§ 5. Прибор и объект

Ч

еловек познает окружающий его мир с помощью естественно сформировавшихся органов чувств. Чем более сложным становится объект познания, тем все более недостаточными оказываются органы чувств человека. Поэтому человек помещает между органами чувств и объектом искусственные органы — приборы. Существуют, следовательно, два вида чувственного познания — нe вооруженное и вооруженное приборами. На каждом этапе развития познания складывается определенное соотношение этих видов чувственного познания, причем невооруженное чувственное созерцание всегда сохраняет существенную роль в познании уже потому, что входит в состав вооруженного наблюдения, которое является непосредственным дополнением человеческих чувств. По-видимому, невооруженное чувственное созерцание всегда останется абсолютно преобладающим в художественном познании мира.

Проблема прибора и объекта является одним из коренных вопросов теории познания, тесно связанных с самой сущностью последнего.

Существуют два рода приборов. Приборы первого ро

да количественно усиливают органы чувств, сохраняя ка

чество воспринимаемых агентов (оптические телескопы,

микроскопы и т. д.). Приборы второго рода воспринима

ют явления, непосредственно недоступные органам чувств

в силу качественного отличия от чувственно постигаемых

агентов. Роль этих приборов заключается в трансформа

ции качественно недоступных человеку явлений в доступ

ные (радиотелескопы, электронный микроскоп, камера

Вильсона, счетчик Гейгера и т. д.). Природа чувственно

го познания, связанного с приборами второго рода, тре

бует специального рассмотрения. .

Специфика познания, опосредованного приборами (особенно, второго рода) состоит в том, что предметы и явления познаются здесь не непосредственно, а через \ посредство чужой чувственной формы, которой обладают чувственно воспринимаемые предметы и явления. Вопрос о природе чувственного познания включает в се-бя, следовательно, два вопроса: 1) способен ли прибор второго рода, трансформируя внешнее воздействие, адек-ватно выразить, передать собственную природу (качест-во, сущность) этого агента и 2) способна ли чувственная

381

форма непосредственно воспринимаемых агентов аде-кватно выражать, передавать специфику (природу) воздействующих на прибор агентов.

Особенно большую остроту эти вопросы получили в связи с появлением квантовой механики, которая дает двойственное описание микрообъектов как корпускулы и волны, опираясь на принципиально различное поведе-ние микрообъектов в различных приборных ситуациях. Как известно, современные агностики утверждают, что прибор, давая принципиально различные характеристики микрообъекта, ставит непреодолимую преграду между микрообъектом и человеком, трансформирует неизвестные свойства микрообъекта в доступные человеку макро-скопические свойства волны и корпускулы, делая собственную природу микрообъекта непознаваемой. В советской философской и физической науке признано, что описание микрообъекта принципиально не может быть дано безотносительно к макроприбору, но поскольку макроприбор состоит из тех же микрообъектов, он способен правильно передавать природу последних. Делая существенный шаг к решению вопроса о познаваемости собственной природы микрообъекта, эта точка зрения еще не разрешает главной трудности и является недостаточной. Макроприбор, несомненно, состоит из микрообъектов, однако он представляет собой новое качество и, следовательно, мы имеем дело с качеством не микро-, а макрообъекта. Ссылка на составной характер макроприбора, таким образом, не устраняет еще возможности агностицизма. Ключ к решению проблемы прибора и объекта находится в теории развития материи. Являясь более высокой ступенью развития, физический макроприбор включает в себя качество микромира и получает, следовательно, более сложное и обобщенное качество, которое обладает поэтому достаточным содержанием, чтобы передавать качественную специфику микрообъекта без искажения. Природа микрообъекта просвечивает через природу макроприбора. Таким образом, коренное условие познаваемости объекта посредством прибора заключается в том, что прибор, непосредственно связанный с человеческими чувствами, является столь же или более сложным, чем объект. Нетрудно понять, что прибор, имеющий дело с принципиально более сложным, чем он сам, объектом, неизбежно упрощал бы этот объект, делая его специфику непознаваемой. Обладая меньшим

382

богатством содержания, или, на языке математики, заключая в себе меньшее число «аксиом», чем объект, прибор оказывался бы неспособным выразить содержание этого объекта.

(

Судьба человеческого познания определяется, таким образом, местом человека в иерархии форм материи. Человек способен изучать все более удаленные от него формы материи посредством приборов только потому, что он находится на верхней ступени этой иерархии и может, следовательно, создавать приборы, превосходящие (или

с

оответствующие) по сложности любые объекты внешнего мира. Любопытно, что место человека в иерархии ступеней организации материи порождает двоякого рода сложность объектов для человека: объективную и субъективную. Человек изучает прежде всего объективно существу-ющую последовательность форм материи (в известных нам пределах —от физической до социальной). Мы знаем поэтому, что социальная форма материи сложнее биологической, биологическая — химической, а химиче-ская — физической. Однако благодаря реальному месту, занимаемому человеком в системе мира, непосредственно окружающие его предметы и явления макромира, прос-тейшие социальные явления и явления его сознания оказываются непосредственно доступными человеку и познаются им с большей легкостью, чем, например, объективно более простые, но удаленные от человека явления микромира. Движение биллиардного шара непосредственно воспринимается человеком и кажется более простым, чем движение микрочастиц, для восприятия которых необходимы сложные, громоздкие и дорогостоящие приборы, хотя объективно микрочастицы и их движение проще биллиардного шара и его перемещений. Движение человеческого сознания в сторону все более простых уровней материи сопровождается ростом сложности по-знания, обусловленной именно большей простотой этих уровней. Субъективная сложность объекта для человека является выражением объективного места человека в иерархической системе материального мира и представляет собой продукт развития материи.

Противоречие объективного и субъективного выражается, таким образом, в противоречии объективной и субъективной сложности объектов для человека. В силу природы материи, ее развития и их выражения в природе

383

человека это противоречие не содержит в себе никаких пределов человеческому познанию и разрешается на каждом этапе развития познания.

Природа чувственных свойств или чувственного явления, воспринимаемого человеком и служащего неустранимым посредником в познании внешнего мира, оказывается, следовательно, отнюдь не столь простой, как это иногда представляют. Напротив, чувственный мир несравненно сложнее, например, микромира и обладает такой универсальностью, благодаря которой через этот мир просвечивает бесконечное многообразие материального мира. Принято считать, что «наглядные» свойства макромира намного проще «ненаглядных» свойств микромира. Между тем «ненаглядность» вторых есть выражение их большей простоты по сравнению с первыми.