36. Соотношение права и морали.

Мораль - важнейший социальный институт, одна из форм общественного сознания. Она представляет собой известную совокупность исторически складывающихся и развивающихся жизненных принципов, взглядов, оценок, убеждений и основанных на них норм поведения, определяющих и регулирующих отношения людей друг к другу, обществу, государству, семье, коллективу, классу, окружающей действительности.

Мораль также включают в себя также психологические моменты - эмоции, интересы, мотивы, установки и другие слагаемые. Но главное в морали - это представления о добре и зле.

Соотношение между правом и моралью сложное, оно включает в себя четыре компонента: единство, различие, взаимодействие и противоречия.

Отличительные особенности права и морали заключаются в следующем:

- различаются по способам их установления, формирования. (не государством)

- различаются по методам их обеспечения. (опирается не на государственный аппарат)

- различаются по форме их выражения, фиксации. (не закрепляются в специальных актах)

- различаются по характеру и способам их воздействия на сознание и поведение людей.

- различаются по характеру и порядку ответственности за их нарушение.

- различаются по уровню требований, предъявляемых к поведению человека.

- различаются по сферам действия. (моральное пространство шире)

- различные исторические судьбы. (мораль старше по возрасту)

37. Плюрализм в правопонимании.

Как уже отмечалось, право - сложное и многозначное явление, затрагивающее интересы всех без исключения участников общественных отношений, индивидуальных и коллективных. Естественно, что вокруг него всегда шли и сейчас идут постоянные научные споры. Существует множество различных трактовок данного феномена, сложились целые школы, направления, доктрины, так или иначе объясняющие сущность, природу, назначение права, его роль в жизни общества. Некоторые из этих теорий, наиболее известные и традиционные, изложены в предыдущем параграфе (естественно-правовая, историческая, социологическая, психологическая, нормативистская и др.).

1. Право есть фактический порядок отношений, охраняемый и защищаемый государством. По сути - это возврат к известным юридическим воззрениям прошлого.

Регулятор сливается с регулируемым, реальная жизнь - со средствами (способами, формами, инструментами) ее организации, упорядочивания. Это теоретическая несуразица. Ясно, что подобная точка зрения методологически несостоятельна и, следовательно, неприемлема. На практике она может привести к весьма нежелательным негативным последствиям - стихии, самотеку, неуправляемости.

2. Право - это не законы, принимаемые демократически избранными представительными учреждениями и выражающие суверенную волю народа, а общие (абстрактные) принципы гуманизма, нравственности, справедливости. Но такие нечеткие, аморфные представления о праве отдаляют нас от желаемого правопорядка и задач его укрепления, ибо указанные принципы, идеи ("неписаное право"), несмотря на их, бесспорно, высокую ценность, все же не могут сами по себе, без необходимой формализации, служить критериями правомерного и неправомерного, законного и противозаконного, а следовательно, не в состоянии обеспечить стабильность и организованность в обществе. Исчезает нормативная основа права, подрывается его регулятивная роль.

3. Следует различать право власти и право гражданского общества (С.С. Алексеев). Автор соглашается с тем, что "если право выражено в законах и других нормативных источниках, то оно худо-бедно всегда содействует какому-то порядку, помогает хоть в чем-то противостоять хаосу и беспределу. Писаное право - всегда некоторый плюс по сравнению с вакханалией разбойничьего своеволия и революционной целесообразности"

И все же, согласно этому мнению, право предстает в некоем раздвоенном виде, а стало быть, трудновоспринимаемым его субъектами. "Право власти", по логике данной концепции, служит голым инструментом в ее руках. Это "плохое" право, тоталитарное, несправедливое. Другое дело - "право гражданского общества". Такое право, основанное на естественных правах человека, должно стоять над властью и связывать, ограничивать ее произвольные, правонарушающие действия.

4. Необоснованный и гипертрофированный разрыв естественного и позитивного права по принципу: "или - или" (Л.В. Петрова). Ведь естественно-правовая доктрина вовсе не отрицала значения положительных законов, не умаляла их роли и необходимости. Она лишь выступала за приоритет прирожденных, а потому неотъемлемых прав человека и за полное соответствие им всех юридических установлений, принимаемых отдельными государствами. Указанные два вида права должны не коллизировать между собой, а тесно взаимодействовать.

5. Нормативное и широкое понимание права - спор этот для нашей науки является традиционным и в какой-то мере уже "затеоретизированным". Он возник еще в 50-е гг. и длится до сих пор. Суть его, говоря кратко, состоит в том, что одни ученые трактуют право как сугубо нормативное явление, а другие включают в него, помимо норм, также ряд дополнительных, главным образом сопутствующих праву, компонентов - правосознание, правоотношения, права человека и т.д., т.е. расширяют содержание понятия.

Преимуществом нормативного подхода является то, что он акцентирует внимание прежде всего на регулятивной функции права. Право рассматривается в этом случае как особый, официальный, цивилизованный, общепризнанный и наиболее эффективный регулятор общественных отношений, как консолидированная форма выражения государственной воли всего общества, воли, закрепленной (объективированной) в законах и других правовых актах, исходящих от публичной власти.

Право подчас слишком жестко увязывается с государством, когда оно вольно или невольно превращается в голый инструмент власти, средство принуждения.

Широкое правопонимания положительно является то, что его сторонники рассматривают право прежде всего в качестве важнейшей социальной, культурной и нравственно-гуманистической ценности, не сводят право к простому атрибуту государства - напротив, государство должно основываться на праве и быть связанным им, в чем, собственно, и заключается суть правовой государственности. Они проводят более четкое различие между правом и законом.