- •С. П. Поцелуев
- •Рецензенты:
- •Isbn 978-5-9275-0434-3 удк 324:81
- •1. Разговорный диалог (лингвофилософский анализ) 27
- •1.3. Превратности постулатов (к теории диалоговой коммуникации
- •3. Политический парадиалог
- •Предисловие
- •1. Разговорный диалог (лингвофилософский анализ)
- •1.1. Диалогическая логика как философская проблема
- •1.1.1. Диалог как диалектика: краткий опыт философско-этимологического расследования
- •1.1.2. Диалогическая аргументация в пределах только этики?
- •1.2. Специфика разговорного общения
- •1.2.1. О месте диалога в речевом общении
- •1.2.2. О роли «отрицательного языкового материала» в языкознании
- •1.2.3. Диалог как вызов для теории речевых актов
- •1.2.4. Семантико-когнитивный подход и речевой «негатив»
- •1.2.5. «Дух» разговора
- •1.2.6. Разговор vs. Диалог
- •1.3. Превратности постулатов (к теории диалоговой коммуникации г. П. Грайса)
- •1.3.1. Исходные тезисы
- •1.3.2. Коммуникативная кооперация и коммуникативный саботаж
- •1.3.3. Двусмысленность как методологический прием
- •1.3.4. Семантические аномалии и «белая ложь» против постулатов Грайса
- •1.4. Мир диалога: дихотомии и классификации
- •1.4.1. Диалог как текст и событие
- •1.4.2. Диалог в сети классификаций
- •1.4.3. Третий в диалоге — не лишний
- •1.4.4. Интересы и интенции в политическом диалоге
- •1.4.5. Типовые структуры политического диалога
- •1.4.6. Симметрия, асимметрия и комплементарность в диалоге
- •1.5. «Нормальные» и «ненормальные» диалоги
- •1.5.1. Связность как нормальность диалогового дискурса
- •1.5.2. Варианты игровой модели диалога
- •1.5.3. Основные условия нормального диалога
- •1.5.4. Взаимопонимание как принцип нормального диалога
- •1.5.5. Причудливый мир аномальных диалогов
- •2. Дискурсивные аспекты политического парадиалога
- •2.1. Парадиалог в аспекте семантики и логики речи
- •2.1.1. Парадиалог: первичные дефиниции
- •2.1.2. Логические абсурды парадиалога
- •2.1.4. Квазиконъюнктивный синтез в парадиалоге
- •2.2. Прагматика парадиалогического дискурса
- •2.2.1. Парадоксальность парадиалога
- •2.2.2. Прагматические бессмыслицы парадиалога
- •2.2.3. Парадиалог как коммуникативный саботаж
- •2.2.4. Коммуникативные типы парадиалога
- •2.2.5. Парадиалогический абсурд и нонсенс: анализ случаев
- •2.3. Психологические аспекты парадиалогической игры
- •2.3.1. Парадиалог как симуляция детской игры
- •2.3.2. Диалог как «вербальное сновидение»
- •2.3.3. Парадиалог в аспекте командной игры перед публикой
- •2.3.4. Регрессивный аспект парадиалоговой игры
- •2.3.5. «Разорванное мышление» парадиалога
- •2.3.6. Парадиалог как «систематизированный бред»
- •2.4. Эстетика и этика парадиалога
- •2.4.1. Квазихудожественная фиктивность парадиалога
- •2.4.2. «Дарование смысла» в парадиалоге
- •2.4.3. Клиника и этика парадиалога
- •2.4.4. Парадиалог и квазиполитика
- •3. Политический парадиалог в культурно-коммуникативном контексте
- •3.1. Парадиалог в аспекте символической политики
- •3.2. Парадиалог, инфотейнмент и параполитическая связь
- •3.2.1. Инфотейнмент и диалог
- •3.2.2. Инфотейнмент: Pro et Contra
- •3.2.3. Инфотейнмент как имитация и суррогат политического участия
- •3.2.4. Парадиалог в системе «мгновенной демократии»
- •3.3.1. Политические ток-шоу как (суб-)жанр публичных разговоров
- •3.3.2. Структурные особенности политического ток-шоу как предпосылка парадиалога
- •3.3.3. Диалог в условиях логики зрелищ и парасоциальных аффектов
- •3.4. (Пара-)диалоги в стиле confrontainment
- •3.4.2. Немецкий политический конфронтейнмент: поучительный опыт для российского тв?
- •3.4.3. Вербальная агрессия как (пара-)политическое развлечение
- •3.4.5. Парадиалог как вербальная дуэль и вербальный потлач
- •3.5. Русский политический парадиалог с точки зрения шутовства, балагана и сказки
- •3.5.1. Парадиалог как привилегия политических шутов
- •3.5.2. Политический парадиалог как «словесный карнавал»
- •3.5.3. Агонический смех политического парадиалога
- •Послесловие
- •Литература
- •344006, Г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 160.
2.3.4. Регрессивный аспект парадиалоговой игры
По словам И. Гофмана, в ходе игры часто наступает обмен ролями, что ведет к распаду иерархии, которая имеет место между участниками игры в случае неигрового поведения1. В диалоге Жириновского и Проханова также никак не проявляется статус Жириновского как вице-спикера Думы. При стандартном (серьезном) политическом диалоге этот статус был бы релевантен, но в диалоге с Прохановым вице-спикер национального парламента как бы регрессирует: он превращается в сатира, пародиста, клоуна. Реальный политический статус и политическая асимметрия собеседников как бы снимаются игровой рамкой их разговора. То и дело наступает обмен ролями: обвинитель-обвиняемый; оскорбляющий-оскорбляемый; вводящий vs. вводимый в заблуждение; разоблачающий vs. разоблачаемый и т. д.
Посмотрим под этим углом зрения на отчасти уже упомянутый нами фрагмент теледуэли Жириновского и Проханова:
ПРОХАНОВ. ...потом пришли наследники Горбачева, Ельцин и господин Жириновский и растаскали нас на ошметки. {введение в заблуждение)
ЖИРИНОВСКИЙ. И чего ВЫ молчали, что же ВЫ молчали 200 миллионов, ВЫ такие тупые, трусливые, {разоблачение, оскорбление)
ПРОХАНОВ. 200 миллионов стреляло в ВАС. {введение в заблуждение)
ЖИРИНОВСКИЙ. Никто не стрелял. Ни одного выстрела. {разоблачение)
ПРОХАНОВ. МЫ в 93-м году сражались с ВАМИ, МЫ умирали на баррикадах, когда ВЫ опять сидели в баре, {введение в заблуждение, обвинение)
ЖИРИНОВСКИЙ. ВЫ боролись с царем, со Сталиным, с Горбачевым, с Ельциным, {введение в заблуждение, обвинение)
ПРОХАНОВ. МЫ умирали в тюрьмах, МЫ умирали на баррикадах, {введение в заблуждение)
ВЕДУЩИЙ. У меня нет холодного душа для всех. Успокойтесь, и 200 миллионов, которые стреляли в Жириновского и не попали, так что плоховато стреляли. Спасибо, {разоблачение)
ЖИРИНОВСКИЙ. Одиночка, террорист! {оскорбление)
1 Goffman E. Rahmen-Analyse... S. 54.
182
Как видим, такого рода обмен ролями совершенно выключает моральные ограничения, свойственные политическому статусу Жириновского (как вице-спикера Думы); оба участника выступают как равноправные политические артисты.
Аналогичную картину мы видим и в случае думских (вообще парламентских) дебатов. К примеру, на заседании Госдумы 19 июля 1995 г. В. С. Черномырдин выступает с докладом на ключевую для страны тему «О социально-экономическом положении Российской Федерации». В ходе обсуждения ему задается в общей сложности 17 вопросов, из которых ровно треть оказываются беспредметными (риторическими, абстрактными, неуместными и т. п.)1. Извиняясь за повтор, приведем в этой связи блестящий пример парламентского словоблудия (от Черномырдина): «Теперь что касается вопросов стабилизации. Вопрос философский. Сегодня, конечно, можно говорить ... Мы говорили действительно о стабилизации. Мы хотим этой стабилизации. И мы сегодня уже имеем ростки этой стабилизации. Ну что нам сегодня - не говорить об этом? Нам не только говорить, нам делать надо. И вести к тому, чтобы эти ростки прорастали, разрастались, тогда мы будем иметь общий успех».2
В целом, парадиалог предполагает довольно высокую степень коммуникативной регрессии от диалога как «аргументативной игры» в сторону игровой деятельности как антитезы серьезного поведения. Это сдвигает все координаты в оценке парадиалога как формы коммуникации: вместо предметно-логических критериев на передний план выходят психологические. Парадиалог - это в первую очередь вопрос психологии поведения, а не логики, диалектики или риторики разговорного общения. Пара-диалог - это прежде всего игра в диалог.
Вслед за И. Гофманом мы можем сказать, что парадиалого-вая коммуникация есть также трансформация диалога как базовой деятельности (foundation behavior). Важно подчеркнуть: в качестве образца здесь выступает не разговор вообще, не любой разговор, а разговорный диалог. Для литературного диалога в качестве исходного паттерна выступают повседневные разговоры и, наверное, это истинно для любого настоящего диалога. Но для парадиалога в качестве базового образца выступает уже
1 См.: Государственная Дума: стенограмма заседаний. Весенняя сессия. 21 июля - 9 сентября 1995 г. М.: Известия, 1996. Т. 20. С. 24-36.
2 Государственная Дума: стенограмма заседаний. Осенняя сессия. 21—28 октября 1994. М.: Известия, 1995. Т. 9. С. 317.
183
сформировавшийся в культуре диалог. В этом именно смысле парадиалог есть регрессивный феномен: он модулирует диалог в игровую форму просто разговора, причем модули (ключи) - и тем более обманные маневры - здесь аналогичны тем, что выделяет Гофман: «делать-так-как-будто», состязание, церемония, специальное исполнение и т. д.1
Все эти «ключи» дают формы игрового поведения. Шутки и подшучивания как типичные примеры «делания-так-как-будто» органично свойственны парадиалогическому дискурсу. Возьмем для примера характерный эпизод из беседы А. Проханова и А. Янова в редакции «Известий»:
ЯНОВ. Так вы предложите свою программу - как остановить падение производства? ПРОХАНОВ. Очень просто. ЯНОВ. Скажите, как? ПРОХАНОВ. Авторитарный подход.
ЯНОВ. Это же просто чушь! Это ГКЧП! Проблема заключается в том, чтобы быстро провести экономическую реформу. ПРОХАНОВ. За неделю?
ЯНОВ. Не за неделю. Посмотрите, что случилось в Польше. Кризис продолжается, но все забито товарами, продуктами какими хотите, и, самое главное, тот страшный процесс падения производства остановлен. Вот где суть дела. Вот если бы вы смогли посадить своих экономистов и предложить свою методику.
ПРОХАНОВ. Это есть. ЯНОВ. Где это есть?
ПРОХАНОВ. Но вы ж не дали ГКЧП победить! Если бы дали, мы бы сейчас посадили своих экономистов. ЯНОВ. ?!
ПРОХАНОВ. Шутка!2
Заметим, как жестко обращает Проханов в шутку вроде бы серьезный разговор о сути дела. Никакой коммуникативной усталости, которая оправдывала бы такое переключение, в разговоре нет. Причина этого каламбурного «кульбита» только одна - парадиалогическая установка Проханова.
1 Goffman Е. Rahmen-Analyse... S. 60 ff.
2 Два взгляда на русскую идею. Дискуссия между профессором А. Яновым и главным редактором газеты «День» А. Прохановым // А. Г. Алтунян. От Бул- гарина до Жириновского. Идейно-стилистический анализ политических текстов. М.: Российск. гос. гуманит. ун-т, 1999. С. 221.
184
Представляется не совсем случайным, что коммуникативная рамка, например, соловьевской теледуэли смешивает признаки спортивного состязания и ритуализованного действия. С учетом того, что спортивные игры исторически суть модуляции (ритуал изации) реальных форм борьбы или охоты1, очевидно, что момент условности, как и в любой игре, у них тоже налицо: я как будто убиваю соперника на ринге, когда посылаю его в нокаут и т. п. В церемонии тоже налицо «действие-так-как-буд-то», коль скоро там символически изображаются какие-то природные или социальные процессы. Теледуэль же есть именно не ритуал дуэли, а еще одна его трансформация {игра в дуэль), еще одна модуляция, причем опять же регрессивная - в сторону детской игры ради забавы, а не ради результата.
Коммуникативные феномены вроде парадиалогов требуют развития гоффмановского понятия модуляции, так как они не ограничивают ее процессом трансформации серьезной деятельности в игровую. Парадиалог предполагает превращение одного типа игровой деятельности в другую игру, причем с моментом инверсии, поскольку эта трансформация возвращает процесс к повседневности (от которой ушла аргументативная игра диалога).
Это также ставит вопрос о спонтанной трансформации игры в серьезную деятельность. Данный вопрос, кстати, намечен Г. Бейтсоном ссылкой на интересный этнографический факт у А. Рэдклифф-Брауна. «На Андаманских островах мир заключается после того, как каждой "стороне" предоставляется церемониальная возможность ударить другую. Однако этот пример также иллюстрирует хрупкую природу фреймов "Это - игра" или "Это - ритуал". Различение карты и территории всегда готово разрушиться, и ритуальные удары перемирия могут быть приняты за реальные удары боя. В этом случае церемония заключения мира превращается в битву»2.
Видимо, в политической коммуникации можно выстроить целую типологию модуляций, когда каждому модуляционному типу будет соответствовать свой набор ключей (модулей). Как видим, феномен политического парадиалога ставит интересные теоретические проблемы, в том числе, важные для развития методов анализа политического дискурса.
1 Goffman Е. Rahmen-Analyse... S. 69. 2. Radcliffe-Brown A. R. Andaman Islanders: A study in Social Anthropology. Cambridge, 1922. Цит. по: Бейтсон Г. Экология разума. Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии. М.: Смысл, 2000.
185