Донесение управляющего Оренбургской казённой палатой в Министерство государственных имуществ от 4 марта 1850 года

Низкие цены на хлеб в Челябинском уезде не покрывают труда крестьян. Сбыт хлеба производится только на уральские заводы, да и то в небольшом количестве, так как поселения государственных крестьян отдалены от заводов на 150-300 вёрст. Заводы получают больше хлеба из Пермской губернии и из казацких селений. Сельские продукты крестьяне в значительной мере променивают у киргизов на лошадей и баранов, которых они продают разным торговцам на местах. Но этот источник из года в год уменьшается потому, что многие из киргизов, особенно ближайшие к линии, начали засевать яровые хлеба.

Из дневника квартирмейстера штаба Главнокомандующего русской армией полковника К. Ф. Толя о Бородинском сражении

В 9 часов неприятель, усилив 2-ю дивизию генерала Фриана против укреплений, пред деревней Семеновскою рас­положенных, решился вновь атаковать оные. Много­кратные атаки его были с успехом отражены, причем много содействовал генерал-майор Дорохов с гусарски­ми полками Сумским и Мариупольским, драгунскими Курляндским и Оренбургским, посланными ... в подкреп­ление левого крыла армии.

Из донесения командующего 1-й армией М. Б. Барклая-де-Толли

главнокомандующему М. И. Кутузову о контратаке русской кавалерии в Бородинском сражении 26 августа 1812 года

В сию затруднительную минуту прибыли на рысях два гвардейских кирасирских полка, я указал им на неприятеля, и они с редкой неустрашимостью устремились в ата­ку. Полки Сумской, Мариупольский и Оренбургский ¹ гусарские, Сибирский, Иркутский и Оренбургский драгунские последовали за ними.

Из «Воспоминаний» военного инженера генерал-майора

И. Ф. Бларамберга об Оренбурге в 40-е годы XIX века

Теперь снова вернемся к моим воспоминаниям. Сразу же по приезде в Оренбург, 18 января 1841 г., я представился нашему начальнику штаба генералу Рокассовскому, которого не видел восемь лет. Он был настолько любезен, что заранее отдал распоряжение снять для меня дом из шести комнат, кухни, конюшни и кладовой. В доме, к сожалению, совсем не было мебели, и я потом приобретал ее постепенно, не без труда, так что первое время я был вынужден жить как на биваке. Оренбург был тогда (и еще те­перь является) настоящим военным городом; в нем располагались все власти, и так как большая часть жителей этого края состояла из казаков или башкир, несущих военную службу, то здесь было полным-полно офицеров всех чинов – настоящий парад мундиров. Линейная пехота, пешая и кон­ная казачья артиллерия, оренбургские и уральские казаки, башкиры и киргизы – все они были представлены здесь. В Оренбурге находилось и много гвардейских офицеров из Петербурга, которые служили под началом военного губернатора генерал-адъютанта Перовского, собравшего возле себя блестящий круг образованных военных и гражданских чиновников, так что жизнь протекала тут очень интересно и отдаленность от столицы не ощущалась.

Сам город, большей частью деревянный и одноэтажный, насчитывал тогда с тремя предместьями 18 тыс. жителей (в 1871 г. уже около 33 тыс.). Городские стены служили местом общественного гулянья. Улицы, за исключением одной, были немощеные, но, так как почва состояла из твердого пес­ка, в дождливую погоду грязи было мало. Тогда отсутствовали фиакры или извозчики, и каждый был вынужден дер­жать собственный экипаж и лошадей. Тем не менее жизнь была тогда там очень дешевой, хотя жители сетовали на то, что со времени Хивинской экспеди­ции 1839/40 г. подорожали все продукты и поднялись в цене дома. В первые годы моего пребывания в Оренбурге за воз сена платили от 1 рубля 40 копеек до 2 рублей ассигнация­ми, … фунт говядины стоил 2 1/3 - 3 копейки серебром, баранины – 1-1 1/4 копейки серебром, пара рябчиков – 9-12 копеек серебром, … жители совсем не ели ржаного хлеба, а только хороший пше­ничный хлеб, называемый здесь калачом. Горничная получала 2 рубля, повар – 4-5 рублей и кучер – 5-б рублей серебром ежемесячно.

В центре города находится большой каменный рынок с многочисленными лавками как для здешних купцов и мелких лавочников, так и для бухарских и хивинских, которые ежегодно приводили большие караваны. Сам город расположен на высоком, правом берегу Урала, в степи на левом, низменном берегу реки находится небольшой лесок… летом он служит жителям ме­стом гуляния и отдыха.

В полутора верстах к югу от города, на левом берегу Урала, находится большой меновой двор, огромный параллелограмм из камня, с двумя входами(на юг и север), внутри которого помещаются сотни маленьких каменных лавок. … Здесь ежегодно меняют у киргизов тысячи овец. … В западной части города, в степи, находится большой караван-сарай, предназначенный для башкир, с роскошной мечетью и с высоким изящным минаретом, вылепленным снаружи белыми изразцами, которые выглядят очень красиво.