Задание 18.

Прочитайте. Найдите диалектизмы. С какой целью их использует автор?

В лето, как быть тому, Касьян косил с усвятскими мужиками сено. Солнце едва только выстоялось по-над лесом, а Касьян уже успел навихлять плечо щедрой тяжестью. Под переменными дождями в тот год вымахали луга по самую опояску, рад бы поспешить, да коса не давала шагнуть, захлёбывалась травой. В тридцать шесть годов от роду силёнок не занимать, самое спелое, золотое мужицкое времечко, а вот поди ж ты: как ни тужься, а без остановки, без роздыху и одну прокошину нынче Касьяну одолеть никак не удавалось – стена, а не трава! Уже в который раз принимался он монтачить, вострить жало обливным камушком на деревянной рукоятке.

По утренней росе с парным сонным туманцом ловкая обношенная коса не дюже-то и тупилась, но при народе не было другого повода перемочь разведённое плечо, кроме как позвякать оселком... А заодно оглянуться на чистую свою работу и ещё раз поудивляться: экие нынче непроворотные травы! И колхоз и мужики с кормами будут аж по самую новину, а то и на другой год пойдёт запасец.

Вышли хотя и всей бригадой, но кусты и облесья не позволяли встать всем в один ряд, и порешили косить каждый сам по себе, кто сколько наваляет, а потом уже обмерить в копнах и определить сдельщину.

…Знал Касьян, что ежели поехать лесом и миновать его, то сперва будут Ливны, а за Ливнами через столько-то дён объявится и сама Москва. А по тому вон полевому шляху должен стоять Козлов-город, по-за которым невесть что ещё. А ежели поехать мимо церкви да потом прямки, прямки, то на третьем или четвёртом дне покажется Воронеж, а уж за ним, сказывали, начинаются хохлы…

(Е.Носов. Усвятские шлемоносцы)

Задание 19.

Прочитайте. Определите, какую смысловую роль выполняют специальные названия. В какой мере способствуют они созданию образа персонажа?

Дранка, щепа, клёпка… И сразу посыпались вразнобой отцовские слова: накат, баланс еловый, слипер, рейка, швырок, подтоварник, грядки. Слова означали разные сорта леса, никогда и нигде больше ни по какому поводу я не слыхал их, они сохранились как бы в том детском виде: баланс – обструганная, окоренная коротышка, розоватая, с нежноплёночными остатками кожицы; прож – вот этого не помню, зато помню горбыли, удобные для наших мальчишеских построек, и рейки – длинные, ломкие, которыми мы сражались. Кряжи, шпалы, крючки, капбалка. Эти удивительные слова, то красивые, то некрасивые, произносились на лесобирже, где отец ходил с деревянным метром в руке, а в лесу он был с рулеткой, и там были другие слова – живица, сеянцы, делянка, бонитет. Были волшебные слова, которыми он заставлял деревья расти быстрее или же лечил их: он шёл и выстукивал и выслушивал их на ходу, как врач, а иногда останавливался и слушал, как они дышат. Он по срезу рассказывал жизнь дерева: когда была сушь, когда угнетали соседи, казалось, он знал всё, что творилось в этом лесу, ещё до его рождения. (Д. Гранин)