Становление шамана.

(Показания очевидца).

В Бёртюнцах два года тому назад, летом, один человек, говоря, что он должен скоро сделаться шаманом, велел построить себе в лесу вблизи елани (поляна среди леса) «Куогас» маленький домик. Домик был поставлен у самого боль­но лиственничного дерева, где имелся склад шаманских идолов, сносимых туда после камлания. Его должны были строить по заказу из неочищенных от коры бревен (лиственничных) молодые, еще не женившиеся парни. Зовут этого человека Михаил Саввич Никитин, ему приблизительно около сорока лет.

Он отправился потом в этот свой домик и пролежал там три дня, говоря при этом — «Я лежу мертвый, подвергаясь рассеканию (бесами), на третий день я должен воскреснуть («тиллэр»— оживать, воскресать из мертвых; иногда в отношении тяжко больных употребляется и в смысле выздороветь, но это не точное, а фигуральное употребление слова. Г. К.). К этому дню он за­казал привести шамана по имени Бёчюккэ, сына Тааппына, чтобы тот совершил над ним обряд — то ли «поднятия тела» (кётёхтёрюю), то ли «обучения, посвящения» (усуттарыы).

Говорили при этом, что один человек по имени Димитрий, по прозванию Саба-Юктююр, был при нем в качестве при­служивающего.

Когда прибыл туда званный шаман, у домика собралось много народа, желавшего наблюдать совершение упомянутых обрядов. И я тоже пошел посмотреть.

Пришедший шаман был с бубном, а кандидат в шаманы имел облачение (шаманский плащ). При мне посвящающий шаман после небольшого заклинания и восхваления своих духов (т.е. призвав и испросив совета от них) сказал: «Теперь лето в полном расцвете; когда уже распустилась хвоя и листва деревьев и трав, не должно совершать обряд становления шамана, он впору бывает только весной и осенью!» Так сказавши, он прекратил служение.

Упомянутый якут до сего дня надлежащим образом еще не шаманит, он лишь без облачения совершает предварительное моление (джалбыйар) и внедрение в себя мелких бесов при незначительных заболеваниях («бохсуруйар», «бохсурганньыт», так сказать, вольно-практикующий без официального разрешения шаманских духов —изгонитель мелких бесов, мало-мало знакомый с заклинаниями и шаманскими обрядами. Короче — шаманское подмастерье, проходящий кандидатский стаж. Г. К.).

Шаманский мать-зверь

Только у большого шамана бывает, по рассказам, «мать-зверь». Малые же шаманы священнодействуют мелкими зловредными духами – «юёр» ближайшего и местного происхождения.

Егорова Матрена.

Качикат.

10 января 1925 г.

Жарение и поедание тела шамана бесами

Шаманское «эттэнии» (рассекание тела) продолжается три дня. Он в этом время лежит лишенный речи. Видит только он сам, как отделяют друг от друга все его главные кости («мюсэ мюсэтин»).

Я слышала рассказ одной шаманки Кюйёгэйэр Мотуруона (Матрёна). Она рассказывала так: «Сначала отрезали мне голову и положили её на полку юрты, потом разъединили по костям тело на части. Все изрезанное мясо (рассказчица вместо «этин» употребляет «буорчатын», по-видимому, воздерживаясь называть вещи своими именами; старозаветные якуты часто прибегают к такому эзоповскому языку в особо важных случаях Г.К.) нанизали на девять рожнов. (Вслед за этим нужно понимать, что мясо на рожнах жарили, иначе незачем было бы и готовить рожны, но эти вещи рассказчица не договаривает. Г.К.). Затем, собравшись, всё съели».

Дальше, по рассказам шаманки, из-под столба коровьева хлева вылез бесёнок, который причиняет болезни телятам. Он собрал все кости шаманки (остатки от трапезы духов) и разложил их на свежую, только что содранную бересту. После этого (снова вернули жизнь телу) и подняли её.

Кровь (на ложе и одежде) убрала, будто бы, её свекровка. При этом она (шаманка) добавила – «Если бы я сама через три дня высушила (окровавленную одежду), то имела бы дар чудодейства. («хомусун» - шаманские фокусы).

Самый лучший шаман должен подвергнуться эттэнии три раза.

Эта шаманка с семи лет была одержима истерическим пением, а с девяти лет стала уже шаманить.