2. Социально-экономическое развитие Кабарды и Балкарии в последней трети XIX-начале XX вв.

Вступление России в последней трети XIX - начале XX вв. в новую эпоху модернизации способствовало дальнейшему экономическому подъему национальных окраин, превращению их в сырьевую базу, в рынок сбыта промышленных изделий России. Проникновение капиталистических отношений, втягивание в систему всероссийского экономического рынка благоприятствовали более быстрому росту экономики Кабарды и Балкарии.

Одной из особенностей землевладения в Кабарде и Балкарии в 70-х гг. XIX - начале XX вв. было то, что значительная часть кабардинских князей и дворян, не сумев на первых порах приспособиться к новым капиталистиче­ским условиям, стала закладывать или продавать свои земли. Уже к 1894 г. князья заложили в поземельном банке 53 имения (19, 2 тыс. дес. земли), в 1897 г. – 82 имения (25, 2 тыс. дес.), а в одном только 1900 г. по Нальчикскому округу было заложено около 30 тыс. дес. земли. Арендаторами и скупщи­ками этих земель были казаки, русские и украинские переселенцы, а также и нарождавшаяся местная сельская буржуазия. Широко была распространена бегенда, когда крестьянин брал кредит под залог своей земли. В бегенду брали землю, скот, сельскохозяйственные орудия. Имела также распространение испольщина: у кабардинцев ныкъуэхь, у балкарцев – ортакъ. Те князья и дворяне, которые сумели организовать свое хозяйство на новых началах, расши­рение его стали производить путем купли и аренды, а также захватов общинных земель.

Отмена крепостной зависимости положила начало перевороту в традиционных хозяйственных отношениях. Разделение экономических функций, при котором основные виды домашних и сельскохозяйственных работ выполняли зависимые сословия, ушло в прошлое, заставив прежних владельцев обратиться к производительному труду. В пореформенные годы расширилась сфера применения вольнонаемного труда, который затронул и традиционные формы хозяйствования, основанные на принципах кооперации и взаимопомощи.

В пореформенное время в Кабарде и Балкарии происходило становление новых форм социальной стратификации, которые не совпадали с традиционной сословной иерархией. Важнейшим фактором формирования новой общественной структуры и индивидуальной социальной мобильности стала имущественная дифференциация, затронувшая все слои общества. Материальный успех способствовал повышению общественного авторитета многих разбогатевших крестьян. С другой стороны, процессы обнищания вели к образованию категории сельских пролетариев и деструктивно отражались на положении наименее адаптированных представителей кабардинской знати, сделав необходимыми их маргинализацию и растворение в крестьянской среде.

Процесс усиленной дифференциации сельского населения сопровождался разорением крестьян. С каждым годом увеличивалось число крестьянских хозяйств, не имевших скота. По данным 1889 г. в Большой Кабарде было 25 % безлошадных хозяйств, в Малой Кабарде 27 % без мелкого рогатого скота соответственно 44,3 и 65 %, без коров – 4,2 и 2,3 %.

Начинает складываться рынок рабочей силы, обеспечивавший растущие потребности экономики Кабарды и Балкарии, в результате чего крестьяне попали в тяжелую кабалу к помещику и кулаку. Довольно распространенным явлением становится батрачество – л1ыщ1э (у кабардинцев) и жалчы (у балкарцев). Отходники из коренного населения стали осваивать близлежащие области России.

Особенно острым был земельный вопрос в Балкарии, где реформа не была проведена, 428 дворов (30% всех хозяйств) не имели пахотных земель, а более половины крестьянских хозяйств имело ничтожные клочки от 0,25 до 0,5 дес. В то же время в руках таубиев, составлявших 6% населения, было сосредоточено от 20 до 45 % пахотных и покосных земель, пастбищ угодий.

Еще более тяжелым было положение «иногородних», представители некоренного неказачьего населения казачьих земель, так казаки называли всех пришлых поселенцев, подразумевая под этим людей «иного роду», не казачьего, из «иных (неказачиьх) городков», не местных, не знакомых с казачьими обычаями и правилами. Иногородние не имели права на земельный надел, не пользовались никакими общественными правами. «Иногородние» не имели даже права на получение участка для постройки дома, не могли принимать участие в сельских сходах, так как не обладали правом голоса. Их дети не могли посещать школы, а если это им разрешали, то за особую плату. Чтобы вести хозяйство, построить дом, «иногородние» должны были арендовать землю, уплачивать высокую «посаженную» и арендную плату, что содействовало росту арендных отношений. Так, по далеко не полным данным, иногородние слободы Нальчик ежегодно арендовали у кабар­динских князей и кулаков 230 дес. земли и платили около 2,5 тыс. руб. арендной платы, т. е. в среднем около 11 руб. за десятину, тогда как средняя цена за аренду пахотной земли равнялась 5-6 руб.

Казачество также не было однородным. Под влиянием быстро развивающихся капиталистических отношений оно расслаивалось на зажиточную часть и казачью бедноту. Из-за малоземелья станичная беднота вынуждена была прибегать к аренде земли у богатых казаков. Развивалась субаренда, на которой кулаки наживали себе невиданные барыши. В станице Прохладной, например, зажиточные казаки арендовали участ­ки у казны по 30 коп. за десятину, а сдавали ее малоземель­ным крестьянам и казакам по 20 руб.

В рассматриваемое время сельское хозяйство Кабарды и Балкарии, развиваясь, принимало товарно-капиталистический характер, происходило увеличение посевной площади, поголовья скота. Если в 1894 г. под посевами было занято около 27,2 тыс. дес. земли, то уже к 1914 г. наблюдается существенное увеличение площадей пахотной земли до 127 тыс. дес. Под влиянием товарно-денежных отношений менялась и сама структура посевных площадей, высевались лен, подсолнечник, картофель, шедшие на маслобойные, крахмальные заводы России.

Самой товарной продукцией в земледелии являлась кукуруза. Так, производство кукурузы с 1867-1890 гг. возросло в 10 раз – с 80 тыс. до 800 тыс. пудов. Валовый сбор зерна в Нальчикском округе в 1896 г. составил 3070 тыс. пудов. В Кабарде под посевами находилось примерно 50 тыс. десятин, в Балкарии – около 3 тыс. десятин. Площади под посевы значительно сократились, зато увеличились посевы кукурузы и пшеницы. К концу XIX в. удельный вес сельхозкультур в Кабарде выглядел таким образом: проса – 38,5 %, кукурузы – 28 %, ячменя – 11 %. Только за два года (1898-1900) вывоз хлеба из Кабарды увеличился в два с лишним раза и составил 2,6 млн. пудов.

Рост посевных площадей, расширение производства кукурузы в Кабарде свидетельствовали о развитии здесь торгового земледелия. Зерновой хлеб сбывался на рынках соседних городов.

Земледелие в Балкарии носило мелкий характер, крупных пахотных владений не было. Балкарцы выращивали рожь, ячмень, пшеницу, кукурузу и другие культуры.

Таким образом, проникновение капиталистических отношений в экономику кабардинцев и балкарцев приводило к специализации сельского хозяйства. Теперь стали производить больше те культуры, которые шли как сырье для производства различных товаров. В частности, кукуруза шла на производство пищевого спирта и крахмала, которые требовались быстроразвивающейся пищевой промышленности России и других стран.

Под влиянием рыночных отношений скотоводство Кабарды и Балкарии стало принимать товарный характер. Капиталистические отношения способствовали развитию и специализации скотоводства. Кабарда специализировалась в разведении крупного рогатого скота и в коневодстве, Балкария – по овцеводству.

Коневодство Кабарды носило рыночный характер, и поэтому развитие этой отрасли приспосабливалось к товарно-денежным отношениям. В 1896 г. коневодство принесло населению Нальчикского округа 142,8 тыс. руб., но в 1897 г. сумма, вырученная от коневодства, сократи­лась до 85,2 тыс. руб. Это произошло вследствие падения рыночной цены на лошадей, что свидетельствует о торговом характере коневодства Кабарды. Некоторые коневоды перестраивали коневодство на капиталистический путь развития. В руках коннозаводчиков были сосредоточены лучшие лошади, отве­чающие всем предъявляемым требованиям. В 1896 г. из 42,6 тыс. лошадей, имевшихся в Нальчикском округе, коннозаводчикам принадлежали 9,7 тыс. Крупный коннозаводчик Бекмурза Лафишев в 1899 г. имел 1365 лошадей.

Самодержавие России, поощряя крупное коневодство в Кабарде, откры­вало племенные рассадники, конюшни Главного государственного конноза­водства, передало часть Зольских пастбищ коннозаводчикам. Крупные кон­нозаводчики, в свою очередь, были заинтересованы в росте коневодства, уве­личении его товарности. Именно с этой целью было создано в 1904 г. «Кабардинское общество коннозаводчиков». В его уставе говорилось, что «Кабардинское общество коннозаводчиков» учреждается в целях улучшения кабардинской лошади. Однако, несмотря на проведенные мероприятия, круп­ное коневодство в начале XX в. шло к упадку. Несмотря на уменьшение количества ло­шадей, товарность их с каждым годом росла. Малокабардинцы в течение четырех лет - с 1900 по 1904 гг., продали 38,1 тыс. лоша­дей на сумму 381 тыс. руб. Сбыт лошадей происходил не только на ярмарках Георгиевска, Прохладного и Пятигорска. Они скупались «на месте для сдачи в строевые части крупными барышниками Коцевым, Мидовым и др.»

Часть скупленных лошадей на Георгиевской и Пятигорской ярмарках «...направлялась в южные губернии России и для почтовой гоньбы расходилась на Кавказе». Царизм был заинтересован в поддержке коневодства Кабар­ды, ибо обоз, артиллерия и кавалерийские части комплектовались кабардин­скими лошадьми. По военно-конским раскладкам население Нальчикского округа поставляло ежегодно до 3000 лошадей. «Царский конвой его императорского величества в основном также ремонтировался кабардинскими ло­шадьми, преимущественно с завода Коцева».

В период первой мировой войны - с 18 июля 1914 г. по 1 января 1917 г. - мобилизационное отделение штаба Кавказского военного округа рек­визировало по Нальчикскому округу более 6 тыс. лошадей.

Знаменитые в прошлом коннозаводчики Тамбиевы, Трамовы и другие в начале XX века оказались вытесненными, их места заняли новые предприниматели: Шалбаров, Лафишев, Коцев. Они стали вершителями дел на многих съездах коннозаводчиков Терской области и Нальчикского округа. Некоторые коннозаводчики принимали деятельное участие в сельскохозяйственных вы ставках: Терской - 1900 г., Ростовской - 1911 г., Лондонской - 1914 г. Однако попытки кабардинских коннозаводчиков возродить былую славу кабардинских лошадей не увенчались успехом, хотя царизм шел навстречу коннозаводчикам Кабарды.

Как отмечалось, Балкария специализировались по овцеводству. 68% всех овец, числившихся в Нальчиком округе, приходилось на Балкарию и только 32% - на Кабарду. В руках крупных балкарских овцеводов было сосредоточено несколько тысяч овец. Житель Урусбиевского общества Хаджи-Даут Этезов в 1910 г. «имел пять тысяч овец и табун лошадей в 300 голов», а Мусса Мамишев из Чегемского общества - до 4 тысяч овец.

В четырех балкарских обществах в 1902 г. было около 196 тысяч баранов и коз. И среди кабардинцев были крупные овцеводы. Известный коннозаводчик Лафишев Б. в 1899 г. имел 1035 овец, Тавкешев X. - 2315. Овцеводство в Нальчикском округе принимало предпринимательский характер, его товарность с каждым годом возрастала.

Кабардинцы и балкарцы в целях увеличения товарности овцеводства наряду с местными породами разводили и тонкорунных овец. В 1909 г. в Нальчикском округе насчитывалось 10 174 тонкорунных овец, через три года - 16 тысяч.

Наличие в Балкарии высококачественной шерсти позволяло заниматься ткачеством, производством бурочных изделий. В дореволюционной Кабарде и Балкарии широко было развито производство бурок. Но постепенно кресть­янские промыслы вытеснялись привозными товарами русской промышленно­сти. Часть собираемой шерсти шла на ткацкие фабрики Центральной Рос­сии. В течение 1908 г. через станции Прохладная, Котляревская и Муртазово было отправлено почти 11 тыс. пудов шерсти из Нальчикского округа.

Крупное скотоводство перестраивалось для нужд развивающегося капи­тализма. Оно имело не только мясное, но и молочное направление. Крупные скотопромышленники основывали маслобойки, сыроварни. Деятельность таких предпринимателей царизм всячески поощрял и содействовал им в организации различных маслодельно-сыроваренных пунктов. В начале XX века по инициативе департамента земледелия Петровым была организована демонстрация работы маслосыроваренной передвижки в сл.Нальчик, Балкарском обществе и других местах Нальчикского округа.

Товарность скотоводства росла. С 1901 г. по 1906 г. сумма, вырученная от продажи крупного рогатого скота, увеличилась с 211, 3 тыс. руб. до 250,3 тыс. руб. Если в 1901 г. было реализовано 11,8 тыс. голов крупного рогатого скота, то в 1915 г. было отправлено 20 тыс. голов в Баку, Тифлис и другие города России.

Таким образом, произвольное обращение царской администрации с пастбищным фондом, неоправданное изменение порядка его использования, вовлечение части уго­дий в субарендные спекуляции и их хищническая эксплуатация привели к необратимым нарушениям природно-хозяйственного баланса и качествен­ному упадку традиционно приоритетного для Кабарды коневодства. На этом фоне возросло значение товарного скотоводства и овцеводства и, особенно, возделывания зерновых культур - пшеницы и кукурузы. Критические от­зывы о качестве кабардинского земледелия в основном указывали на его вто­ростепенную роль, по сравнению со скотоводством.

Активизация торговых связей с другими регионами России способствовала развитию торговли промышленными товарами и сельскохозяйственным инвентарем. Это вело к падению собственного кустарного производства кабардинцев и вместе с тем к определенной интенсификации земледелия. Поэтому шло вытеснение примитивных сельскохозяйственных орудий привозными, улучшенными. Соха и горский плуг уступили место заводскому железному плугу. Наряду с этим приобретались косилки, молотилки, веялки и другие земледельческие орудия. Например, только в 1895 г. население Нальчикского округа приобрело различные сельскохозяйственные машины на сумму около 25 тыс. руб. В числе приобретенных сельхозорудий значилось 313 плугов, веялок, борон и др.

В распространении новых, привозных сельскохозяйственных орудий большую роль сыграли склады по их продаже, открытые в ст. Прохладной в 1886 г. Следующие 10 лет было реализовано более 2.7 единиц сельскохозяйственных орудий и средств передвижения.

Расширение сети частных торговых заведений и базаров в сельских об­ществах, увеличение разнообразного товарообмена с другими регионами стимулировали рыночное производство местных промыслов, связанных с переработкой продуктов животноводства, но привели в упадок некоторые виды кустарной металлообработки, не способной конкурировать с при­возными фабричными изделиями. Активизация денежного обращения сопровождалась распространением ростовщичества. С начала XX века в проти­вовес им стали создавать кредитные товарищества и сельскохозяйственные кооперативы, организационно и финансово содействовавшие развитию ин­дивидуальных хозяйств.

В начале XX века на Северном Кавказе, как и по всей России, развивает­ся сельская кооперация. Выход на новый уровень хозяйственных связей обозначился с формированием кооперативного движения в форме кредитных товариществ, объединявших несколько селений. В основном эти организации предоставляли кредитно-финансо­вую помощь в приобретении фабричных орудий труда. Ее необходимость подчеркивалась тем обстоятельством, что Кабардинская общественная сумма не использовалась для нужд сельского хозяйства, а местные рос­товщики взимали непомерные проценты. Первое товарищество в Кабарде было создано в 1906 г. в с. Ахлово. Крупнейшим было Нальчикское товарище­ство, куда входили 7 селений. К 1917 г. в Нальчикском округе их было уже 2 228.

Серьезное влияние на развитие торговли сельскохозяйственными товарами с другими регионами оказало проведение в 1875-1877 гг. железной дороги Ростов – Владикавказ, которая проходила через территорию Кабарды (станции Котляревская, Муртазово). Наряду с этим большое значение имело и строительство гужевых дорог. В 1880-1890 гг. были построены гужевые дороги в Черекском и Чегемском ущельях.

В 80-е гг. XIX в. высокого уровня развития достигло в Кабарде и Балкарии производство овощей и фруктов. К концу 1889 г. в Нальчикском округе под огороды было занято 577 дес., в том числе в Большой Кабарде – 428, в Балкарии - 20, в русских станицах и на хуторах – 64. В 1894 г. в Нальчикском округе валовый сбор фруктов и ягод составил около 3 тыс. пудов.

Огородничество и садоводство получили дальнейшее распространение. Площадь, занятая под огородами, увеличилась с 1,1 тыс. дес. в 1900 г. до 1,8 тыс. дес. в 1908 г. В Нальчикском округе распространенными культурами были лук и чеснок.

Население Кабарды и Балкарии закладывало фруктовые сады. В 1910 г. в 17 селениях Кабарды и Балкарии занимались садоводством. В 1900 по 1909 гг. количество садов возросло от 42 до 454. Товарность садоводства с каждым годом росла, но его продукция в основном реализовывалась на базарах Нальчика, Баксана и Докшокова.

Заметное место занимало в экономике Кабарды и Балкарии пчеловодство. В 1896 г. в Нальчикском округе насчитывалось более 40 тыс. пчелосемей, которые давали около 11 тыс. пудов высококачественного меда. Более половины из производственного меда шло на продажу. В 1896 г. в Терской области было продано более 26 тыс. пудов меда. Почти третья его часть приходилась на долю Нальчикского округа.

В заключении следует отметить, что втягивание Кабарды и Балкарии в капиталистические отношения повысило значение земли как частной собственности, которую теперь можно было продавать, закладывать, сдавать в аренду. Поэтому цены на землю стали быстро расти. Ее стоимость повысилась и в связи с тем, что в эти годы идет усиленный процесс колонизации края. По официальным данным, с 1880 г. - по 1900 г. в Терскую область переселилось 28,6 тыс. крестьян из Херсонской губернии, немцев-колонистов и т.д. Стоимость десятины земли в Малой Кабарде с 3-4 руб. поднялось до 40.

Земельная реформа, проведенная в Кабарде в 60-е гг. Х1Х в. внесла большие изменения в вопросы землевладения и землепользования. Однако еще оставалось много нерешенных проблем. Одним из запутанных и нерешенных вопросов был вопрос о пастбищах. Зольские и Нагорные пастбища играли важную роль в животноводстве кабардинцев. Но существующий порядок пользования этими пастбищами не отвечал интересам основной массы скотоводов-крестьян. Последние стали требовать изменения порядков использования этих пастбищ. Местные владельцы захватывали общественные земли. С 1888 – го по 1897 г. в одном только Балкарском обществе было отторгнуто 26 участков общественной земли, составляющих около 9 тыс. дес. Терское областное правление вынуждено было признать, что установившийся порядок пользования землями не отвечал интересам народа. Кавказская администрация вынуждена была вновь рассмотреть вопрос о землевладении в Кабарде и Балкарии. Особенно чувствовалось необходимо внести ясность в вопросе о пастбищных землях, расположенных на Нагорных и Зольских пастбищах. Эти угодия в период земельной реформы были оставлены временно в «общем пользовании» всего кабардинского населения. Документально они не были закреплены за кабардинцами, и царская администрация распоряжалась этими участками по своему усмотрению. В связи с этим были неоднократные обращения кабардинцев и балкарцев к властям о закреплении за ними Зольских и Нагорных пастбищ. В конечном итоге в ноябре 1889 г. уполномоченные Кабарды и Балкарии выработали «Правила» пользования этими землями, состоящие из 8 пунктов. Эти «Правила» были утверждены командующим войсками Кавказского военного округа 6 января 1890 г. В соответствии с этими правилами земля распределялась между 10 группами селений (в Кабарде – по фамилиям и между балкарскими обществами). Жители селений пастбищами должны были пользоваться на общинном праве с уплатой десятикопеечного сбора за десятину. Лес в количестве 63,5 тыс. дес. был оставлен в общем неразделенном пользовании всех жителей и находился в ведении кабардинского общественного лесничества. Новое положение о Зольских и Нагорных пастбищах отвечало в основном интересам крупных коннозаводчиков и скотоводов. Князья и дворяне, как и раньше распоряжались по своему усмотрению этими пастбищами. В этих условиях росло недовольство крестьян. Некоторые изменения произошли в пользовании пахотными угодьями.

Проникновение капиталистических отношений внесло существенные изменения в частное землевладение Кабарды и Балкарии в последней трети XIX-начале XX вв. До крестьян­ской реформы землевладение в Кабарде и Балкарии носило со­словный характер. В пореформенный же период развитие, с одной стороны, шло по линии формирования буржуазной част­ной собственности на землю, росла «бессословность» землевла­дения. С другой стороны, сокращалось княжеское и дворянское землевладение. Земля все больше и больше втягивалась в торговый оборот. Из 121 тыс. десятин земли, закрепленной за ка­бардинскими князьями и дворянами в результате земельной реформы, было продано в пореформенное время около 86,6 тыс. десятин.

Таким образом, рост товарного земледелия и скотоводства разрушал натуральное хозяйство крестьян. Они все больше и больше втягивались в рыночные отношения. Оживленную торговлю вели в Кабарде и Балкарии грузинские, армянские, еврейские купцы. Возросло число торгующих людей и среди местного населения. По данным 1894 г., в Нальчикском округе насчитывалось 245 торговых заведений с годовым оборотом 286,5 тыс. руб., а число торгующих людей достигло 207 человек. В Нальчикском округе было 57 купцов 2-й гильдии, в том числе 22 кабардинца и несколько балкарцев.

Капиталистические отношения проникали во все сферы жизни кабардинцев и балкарцев. Происходил процесс сближения и взаимовлияния народов, особенно между горцами, казачеством и русским крестьянством.