23.5. Потеря мертвого груза от монополии
Теперь, когда мы знаем, что монополия неэффективна, хотелось бы узнать, насколько она неэффективна. Существует ли способ измерить общую потерю эффективности, вызванную монополией? Нам известно, как измерить убыток, который несут потребители из-за того, что им приходится платить не pc, а pmLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMMM — достаточно посмотреть на изменение излишка потребителей. Аналогично нам известно, как измерить выигрыш прибыли, получаемый фирмой при назначении ею цены pmNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN вместо pc— достаточно просто воспользоваться изменением излишка производителя.
Наиболее естественный способ сочетания этих двух показателей состоит в том, чтобы отнестись к фирме, а точнее, к ее владельцам и потребителям выпускаемой фирмой продукции “симметрично” и сложить прибыль фирмы и излишек производителей. Изменение прибыли фирмы — изменение излишка производителей — показывает, сколько готовы были бы заплатить владельцы фирмы, чтобы получить более высокую цену при монополии, а изменение излишка потребителей показывает, сколько надо было бы заплатить потребителям, чтобы компенсировать им это повышение цены. Следовательно, разность этих двух показателей должна была бы дать разумную меру чистой выгоды или чистых издержек от монополии.
Изменения излишков производителя и потребителей, вызванные переходом от монополистического объема выпуска к конкурентному, показаны на рис.23.5. Излишек монополиста убывает на величину A вследствие снижения цены на единицы выпуска, которые он уже продает. Этот излишек возрастает на величину C благодаря прибыли на добавочные единицы выпуска, которые он теперь продает.
Излишек потребителей возрастает на A, так как теперь все единицы выпуска, покупаемые ими раньше, достаются им по более низкой цене, и возрастает на B, так как они получают какой-то излишек на продаваемые им добавочные единицы выпуска. Площадь A просто передается от монополиста потребителю; благосостояние одной из сторон рынка возрастает, в то время как благосостояние другой стороны рынка убывает, но общий излишек остается без изменений. Площадь B + C представляет истинное увеличение излишка — она измеряет ценность добавочно произведенного выпуска для производителей и потребителей.
Площадь B + C известна как потеря “мертвого груза”, вызванная монополией. Она дает меру снижения благосостояния людей из-за того, что они платят не конкурентную цену, а монопольную. Потеря “мертвого груза”, вызванная монополией, как и потеря “мертвого груза”, вызванная введением налога, измеряет стоимость потерянного выпуска оценкой каждой его единицы по цене, которую люди готовы были бы заплатить за эту единицу выпуска.
Чтобы убедиться в том, что потеря “мертвого груза” измеряет стоимость потерянного выпуска, представьте себе, что находитесь в точке монопольного выпуска и доставляете на рынок одну дополнительную единицу выпуска. Стоимость этой предельной единицы выпуска есть предельные издержки. Таким образом, "общественная стоимость" производства добавочной единицы выпуска будет равна цене минус предельные издержки. Теперь посмотрим, какова стоимость следующей единицы выпуска; и снова ее общественная стоимость будет разностью между ценой и предельными издержками при данном объеме выпуска. И так далее. По мере движения от монопольного объема выпуска к конкурентному мы "суммируем" расстояния между кривой спроса и кривой предельных издержек, что дает стоимость выпуска, потерянного вследствие монополистического поведения. Общая площадь между двумя указанными кривыми в диапазоне от монопольного объема выпуска до конкурентного есть потеря “мертвого груза”.
|
Потеря “мертвого груза” от монополии. Потеря “мертвого груза”, вызванная монополией, дана площадью B + C. |
Рис. 23.5 |
ПРИМЕР: Оптимальный срок жизни патента
Патент дает изобретателям исключительное право на получение выгод от их изобретений в течение ограниченного периода времени. Таким образом, патент дает право на в своем роде ограниченную монополию. Причина предоставления такого рода патентной защиты состоит в том, чтобы поощрить нововведения. Весьма вероятно, что в отсутствие патентной системы индивиды и фирмы не захотели бы вкладывать большие средства в исследования и разработки, поскольку любые новые открытия, сделанные ими, могли бы быть скопированы конкурентами.
В Соединенных Штатах срок жизни патента составляет 17 лет. В течение этого периода держатели патента имеют монополию на изобретение; после истечения срока патента технология, описанная в нем, может быть использована кем угодно. Чем дольше срок жизни патента, тем больше выгод может быть получено изобретателями и, следовательно, тем больше стимулов у них вкладывать средства в исследования и разработки. Однако чем дольше позволено существовать монополии, тем больше будет порождаемая ею потеря "мертвого груза". Выгоды от долгой жизни патента состоят в поощрении нововведений; издержки — в том, что это поощряет монополию. "Оптимальный" срок жизни патента — это период, дающий возможность уравновесить два этих противоречивых эффекта.
Проблема определения оптимального срока жизни патента исследовалась Уильямом Нордхаусом из Йельского университета1. Как указывает Нордхаус, данная проблема очень сложна и ее рассмотрение предполагает учет существования многих неизвестных взаимосвязей. Тем не менее, с помощью некоторых простых расчетов можно получить представление о том, является ли нынешний срок жизни патента совершенно несовместимым с вышеописанными оценочными выгодами и издержками или нет.
Нордхаус установил, что для "свежеиспеченных" изобретений 17-летний срок жизни патента эффективен примерно на 90 % — в том смысле, что с его помощью удается не потерять 90 % максимального излишка потребителей. Если исходить из этих цифр, то, похоже, убедительной причины производить коренные изменения в патентной системе нет.