние полной свободы в отношении их действий и в отношении распоряжения своим имуществом и личностью в соответствии с тем, что они считают подходящим для себя в границах закона природы, не испрашивая разрешения у какого-либо лица и не завися от чьей-либо воли.

Это также состояние равенства, при котором всяческая власть и всякое право являются взаимными, никто не имеет больше другого. Нет ничего более очевидного, чем то, что существа одной и той же породы и вида, все без различия, рождаются, обладая одинаковыми природными преимуществами, и что использование одних и тех же возможностей должно также быть равным меду ними без какого-либо подчинения или подавления; если только всевышний каким-либо явным проявлением своей воли не поставит одного над другим.

Но, хотя это есть состояние свободы, это тем нее менее не состояние своеволия; хотя человек в этом состоянии обладает неограниченно свободой распоряжаться своей личностью и собственностью, у него не свободы уничтожать себя или хотя бы какое-либо существо, находящееся в его власти, за исключением тех случаев, когда это необходимо для более благородного использования, чем простое его сохранение. Естественное состояние имеет закон природы, которым оно управляется и который обязателен для каждого; и разум, который является этим законом, учит всех людей, которые пожелают с ним считаться, что поскольку все люди равны и независимы, постольку ни один из них не должен наносить ущерб жизни, здоровью, свободе или собственности другого.

Все людей следует удерживать от посягательства на права других и от нанесения ущерба друг другу; и необходимо соблюдать закон природы, который требует мира и безопасности для всего человечества, выполнения закона природы в этом состоянии находится в руках каждого человека, вследствие чего каждый обладает правом наказания нарушителей этого закона в такой степени, в какой это может воспрепятствовать его нарушению.

Помимо преступления, заключающегося в нарушении законов и в отходе от велений разума, когда человек настолько вырождается, что заявляет об отказе от принципов человеческой природы и становится вредным существом, существует также обычное нанесение ущерба тому или другому лицу, и какому-либо человеку наносится вред в силу этого нарушения. В этом случае тот, кому нанесен ущерб, обладает помимо права наказания, имеющегося у него, как и у всех других людей, еще особым правом искать возмещения у того, кто причинил вред.

...Только тот, кто понес ущерб, обладает правом требовать от своего собственного имени и только он может от этого освободить; потерпевший обладает властью воспользоваться собственностью или услугами преступника по праву самосохранения, поскольку каждый человек властен наказать преступление, чтобы воспрепятствовать его повторному совершению. И, таким образом, оказывается, что убить убийцу, как для того, чтобы посредством примера, показывающего, какое наказание следует за это со стороны каждого, удержать остальных от этого преступления, которое нельзя ничем возместить; а также и для того, чтобы защитить людей от покушений преступника, который, отрекшись от рассудка, общего правила и мерила, данного богом человечеству, сам посредством несправедливого насилия и совершенного им убийства одного человека объявил войну всему человечеству. И на этом основан великий закон природы: «Кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека». И Каин настолько был убежден в том, что каждый обладает правом уничтожить такого преступника, что после убийства своего брата он восклицает: «Всякий, кто встретится со мною, убьет меня», - настолько ясно было это запечатлено в сердцах всего человечества.

По этой же причине человек в естественном состоянии может наказывать и за меньшие нарушения этого закона.

...Мы имеем ясную разницу между естественным состоянием и состоянием войны; а эти состояния, что бы ни утверждали некоторые люди, столь же далеки друг от друга, как состояние мира, доброй воли, взаимной помощи и безопасности и состояние вражды, злобы, насилия и взаимного разрушения. Люди, живущие вместе согласно разуму, без кого-либо, повелевающего всеми ими, имеющего власть судить между ними, действительно находятся в естественном состоянии. Но сила или заявление о готовности ее применить в отношении другого лица, когда на земле нет никого высшего, к кому должно было бы обратиться за помощью, это есть состояние войны; и именно отсутствие возможности подобного обращения дает человеку право вести войну против агрессора хотя бы он являлся членом общества и был собратом по гражданству.

Отсутствие общего судьи, обладающего властью, ставит всех людей в естественное состояние; сила без права, обращенная против личности человека, создает состояние войны как в том случае, когда есть общий судья, так и в том случае, когда его нет.

Когда же применение силы больше не имеет места, тогда состояние войны прекращается между тем, кто находится в обществе, и обе стороны подвергаются справедливому определению закона; потому что тогда имеется возможность прибегнуть к иску за прошлую потерю и тем самым воспрепятствовать будущему ущербу. Но когда возможности подобного обращения нет, как это имеет место в естественном состоянии из-за отсутствия предельных законов и судей, обладающих властью, к которым можно обратиться, то однажды начавшееся состояние войны продолжается, причем невиновная сторона имеет право уничтожить другу при всякой возможности до тех пор, пока нападающий не предложит мир и не пожелает возместить любой, уже нанесенный им ущерб и обеспечить безопасность невиновного в будущем.

...Гражданское правление является подходящим средством, избавляющим от неудобств естественного состояния, неудобства эти, несомненно, должны быть огромными, когда люди оказывались судьями в своих собственных делах; ведь нетрудно себе представить, что тот, кто был настолько несправедлив, чтобы нанести ущерб своему брату, вряд ли будет настолько справедлив, чтобы судить за это самого себя.