Тема 7. Советская отраслевая наука государственного права

Советский период – сложный и противоречивый этап развития конституционно-правовой науки, специфическими чертами которого стали создание новой идеологии и радикальное отрицание прежнего исторического опыта конституционного развития российского государства. Это проявилось, прежде всего, в ликвидации дореволюционных научных учреждений после завершения процесса трансформации государственного строя.

Октябрьская революция установила в России новый тип политической власти, который в соответствии с марксистско-ленинской теорией назывался «государством диктатуры пролетариата». При этом В. И. Ленин, критикуя буржуазный парламентаризм и институт выборов, не призывал к полному упразднению народного представительства: «без представительных учреждений мы не можем себе представить даже и пролетарской демократии, без парламентаризма – можем и должны» ¹³⁴. Новый тип идеологии активно внедрялся в практику функционирования создаваемых государственных учреждений. В этом смысле из множества вариантов построения советского государственного аппарата, как отмечают современные историки, был выбран один – сохранение ВКП (б) и Советов как автономных структур, осуществление управления в рамках деятельности партийных лидеров, которые занимали важнейшие должности в государственных органах. Это позволяло реализовывать на практике партийные директивы через систему государственных учреждений. И как отмечено в современной научной литературе, «все более явно стала обнаруживаться тенденция смещения властных функций от советов и их исполкомов к партийным комитетам» ¹³⁵. Однако внешней формально-правовой основой данного процесса стало принятие большевиками декретов о земле, мире, суде в 1917 г. и законодательное закрепление образования советского социалистического государства в решениях II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов (25–27 октября 1917 г.).

Прежде всего, 2-й съезд принял 7 ноября 1917 г. обращение «Рабочим, солдатам и крестьянам»¹³⁶, в котором были провозглашены: демократический мир всем народам, безвозмездная передача помещичьих, удельных и монастырских земель в распоряжение крестьянских комитетов, рабочий контроль над производством, обеспечение всем нациям права на самоопределение. Затем были приняты:

– декрет СНК от 28 октября 1917 г. «О полноте власти Советов» ¹³⁷;

– декрет от 8 ноября 1917 г. «Об учреждении Совета народных комиссаров», на основе которого было создано рабоче-крестьянское правительство и специально установлено, что контроль за деятельностью народных комиссаров осуществляет ВЦИК ¹³⁸;

– декрет СНК от 24 ноября 1917 г. «О суде» ¹³⁹.

В дальнейшем конституционное значение имели и многие другие декреты советской власти.

1. Акты, направленные на установление экономических основ нового строя (декреты о национализации банков, о социализации земли, о национализации внешней торговли и крупнейших металлургических и иных хозяйственных предприятий) ¹⁴⁰.

2. Акты, заложившие основу национально-государственного строительства (Декларация прав народов России от 15 ноября 1917 г., обращение СНК «Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока» и др.) ¹⁴¹.

3. Акты, регулирующие механизм функционирования советского государства (декрет СНК «О порядке утверждения и опубликования законов» от 12 ноября 1917 г., декрет ВЦИК «О праве отзыва делегатов» от 4 декабря 1917 г., декрет СНК «О суде» 5 декабря 1917 г. и др.) ¹⁴².

4. Акты, регулирующие правовое положение граждан РСФСР (постановление СНК «О 8-часовом рабочем дне» от 11 ноября 1917 г., декрет ВЦИК «Об уничтожении сословий и гражданских чинов» от 23 ноября 1917 г., декреты СНК о печати, о гражданском браке и ведении книг актов состояния, об отделении церкви от государства и школы от церкви, о праве убежища и приобретении российского гражданства).

В дальнейшем 3-й съезд утвердил 25 января 1918 г. Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа, главное положение которой состояло в том, что Россия объявлялась Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, которым принадлежит вся власть в центре и на местах ¹⁴³. Здесь в отличие от решения 2-го съезда об унитарном характере РСФСР принято решение о том, что РСФСР – федерация советских национальных республик.

Следующим шагом после ликвидации Учредительного собрания в условиях гражданской войны стала разработка проектов Конституции РСФСР в 1918 г. В созданную комиссию по созданию проектов Конституции вошли представители комиссариатов, в том числе нарком юстиции, юрист П. И. Стучка. Позднее в состав конституционной комиссии были включены правовед Г. С. Гурвич и М. А. Рейснер, заведующий отделом государственного права Отдела законодательных предположений и кодификации ¹⁴⁴. 10 июля 1918 г. Конституция РСФСР была принята на заседании V Всероссийского съезда Советов ¹⁴⁵. В Конституции проводится классовый подход к построению государственной власти. Ст. 10 провозглашала, что вся власть в РСФСР принадлежит только рабочему населению, объединенному в городских и сельских Советах.

При этом высшим органом власти является Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов. В промежутке между съездами верховную власть осуществляет высший законодательный, распорядительный и контролирующий орган – Всероссийский центральный исполнительный комитет Советов (ВЦИК – ст. 12), назначающий и контролирующий деятельность органа общего управления делами РСФСР – Совета народных комиссаров (СНК). Наряду с ними в систему органов власти входили народные комиссариаты, образуемые ВЦИК – органы отраслевого управления; и местные органы власти – областные, губернские, уездные, волостные Советы, а также сельские и городские Советы и их исполнительные органы – исполкомы.

К числу важнейших характеристик первой советской Конституции относятся возможность лишения прав тех лиц, которые признаны эксплуататорами, отказ от принципа разделения властей, провозглашение РСФСР в качестве федерации, основанной на национально-территориальном принципе с целью разрешения национального вопроса, закрепление принципа демократического централизма в функционировании органов государственной власти. Этому способствовали ленинские идеи организации советских органов власти. В 1906 г. в статье «Победа кадетов и задачи рабочей партии» В. И. Ленин обращается к обоснованию диктатуры пролетариата как теоретической основы советской власти. Давая понятие диктатуры как ничем не стесненного насилия, он говорит, что речь идет о диктатуре народа, ибо «народ, масса населения, «случайно» собравшаяся в данном месте, сама и непосредственно выступает на сцену, сама чинит суд и расправу, применяет власть, творит новое революционное право»¹⁴⁶. Отсюда следует важный вывод, отражающий сущность советской власти – речь идет о диктатуре революционного народа: «диктатуру осуществляет не весь народ, а только революционный народ, нисколько не боящийся, однако, всего народа» ¹⁴⁷.

Позднее в 1917 г. в статье «Удержат ли большевики государственную власть?» В. И. Ленин обосновывает конструкцию советского государственного аппарата через отрицание парламентаризма, базирующегося на принципе разделения властей: «он дает возможность соединять выгоды парламентаризма с выгодами непосредственной и прямой демократии, т.е. соединять в лице выборных представителей народа и законодательную функцию, и исполнение законов» ¹⁴⁸. Тем самым речь идет о слиянии управления с законотворчеством – принципе демократического централизма ¹⁴⁹. В дальнейшем в теории советского государственного права, как отмечает В. А. Ржевский, стала распространенной позиция о том, что «было бы ошибочным дробить осуществление единой власти Советского государства на две самостоятельные формы государственной деятельности: высшую власть, обладающую суверенитетом, и местную власть, якобы не наделенную этим качеством. Существование местных органов власти не означает, что они осуществляют какую-то «местную государственную власть», не наделенную верховенством, ибо вся власть в СССР едина» ¹⁵⁰.

Одним из итогов революции в России стало создание и новых научных и образовательных юридических учреждений. Поскольку прежняя отраслевая дифференциация юридической науки была отвергнута по идеологическим соображениям, влияние марксистско-ленинской идеологии прослеживается в трактовке статуса государственного права в системе правоведения. Однако, как справедливо отмечает Н. В. Мамитова, «конституционализм как явление, присущее государственно-правовой организации, не может «закончиться», а может только видоизмениться» ¹⁵¹. Первоначально в 1918 г. создается Социалистическая (позднее - Коммунистическая) академия, в рамках которой в 1922 г. П. И. Стучка и Е. Б. Пашуканис организовали секцию общей теории государства и права. В ней концентрировались в тот период научные исследования в области государства и права. В 20-е гг. издается журнал «Революция права» и «Советское право», объединенные затем в единый журнал «Советское государство и революция права» во главе с редактором Е. Б. Пашуканисом. Этот журнал неоднократно переименовывался: в 1932 г. – в «Советское государство», в 1938-39 гг. – в «Советское государство и право».

В марте 1919 г. было утверждено постановление «О Факультетах общественных наук». Тем самым кафедра государственного права Московского университета была переименована в кафедру советского строительства. В составе факультета общественных наук созданы юридико-политическое, экономическое и историческое отделения. На юридико-политическом отделении среди множества кафедр особое значение приобретает кафедра публичного права Советской республики, в работе которой принимают активное участие профессора Д. А. Магеровский, Д. И. Курский, А. Ф. Евтихеев, М. Д. Загряцков, М. А. Рейснер ¹⁵². Начальный период становления советского государства характеризуется поэтапными преобразованиями структуры советских научных и образовательных учреждений, что было обусловлено не только политико-правовой практикой государственных и партийных органов РСФСР, но и внутринаучными тенденциями, в частности постепенным переходом к отраслевой специализации государственно-правовых исследований. В 1921 г. юридико-политическое отделение МГУ преобразуется в правовое с разделением судебного и государственно-административного циклов преподаваемых дисциплин. Тем самым помимо общего курса государственного права разрабатывался специализированный курс государственного устройства РСФСР и народного представительства, основанные на действующей системе источников советского права ¹⁵³. Особое внимание в этот период ученые-правоведы уделяли организационно-правовым основам, структуре и деятельности Советов (Советы столичных и промышленных центров, взаимодействие Советов и губерний, уездов, волостей и новых административно-территориальных центров), источникам советского государственного права (декреты, положения, уставы, инструкции, приказы и распоряжения). В конечном итоге в 1925 г. происходит разделение курсов «Общее учение о праве и государстве» и «Государственное право СССР». Соответственно, Декретом Совета народных комиссаров от 17 апреля 1925 г. вместо существовавшего факультета общественных наук МГУ создан факультет советского права.

Введение «новой экономической политики» (НЭПа) на время изменило сущность правовой политики советского государства, когда с целью укрепления основ экономической системы развернулась дискуссия о революционной законности. Тем самым в юридическую науку и практику стал постепенно возвращаться принцип законности. Положение о судоустройстве в РСФСР 1922 г. отменяло трибуналы и деление судов на общие и чрезвычайные и фактически создавало новую судебную систему, организацию которой осуществлял Народный комиссариат юстиции. Провозглашались следующие принципы работы советских судов: суд выражает волю трудящихся; гласность и публичность заседаний, устное судопроизводство, участие граждан в осуществлении правосудия, обязанность суда руководствоваться социалистическим правосознанием. В конечном итоге утверждение концепции революционной законности даже в условиях отсутствия квалифицированных судебных кадров привело к централизации судебной системы, установлению жесткого политического контроля над ней. Немалую роль в этом процессе сыграли такие политические события, как образование СССР в 1922 г. и свертывание НЭПа.

30 декабря 1922 г. 1-й съезд Советов СССР утвердил Декларацию и Договор об образовании нового государства – СССР в составе 4-х государств ¹⁵⁴. Принятию этих документов предшествовала дискуссия 1922–1923 гг. о правовой природе формы государственного устройства Союза ССР и способах его создания: договорном либо конституционном ¹⁵⁵. Это был договор о вхождении самостоятельных республик в состав союзного государства. Однако осознание того, что Союзный договор допускает превращение Союза ССР как в федерацию, так и в конфедерацию, привело к тому, что ЦИК СССР принимает решение о создании Конституционной комиссии и разработке проекта Конституции. В конечном итоге Основной закон (Конституция) СССР от 31 января 1924 г. закрепила основы советского федерализма и систему органов власти союзного государства, включая основные положения Декларации и Договора об образовании СССР ¹⁵⁶.

Верховным органом власти являлся съезд Советов, а в период между съездами – ЦИК, состоявший из Союзного Совета и Совета национальностей, тем самым вводилась двухпалатная структура союзного органа власти. Президиум ЦИК по Конституции – высший законодательный, исполнительный и распорядительный орган власти Союза ССР в период между сессиями ЦИК. Правительство – СНК СССР – являлось исполнительным и распорядительным органом ЦИК, образовывалось последним и было ответственно как перед ним, так и перед Президиумом ЦИК ¹⁵⁷.

Высшим органом правосудия стал Верховный Суд СССР. Как отмечает М. А. Митюков, к числу буржуазно-демократических институтов, отраженных в Конституции СССР 1924 г., «относилось и не свойственное советской системе использование, хотя бы и формальное, Верховного Суда в охране конституции» ¹⁵⁸. Наиболее важным полномочием суда стало осуществление конституционного надзора и контроля. К его ведению относились дача заключений по требованию ЦИК СССР о законности тех или иных постановлений союзных республик с точки зрения Конституции, разрешение судебных споров между союзными республиками. Учреждалась должность Прокурора Верховного Суда ССР. Однако активная деятельность Верховного Суда в этой области привела к тому, что укрепление сталинского режима способствовало замене системы конституционного надзора Верховного Суда на систему общего надзора прокуратуры в 1933 г. ¹⁵⁹ Идеологическим обоснованием стала критика института конституционного контроля как института буржуазного строя, неприемлемого в условиях социализма ¹⁶⁰.

Несмотря на поддержку в создании юридических учреждений, отношение к праву как со стороны советской власти, так и в научных кругах принципиально меняется. В частности, популярная в 20-е гг. марксистско-ленинская концепция диктатуры пролетариата как формы государства при переходе от капитализма к социализму способствовала не только вынужденным попыткам теоретического обоснования правомерности феномена «диктатуры» в условиях формирования социалистического государства. Судьба многих дореволюционных государствоведов сложилась трагически ¹⁶¹. Политически активная часть ученых была физически уничтожена в годы гражданской войны (убийство Ф. Ф. Кокошкина, расстрел Н. И. Лазаревского). В 20-е гг. выжившие ученые «старой школы», сохранившие позитивистскую методологию формально-юридического анализа (С. А. Котляревский, А. В. Малицкий, К. А. Архипов и др.), нередко обвинялись в антимарксистских взглядах. В целом по оценкам современных исследователей «свершившаяся в России социалистическая революция предопределила разрыв преемственной связи в развитии отечественной государственно-правовой науки, изменившей свой идеологический фундамент, повлекла существенную реорганизацию юридического образования» ¹⁶². Однако наряду с этим необходимо учитывать и множество заимствований правоведами «дореволюционной школы» и советскими правоведами понятий и категорий науки государственного (конституционного) права монархического периода, сохранение в конечном итоге под воздействием политико-правовой практики сложившейся отраслевой дифференциации правовой науки и правовой системы.

Начальный этап развития советской теории государственного права представлен идеями о неизбежном отмирании государства и права при приближении к коммунизму (П. И. Стучка, Е. В. Пашуканис) и в то же время о диктатуре пролетариата не только как о форме классового господства, но и как форме правления и политическом режиме ¹⁶³. Специфика функционирования такого режима в конечном итоге способствовала снижению роли государственно-правовых исследований, критике «буржуазной демократии и конституционализма», а также использованию при необходимости категорий и методов «буржуазной» науки при рассмотрении традиционных вопросов структуры Конституции и государственного строя РСФСР и СССР. Сам термин «государственное право» в 20-е гг. долгое время рассматривался в широком смысле. Таким термином обозначались нормы и институты, закрепленные в Конституции (Д. А. Магеровский), система норм, определяющих компетенцию и деятельность советских государственных органов (А. В. Малицкий) ¹⁶⁴. При этом центральное место в науке советского государственного права занимает проблема государственной власти. Разрыв между действующими правовыми нормами и реальной политической практикой придает государственному праву функцию идеологического и технического средства оформления властных полномочий. Такое отношение к данной дисциплине проявилось при создании в 1929 г. Института советского строительства и права. На одном из заседаний института партийный деятель Л. Каганович заявил: «Мы отвергаем понятие правового государства. Если человек, претендующий на звание марксиста, говорит всерьез о правовом государстве и тем более применяет понятие «правовое государство» к советскому государству, это значит, что он идет на поводу буржуазных юристов, это значит, что он отходит от марксистско-ленинского учения о государстве» ¹⁶⁵. Кроме того, отвергалась и доктрина разделения властей (П. И. Стучка). Состоявшийся в ноябре 1929 г. Пленум ЦК ВКП (б) способствовал изменениям в системе управления высшими учебными заведениями на основе принципа единоначалия. Тем самым в начале 30-х гг. преподавание советского государственного права в вузах было отменено, поскольку «материал этого частично поглощался советским строительством и рядом других учебных дисциплин» ¹⁶⁶. Создание в 1931 г. в Московском университете кафедры «Учение о государстве и советское строительство» повлекло очередную реорганизацию юридических учреждений и выведение из состава университета факультета советского строительства и права. На базе данного факультета были учреждены Московский институт советского строительства при ВЦИК (позднее преобразованный в Юридический институт Прокуратуры СССР) и Московский институт советского права Народного комиссариата юстиции СССР. Тем самым в период с 1931 по 1942 гг. в МГУ отсутствовал юридический факультет ¹⁶⁷. Поэтому вместо государственного права ученые первоначально стали разрабатывать науку советского строительства.

Однако процесс разработки нормативных положений Конституции СССР 1936 г. в деятельности Конституционной комиссии вновь активизировал работу советских государствоведов. Как отмечается в современных исследованиях, организация конституционных работ была затруднена из-за отсутствия законодательного регулирования механизма внесения изменений в действовавшую Конституцию СССР 1924 г. ¹⁶⁸ Вопрос о необходимости внесения таких изменений был поставлен на пленуме ЦК ВКП (б) в феврале 1935 г. ¹⁶⁹ В следующем постановлении VII съезда Советов Союза ССР от 6 февраля 1935 г. были определены направления совершенствования положений Конституции СССР: демократизация избирательной системы и обеспечение принципов избирательного права; уточнение социально-экономической основы советского общества ¹⁷⁰. Однако в дальнейшем избранная 7 февраля 1935 г. ЦИК СССР Конституционная комиссия под председательством И. В. Сталина пришла к выводу о необходимости разработки текста новой Конституции ¹⁷¹. Специфика подготовки новой союзной Конституции заключалась также в проведении всенародного обсуждения ее основных положений и внесения большого количества поправок в подготовленный проект ¹⁷². 25 ноября 1936 г. начал работу VIII Всесоюзный чрезвычайный съезд Советов для рассмотрения окончательного текста Конституции. В процессе работы съезда был заслушан доклад И. В. Сталина «О проекте Конституции Союза ССР» ¹⁷³, в котором были подведены итоги работы Конституционной комиссии. 5 декабря 1936 г. на заключительном заседании VIII Всесоюзного чрезвычайного съезда Советов окончательный текст Конституции Союза ССР был утвержден.

Конституция СССР 1936 г. получила название «Конституции победившего социализма», «сталинской Конституции». В ней провозглашалась победа социализма и его главные социально-экономические основы: отмена частной собственности, социалистическая система хозяйства и социалистическая собственность на орудия и средства производства, установление государственного народнохозяйственного плана и др. В первой главе об общественном устройстве Советский Союз именуется социалистическим государством рабочих и крестьян. Основу политической системы советского общества составляла деятельность Советов депутатов трудящихся. При этом в третьей главе Конституции высшим органом государственной власти называется Верховный Совет СССР, состоящий из двух палат (Совета Союза и Совета национальностей) и которому принадлежит исключительное право осуществления законодательной власти (ст. 30, 33 Конституции СССР 1936 г.). Органами государственной власти на местах объявлялись Советы, а исполнительными и распорядительными органами – их исполнительные комитеты.

В главе десятой впервые было представлено содержание прав и обязанностей советских граждан. Предусматривались права на труд, на отдых, на материальное обеспечение в старости, на образование, равенство в правах женщин и мужчин, равноправие граждан всех наций и рас, свобода совести, свобода слова, свобода печати, свобода собраний и митингов, свобода уличных шествий и демонстраций, право объединения в профессиональные организации, неприкосновенность личности и жилища, предоставление убежища в СССР преследуемым в буржуазных странах гражданам. К обязанностям граждан относились соблюдение Конституции, дисциплины труда, уважение правил социалистического общежития, укрепление общественной собственности, всеобщая воинская обязанность.

Нормативные положения Конституции СССР 1936 г., которые по-новому осуществляли конституционно-правовое регулирование статуса советских граждан, деятельность союзных органов власти, сферу административно-территориального устройства Союза ССР, способствовали появлению официальной программы организации правовых исследований. Смысл этой программы, представленной А. Я. Вышинским на Всесоюзном совещании по вопросам науки советского государства и права 1938 г., состоял в критике ленинской концепции «отмирания» государства и права при социализме, в тезисе об устойчивости права и отрицании активной роли права в обществе. Отсюда следовало традиционное нормативное правопонимание с акцентами на существенной роли механизма государственного принуждения и выражения в законодательстве воли господствующего класса ¹⁷⁴. Это позволяет считать советскую государственно-правовую науку одним из этапов «неклассического» периода развития теории российского конституционализма. Тем самым государственно-правовые исследования 30–50-х гг. концентрировались на внешних формах власти (структура союзного парламента – Верховного Совета и Советов других уровней, проведении выборов, съездов и обоснования роли ВКП (б)), не касаясь подлинной роли партийно-государственной бюрократии, проводившей в директивах политические решения высших партийных органов.

В 1942 г. в Московском университете воссоздается юридический факультет, на котором кафедру государственного права возглавил академик И. П. Трайнин. В 40-е гг. в рамках данной кафедры изучались проблемы работы местных Советов и иных органов государственной власти, в трудах И. П. Трайнина, И. Д. Левина, В. Н. Дурденевского, Н. Я. Куприца активно разрабатывались теоретические проблемы науки советского строительства и государственного права стран народной демократии, в том числе под влиянием постановления ЦК ВКП (б) от 5 октября 1946 г. «О расширении и улучшении юридического образования в стране». После объединения с Московским юридическим институтом в 1954 г. государственно-правовые исследования концентрируются в Московском университете, Институте государства и права АН СССР, ВНИИ советского законодательства, Академии управления МВД СССР и других научных и образовательных учреждениях. Но помимо них кафедры государственного права и структурные подразделения научных организаций были созданы в Ленинграде, Свердловске, Томске, Саратове, Казани, Ростове-на-Дону, в союзных республиках ¹⁷⁵. Наблюдается углубление отраслевой специализации в науке советского государственного права, в особенности на основе взаимодействия научных исследований в сфере не только государственного права, но и советского строительства ¹⁷⁶. После того, как кафедру государственного права МГУ возглавил профессор С. С. Кравчук, наиболее значимые научные результаты были представлены в трудах Л. В. Воеводина, А. А. Мишина, Н. Я. Куприца, Д. Л. Златопольского, К. Ф. Шеремета, Г. В. Барабашева. В конечном итоге это способствует повышению качества преподавания государственно-правовых дисциплин, увеличению объема научно-исследовательской работы. Под влиянием общетеоретических дискуссий о системе советского права 1939–1941 и 1956–1959 гг. активно разрабатывается проблема предмета государственного права. Исследования 30–50-х гг. XX в. о предмете советского государственного права показали не только определенную историческую преемственность в исследовании государственно-правовой проблематики и методов ее изучения, но и значительное расширение предмета государственно-правового регулирования, его распространение на широкий круг общественных отношений, лежащих в основе социально-экономической и политической сфер общества, а также теоретическое обоснование усиления роли государства в правовом регулировании общественных отношений. Особое значение в дальнейшем приобретают методологические исследования в общей теории государства и права 60-70-х гг. (В. П. Казимирчук, Л. С. Явич, А. М. Васильев, В. М. Сырых, Д. А. Керимов, В. С. Нерсесянц), которые, тем не менее, не оказали существенного влияния на нормативный подход в науке советского государственного права.

В 50–70-е гг. наблюдается тенденция к переосмыслению методологических основ советской государственно-правовой науки, предпринимаются попытки диалектического осмысления правовых категорий и понятий (понятия народовластия, суверенитета, гражданства, категории объекта, предмета, структуры науки и отрасли государственного права), методов и отдельных элементов системы права (правовые отрасли, подотрасли, правовые институты) ¹⁷⁷. Сохраняется идеологическая нагруженность, связанная с обоснованием на основе Программы КПСС идеологической доктрины «общенародного государства» и «конституции развитого социализма», которое формируется в связи с выполнением государством диктатуры пролетариата своей исторической миссии, а также обоснование ведущей роли КПСС в политической системе советского общества ¹⁷⁸. Вместе с тем неправомерны утверждения современных авторов о том, что «советский конституционализм можно определить как специфический способ единого устройства и осуществления политической власти коммунистической партии, где конституционно-правовая регламентация государственного строя, политический режим, права, свободы, обязанности граждан всецело зависят от идеологии и служат «партийному» государству» ¹⁷⁹. Объективная характеристика этапов становления и развития советского конституционализма предполагает анализ не только правотворческой и правоприменительной деятельности советских государственных органов, но и изменение научных представлений о государственном (конституционном) праве и соответственно, влияние политической идеологии ¹⁸⁰.

В 70–е гг. под влиянием идеологической доктрины «общенародного государства» происходят организационные изменения в системе высшего юридического образования. Разделение в 1970 г. в Московском университете единой кафедры на две составляющие (кафедру государственного права под руководством профессора С. С. Кравчука и кафедру советского строительства под руководством профессора Г. В. Барабашева) в конечном итоге показало необходимость интеграции научных исследований и объединения этих кафедр в единую структуру. В 1976 г. кафедры были вновь объединены под руководством профессора Г. В. Барабашева. Несмотря на то, что Московский университет приобретает статус координатора научно-исследовательской и учебно-методической работы в сфере государственного права, государственно-правовые исследования активно развиваются в региональных высших учебных заведениях и научных учреждениях Саратова (И. Е. Фарбер), Свердловска, Томска (А. И. Ким), Ростова-на-Дону (В. А. Ржевский), союзных республик. Отраслевые государственно-правовые исследования в этот период охватывают основные вопросы науки государственного права.

1. Теоретические, исторические и методологические основы советского государственного права, включая анализ категориального и понятийного аппарата, объекта и предмета государственно-правовой науки, а также соотношения терминов «государственное право» и «конституционное право» ¹⁸¹.

2. Исследование конституционных основ и принципов функционирования общественного и государственного строя ¹⁸².

3. Конституционно-правовые аспекты регулирования правового статуса личности в советском обществе ¹⁸³.

4. Административно-территориальное устройство СССР и правовой статус территориальных единиц в составе Союза ССР ¹⁸⁴.

5. Конституционно-правовой статус и организация деятельности системы Советов народных депутатов и иных органов государственной власти ¹⁸⁵. В этом смысле основным элементом предмета советской науки государственного права постепенно становится государственная власть и формы ее осуществления ¹⁸⁶.

Новым импульсом к расширению научных исследований в области государственного права послужили нормативные положения Конституции СССР 1977 г. ¹⁸⁷ Решение о начале работ по разработке проекта новой Конституции СССР было принято в апреле 1962 г. на заседании Верховного Совета СССР. 25 апреля 1962 г. постановлением Верховного Совета СССР была сформирована Конституционная комиссия в составе 97 человек во главе с Н. С. Хрущевым. В научной литературе высказывается мнение о подготовке комиссией проекта Конституции еще в начале 60-х гг., хотя в дальнейшем состав Конституционной комиссии в 70-е гг. изменился в связи с завершением работы над окончательным текстом Конституции ¹⁸⁸. В состав комиссии входили должностные лица из руководства союзных партийных и государственных органов, а также представители от союзных республик, автономных республик, автономных областей, национальных округов, от различных слоев общества - рабочих, крестьян, научного сообщества и т. д. К деятельности по разработке конституционного проекта были привлечены представители ведущих научных учреждений и высших учебных заведений Союза ССР и союзных республик.

Окончательный проект Конституции, подготовленный в мае 1977 г. и одобренный Пленумом ЦК КПСС, на основании Указа Президиума Верховного совета СССР «О проекте Конституции СССР» был вынесен на обсуждение общественности ¹⁸⁹. Всенародное обсуждение проекта Конституции началось 5 июня и продолжалось до конца сентября 1977 г. По официальным данным, в нем приняло участие свыше 140 млн. человек, т. е. более четырех пятых взрослого населения страны ¹⁹⁰.

Нормы Конституции Союза ССР 1977 г. сохраняли определенную преемственность в конституционно-правовом регулировании общественных отношений, но в то же время более комплексно закрепляют исторические этапы развития советского общества и государства («преамбула»), основы общественного строя, правовой статус личности, национально-государственное устройство, а также формы народовластия и компетенцию Советов народных депутатов. Законодательно закреплялась важная роль в политической системе общества, помимо Коммунистической партии и общественных организаций, таких как профсоюзы, трудовые коллективы, комсомольские и другие массовые общественные организации.

Несмотря на широкое регулирование прав, свобод и обязанностей советских граждан, избирательной системы и ответственности депутатов перед избирателями, современные ученые указывают на декларативный характер многих положений Конституции СССР 1977 г., в которой были расширены и конкретизированы полномочия Советов народных депутатов. В частности, к началу 80-х гг. многие депутаты были членами КПСС, что позволяло партийным структурам контролировать принятие любых решений в Советах. При этом официально провозглашалось, что «партийное руководство – высшее проявление власти народа, отражающее интересы трудящихся в построении коммунистического общества» ¹⁹¹. Впоследствии в 80-е гг. под влиянием социально-исторических условий в государственно-правовой науке существенно пересматривается основная проблематика научных исследований. Важнейшим социально-историческим фактором является, прежде всего, правовая политика советского государства в годы перестройки (1985–1991 гг.) ¹⁹². Вопрос о необходимости перестройки политической и правовой системы советского общества был поставлен на Пленуме ЦК КПСС в феврале 1987 г., а затем получил статус официальной партийной программы после проведения XIX Всесоюзной партийной конференции ¹⁹³. Как отмечает М. Н. Марченко, основными идеями конференции стало разграничение функций партийных и государственных органов и разработка вместо концепции разделения властей теории разделения полномочий и функций элементов политической системы ¹⁹⁴. Также существенное значение в данный период приобретает проблема формирования политического лидера и повышения престижа Советского государства в мировом сообществе ¹⁹⁵. Соответственно, внутринаучным фактором трансформации государственно-правовой науки становится сформулированная в официальных партийных документах концепция социалистического правового государства, которая разрабатывается советскими правоведами в форме концепции «социалистического конституционализма» ¹⁹⁶. Эта концепция получает достаточно широкое научное обсуждение в юридической литературе периода перестройки ¹⁹⁷. Тем самым менялось и отношение к содержанию ст. 6 Конституции о руководящей роли КПСС. Внесение изменений в Конституцию СССР в годы перестройки привело к отказу от монопольного положения партии в связи с утверждением принципа многопартийности ¹⁹⁸. Теоретическое осмысление реформы политической системы СССР в советской государственно-правовой науке способствовало модификации теоретико-методологических оснований «неклассического» этапа развития теории российского конституционализма ¹⁹⁹. Этому способствовали как социально-исторические условия, связанные с распадом СССР и формированием новой правовой системы, так и внутринаучные факторы, характеризующие изменение научных представлений об идеях и ценностях конституционализма.