Великая Отечественная война и судьбы односельчан
4.1 Наш славный земляк
Всё дальше уходит в историю Великая Отечественная война. О ней много рассказано, но самыми убедительными документами, на мой взгляд, являются бесхитростные фронтовые письма, открытки скромных авторов, видевших войну своими глазами. А самыми правдивыми свидетелями невыносимых мук, героического подвига солдат являются их награды. Бережно хранимые и передаваемые от поколения к поколению, они являются данью памяти нашим дедам и прадедам. Мы, потомки, обязаны по крупицам собирать правду о войне, о неповторимой тяжёлой работе, которую во все времена наши защитники называли «обыкновенным делом, которое должны добросовестно выполнять».
Наше поколение знает о войне не только по фильмам, книгам, из уст участников и очевидцев. Знать о ней надо! В нашей деревне нет, наверное, семьи, которую обошла бы стороной эта страшная война. Вот об одном из героев той страшной войны мы и хотим поведать. Сухая информация перемежается с выдержками из фронтовых писем Д.Е.Аскаленко.
Д
митрий
Ефимович Аскаленко – Герой Советского
Союза. Родился в 1920 г. в д. Следюки.
Происходил из крестьян. Член КПСС.
Окончил 3 курса Минского политехнического
техникума (1937 г.). Участник советско-финляндской
войны 1939-1940 гг. Во время Великой
Отечественной войны на фронте с июня
1941 г. Командир звена истребительного
авиаполка старший лейтенант Д.Е.Аскаленко
выделился при обороне Ленинграда; один
из первых овладел техникой ночных
полетов. В воздушных боях над Ленинградом
он лично сбил 14 самолетов противника,
10 – в групповых боях. Погиб в воздушном
бою 26.09.1942 г. Именем героя названы
эскадрилья, в которой он воевал, улицы
в Ленинграде и Быхове; в д.Следюки имя
героя носит школа, в которой он учился.
На Ленинградском фронте не было летчика, который не знал бы имя воздушного аса Дмитрия Аскаленко. О нем писали в газетах, рассказывали по радио, его имя передавалось от одного летчика другому. Дмитрий Аскаленко первым на Ленинградском фронте сбил вражеский самолет в ночном бою, одним из первых стал летать и преследовать врага ночью. Его уважали и любили за простоту и исключительную скромность, верность боевой дружбе, за мужество и мастерство в бою.
26 сентября 1942 г. шестерка советских истребителей И-16 завязала над Ивановским «пятачком», той пядью земли около Невской Дубравки, где осенью 1942 г. шли особенно жестокие бои, воздушные бои против 8 вражеских Ме-109. Самолет Аскаленко был сбит. Летчик покинул машину, но парашют не раскрылся, так как прыжок был сделан с малой высоты. И в последнем бою Дмитрий остался верен себе – перед тем, как пулеметная очередь прошила его самолет, он успел сбить еще одного фашиста.
Из фронтовых писем Д.Аскаленко жене Нине:
«
Да,
Нинуля, не сбылись наши мечты провести
следующий вечер вместе. Ты, конечно, не
могла не заметить неопределенности в
моем голосе, когда я обещал прийти к
тебе и сердито посмотрел на красивую,
но злосчастную луну. Короче говоря,
через три дня после нашего расставания
моя машина была подбита, и я кое-как
дотянул до линии фронта. Приземлился
на огородике, где, к великой радости,
были наши. Сейчас чувствую себя хорошо.
А как чувствовал себя тогда – не помню…»
«Спешу поделиться радостью. Я на старом месте. Влился в настоящую боевую жизнь. Тянет в бой. Скорее бы!»
«Сегодня Федя Скрипченко передал мне твое письмо. Как раз перед ночной работой. Ты не представляешь себе, как я обрадовался. И это, пожалуй, обеспечило успех. В ту же ночь летал на штурмовку и заставил замолчать одну зенитку. Вот что значит хорошее настроение. Пиши, не забывай.»
«Очень рад твоей весточке. Да, красиво ты пишешь о лесе, где бродишь по снегу, валишь деревья. Я, дорогая, в том лесу вырос. Потом уехал и, признаться, стал понемногу отвыкать от прежней жизни. Но вот твои воспоминания о лесной избушке и будущей нашей жизни в ней, о твоем согласии следовать за мной повсюду тронули меня. Жизнь! Какая все-таки это чудесная штука! Всеми силами я буду драться за каждую минуту жизни не только своей, но и твоей, всех честных людей.»
«Очень много приходится работать. Ночью летаю в бой, а днем ввожу в строй молодежь. Вот так и живем…
А в том ночном, что я тебе писал, все говорят, что я здорово отличился. Ведь это же первый случай.»
«Жив-здоров и вообще все в порядке. Третьего еще увеличил счет на одного стервятника. Сегодня все спокойно. Наверно, будем ночью работать, потому что очень ясная погода. В эти дни я почему-то очень много думаю о жизни. Хороша жизнь! Из-за этого мы воюем, чтобы жить. Но у нас есть любовь, преданность Родине. И ради Родины мы готовы на все, даже на смерть. Не думай, что это сказано для красного словца. Нет, Нина, так поступает каждый из нас, когда требуется…»
«Пишу тебе, Нина, после очень жаркого боя. На глазах потерял одного парнишку, сам зверски устал, четыре часа дрался, шею натер – не повернуть, но фашисты получили сполна. Свой счет увеличил еще на одного. Уже темнеет, писать почти невозможно. Да и для ночки работа предстоит…»
«Только что получил от тебя письмо. Ты обижаешься, что мало пишу. Нет, дорогая, два дня назад я послал тебе письмо, хотя времени почти не было. Молодежь выводил ночью. Толковые ребята. Будут хорошими помощниками в боях. Сегодня отдыхаем…Я подсчитал свои дела. Ни много ни мало, а четырнадцать фашистов я срубил, причем троих ночью. И все же мало, Нина. Надо больше, без счета. Ненавижу я их, а потому и рука моя так страшна для врага, поэтому и недоволен я тем, чего достиг в бою. До тех пор, пока я жив, я буду без устали бить проклятых гадов, бить так, чтобы другого пути, как в могилу, у них не оставалось…»