Глава 9 субъективная сторона состава административного правонарушения

Субъективная сторона является одним из важных элементов состава правонарушения. Она характеризует отношения субъекта к совершаемому им правонарушению и его последствиям. Деяние как внешний акт поведения человека взаимосвязано с его внутренним психическим отношением к содеянному.

Субъектом правонарушения может быть лицо, которое не просто совершило противоправное деяние, но совершило его осознанно и проявило при этом свою волю. Иначе говоря, право­нарушение явилось следствием (результатом) его сознания и воли. Последние определяют психическое состояние человека. Психическое отношение лица к деянию должно соответствовать предусмотренным в норме права формам вины, т.е. быть умышленным или неосторожным. Вина составляет содержание субъективной стороны. Она является элементом любого состава административного правонарушения и одним из важнейших принципов административно-деликтного права. Отсутствие вины свидетельствует об отсутствии субъективной стороны правонару­шения, а значит, и самого его состава. Объективное вменение не приемлемо в сфере административно-деликтного права, в котором учитываются только вредность деяния, психическое же отноше­ние лица к содеянному не принимается во внимание. Подтвержде­нием этого является часть 1 статьи 2.1 КоАП, в которой вина включена в определение административного правонарушения и, таким образом, рассматривается как основной его признак. Названный признак распространяется не только на физических, но и на юридических лиц, о чем, кроме того, свидетельствует со­держание статей 3.1, 3.5, частей 5 и 6 статьи 4.2. В них особо подчеркивается наличие вины у физического и юридического лица как субъекта административного правонарушения.

Не может быть сомнений в наличии вины юридического лица и в том случае, когда правонарушение совершается его работни­ком сугубо по своей воле, т.е. вне связи с пользой или интересами юридического лица, ведома или разрешения органа этого юриди­ческого лица. Вина юридического лица присутствует, так как пра­вонарушение совершается работником юридического лица незави­симо от того, при исполнении служебных (трудовых) обязаннос­тей или не при их исполнении, но с использованием средств, оборудования и т.п. юридического лица. Она выражается в ненад­лежащей организации (обеспечении) работы работников, ненадле­жащем подборе кадров и контроле за их деятельностью.

На субъективное вменение обращалось внимание и в КоАП 1984 г., где вина также включалась в определение административ­ного правонарушения и рассматривалась как один из важнейших его признаков (ст. 9 КоАП 1984 г.). Правда, КоАП 1984 г. регули­ровал административно-деликтные отношения только с участием физических лиц. Юридические лица не выступали субъектами административных правонарушений. Когда они были признаны таковыми в некоторых декретах и указах Президента Республики Беларусь, то отдельные ученые высказывали мнение о наличии объективного вменения по отношению к юридическим лицам, практика также шла подобным путем.

КоАП 2003 г. внес четкую ясность в рассматриваемый вопрос, установив единое правило: если в деянии лица вина отсутствует, она не установлена, если причиненный вред явился результатом случайного стечения обстоятельств, то нет вины, субъективной стороны правонарушения и самого правонарушения. Надо также отметить, что с появлением в качестве субъекта административно­го правонарушения юридического лица содержание вины не изме­нилось. Юридическое лицо в виде должностного лица или органа управления осознанно и с проявлением воли относится к совер­шаемому деянию. Не может быть сомнений в том, что субъектив­ный фактор здесь присутствует, ибо юридическое лицо в данном случае выступает как отдельное физическое лицо или коллектив людей (орган управления). Таким образом, вина юридического лица в совершаемом деянии присутствует через вину физических лиц. Различие состоит лишь в том, что юридическое лицо не мо­жет выступить в качестве непосредственного субъекта правонару­шения — исполнителя. Если его орган управления принимает официальное решение или руководитель дает указание (распоря-

жение) соответствующему должностному лицу или иному работ­нику и эти решения противоречат конкретной норме Особенной части КоАП, то все равно они (орган управления и его руководи­тель) не выступают в качестве исполнителей, а являются соучас­тниками в виде пособников. Таким статусом определяется и их вина в совершаемом правонарушении.

Следовательно, вина в форме умысла или неосторожности является важнейшим и обязательным признаком субъективной стороны. Субъективная сторона, кроме того, включает мотив и цель, являющиеся психологическими признаками совершаемого деяния. Они характеризуют волевую направленность деяния, раскрывают внутренний стимул, который вызвал совершение пра­вонарушения.

Субъективная сторона правонарушения в целом, как и каждый ее признак, проявляет себя не абстрактно, а конкретно, через объективную сторону правонарушения.

Вина и ее формы определяются в главе 3 КоАП. Формы вины как конструктивные признаки правонарушения в КоАП использу­ются редко. Признак умысла предусмотрен всего лишь в двенад­цати видах правонарушений (ст.ст. 9.1, 9.6, 9.11, 10.9, 11.26, 18.1, 18.33, 18.34, 22.13, 23.29, 23.35, 25.3), а неосторожности — в одном (ч. 2 ст. 22.4). Значит, форма вины для наличия состава большин­ства административных правонарушений не играет никакой роли. Тем более, законодатель не придает значения формам умысла (прямой, косвенный) или неосторожности (легкомыслие, небреж­ность). Они даже не указаны в качестве обстоятельств, смягчаю- щих или отягчающих ответственность. Некоторые же администра­тивные правонарушения могут быть совершены только умышлен­но. Например, мелкое хулиганство (ст. 17.1), присвоение найденного заведомо чужого имущества (ст. 10.6), причинение ущерба в незначительном размере посредством извлечения иму­щественных выгод в результате обмана, злоупотребления довери­ем или путем модификации компьютерной информации при отсутствии признаков мелкого хищения (ст. 10.7). В то же время уничтожение или повреждение посевов, находящегося в поле собранного урожая сельскохозяйственных культур или насажде­ний домашними животными, птицей или иным способом чаще всего совершается по неосторожности (ст. 10.8) либо путем косвенного умысла.

Правонарушения, которые безразличны к формам вины, сле­дует назвать правонарушениями с альтернативной, или двойной, формой вины.

Мотив в качестве конструктивного признака состава правона­рушения по существу не используется в КоАП.

Мотив — это побудительная причина, повод к какому-нибудь действию, это те стремления, желания, которые побуждают к со­вершению определенных поступков. Мотив правонарушения — это сознательные стремления, желания, которые лежат в основе совершаемого правонарушения. Ни одно правонарушение не со­вершается без мотива. Однако он не является обязательным эле­ментом состава правонарушения, поэтому статьи Особенной части КоАП не содержат указаний на мотив правонарушения.

Цель правонарушения — это то, чего стремится достичь лицо совершением правонарушения, это мысленное представление о желаемом результате. Мотив и цель тесно связаны между собой. Цель возникает на основе мотива и является вторичным явлени­ем. Мотив и цель вместе побуждают лицо к интеллектуальной и волевой деятельности, направленой к совершению правонаруше­ния. Целью мелкого хищения является завладение имуществом юридического лица, чтобы им распоряжаться как собственным, а мотивом — корыстные побуждения. Подобные цель и мотив и у таких правонарушений, как присвоение найденного имущества (ст. 10.6), причинение имущественного ущерба (ст. 10.7). С при­чинением ущерба связаны и правонарушения, предусмотренные статьями 10.8 и 10.9. Однако цель и мотивы у них другие. Цель правонарушения, предусмотренного статьей 10.9,- причинение ущерба. Если же мотив у лица, его совершающего, иной, напри­мер, хулиганские побуждения, то такое правонарушение должно квалифицироваться по статье 17.1 как мелкое хулиганство.

В КоАП указывается цель лишь при описании отдельных составов правонарушений. Так, в статье 10.7 установлена цель причинения ущерба — извлечение имущественных выгод, в части 2 статьи 11.2 цель приставания к гражданам — скупка, продажа, обмен иностранной валюты (см. также ст.ст. 11.4, 15.10, 16.5, 17.7, 17.8, 23.23). В большинстве статей КоАП признак цели прямо не назван, но все равно он присутствует. Это означает, что цель не является конструктивным признаком таких правонарушений.