Глава 2
Некоторые люди ненавидели первый учебный день, после каникул. Но не Кен Престон. С чего ему быть недовольным, или не желать возвращаться в место, где у него есть свое влияние? Конечно, он не был единственным королем Мидоубрука. Было еще много популярных парней. Но говоря со всей скромностью, он был на самой вершине социальной лестницы.
- «Ёу, Престон! Как дела, парень?»
Кен поздоровался с рыжим веснушчатым парнем, который шел к нему. – «Эй, Джек! Как Калифорния?»
- «Очень холодно», ответил ему Джек Фаррелл. – «И все же, ты не представляешь, что творится на местных пляжах, надеюсь, ты понимаешь, о чем я», он присвистнул, - «Это говорю тебе я, приятель. Калифорнийские девочки – совершенно иной вид самок!»
Кен рассмеялся. По данному вопросу, Джек был более зрелый, чем остальная команда.
- «Берегись, чтобы это не дошло до Люси».
- «Я смотрел, но не трогал», подмигнул ему Джек. – «Не то чтобы они не позволяли мне приблизиться. Знаешь, блондинки в бикини не в моем вкусе. А как насчет тебя? Были какие-нибудь приключения с противоположным полом этим летом?»
- «Не то чтобы», они уже были в стенах школы, поэтому Кен понизил голос. – «Ну…я поцеловал Аманду Бисон на вечеринке в бассейне у Сары Грин. Кажется, это было в прошлом месяце».
- «Так-так. И она тебе нравится?»
- «Это было смело», Кен пожал плечами. – «С тех пор я ее не видел»
- «А она горяча», размышлял Джек.
- «Да, наверное. Но она не совсем мой тип, не люблю снобов».
Они завернули за угол, где располагались шкафчики школьников. Со стороны трех юношей раздались одобрительные крики, и Кен с Джеком притормозили возле них.
- «Надеюсь, мы увидим вас на сегодняшней тренировке?», спросил один из парней.
Кен усмехнулся. – «Да, думаю, мы забежим к вам». Он и Джек были капитаном и вице капитаном школьной футбольной команды в этом году. – «Увидимся там».
Пройдя дальше по коридору, Джек остановился у одного из кабинетов. – «Мне сюда».
Кен открыл свою распечатку с расписанием. – «Странно, у меня стоит другой класс».
Джек выглядел встревоженным. – «Ты шутишь? Они разделили нас?»
Кен тоже был удивлен. – «Похоже на то. Но мы и так с тобой два года в одних и тех же классах учились! Что у тебя дальше по расписанию?»
Мальчики сравнили расписание и выяснили, что общего из списка остается только обед и английский.
- «Превосходно!», возликовал Джек. – «Я буду, есть твой обед, а ты напишешь мне эссе!»
- «Мечтать не вредно, приятель! Увидимся!». Несколькими минутами спустя, он добрался и до своего кабинета. По крайней мере, с дюжину студентов уже сидела в классе, когда он вошел. Симпатичная белокурая девочка приободрилась, когда заметила его.
- «Привет, Кен!», она указала на соседнее с ней место, - «Здесь еще не занято!»
Кен не помнил ее имени, но все же послал ей приветливую улыбку. В последнее время он привлекал слишком много женского внимания. – «Спасибо, но мне больше нравится сидеть на последних партах. Там меньше шансов, что спросят». Он присоединился к четырем парням, которые уже застолбили себе задние места.
Его приветствовали с дружеской улыбкой и знакомыми фразами. – «Эй, парень!»
Кен давал пять, и проходил дальше. Он знал их всех. Никто из них не играл в футбол, но Кен не ограничивал круг своего общения одними спортсменами. Забавная вещь, почему если ты спортсмен, то все думают, что твоим единственным увлечением является спорт.
- «Ты собираешься из нашей паршивой команды хоть что-то сделать?», спросил один из друзей.
- «Конечно!», ответил Кен, - «Мы выиграем в этом сезоне! У меня и Фаррелла большие планы на этот год!»
Раздался предупредительный звонок, и волна студентов помчались в классы, сопровождаемые учителями. Когда раздался окончательный звонок, вошел и их преподаватель.
- «Здравствуйте, меня зовут господин Кингстон, и…». Его монолог прервал пронзительный гул, исходящий из настенного громкоговорителя. Значит, высшее руководство что-то хочет им сказать.
Первым, раздался голос секретаря. – «Можете уделить немножечко внимания, дабы прослушать утреннее объявление?»
Как завелось, единственной реакцией студентов, стало – «НЕТ!». Естественно, это не возымело никакого эффекта. Следующий раздавшийся голос был суров и дипломатичен. – «Доброе утро, ученики. С вами говорит директор школы. Я хотел бы воспользоваться этим моментом, чтобы поприветствовать вас всех в нашей школе».
Кен слушал эту речь уже третий год подряд, он догадывался что скажут далее: ведите себя хорошо, делать уроки, быть активным…бла, бла,бла…Он отключился от монотонной речи директора и задумался о своих планах на предстоящий семестр.
В этом году он закончит девятый класс и покинет школу Мидоубрук, поэтому нужно оставить о себе память. Предыдущие два года тоже прошли отлично, но этот должен быть максимально выдающимся. В следующем сентябре он будет скромным студентом первого или второго курса в местном университете, так что он был полон решимости, чтобы насладиться этим последним годом в лучах славы.
Прежде всего, он привел бы свою команду по футболу к плей-оффу, или даже вывел в чемпионы штата. Это займет правда много времени. Он полагался на свою популярность и уважение со стороны товарищей по команде, чтобы поддерживать их энтузиазм и выдержку на усиленных тренировках.
Если бы они хорошо сыграли в этом сезоне, то с такой репутацией ему выделят место в команде университета Сентрэла. Большинство новичков в средней школе, только мечтает играть в команде Сентрэла. Но они делают исключения – для исключительных игроков. И если он станет звездой команды Сентрэла, то тренер может заметить его, и тогда его обеспечат стипендией!
Но Кен был реалистом. Он знал, что много таких же талантливых футболистов, как он, и что нельзя надеяться, что футбол обеспечит его местом в университете. Нужны хорошие оценки. То, что он сказал той блондинке, что сидя на задней парте, его не спросят, это не совсем так. У него небыло проблем с учебой, и он гордился этим. И если он поднажмет в этом году, то может пройти на продвинутые курсы обучения в универе, что еще больше обрадует родителей.
Также он поставил некие цели к своей общественной жизни. Большинство его одноклассников не входило группу «тет-а-тет», а зависали компаниями. Этим же летом, все словно фирамонов надышались. Джек и Люси стали встречаться еще весной. Кену начинала нравиться идея зависти девушку, с которой приятно поболтать по телефону ночью, обмениваться текстовыми сообщениями, встречаться на переменках. Не говоря уже о том, чем можно заниматься, оставаясь наедине. Кен усмехнулся сам себе. Да, были определенные преимущества от наличия такой подруги.
Но какую девушку выбрать? Аманду Бисон? Джек конечно прав, она горячая штучка. Но ему не нравилась ее компания. С виду, это толпа агрессивных девиц, которые только тем и занимаются, что нападают на других. А Аманда руководит ими. Он вспомнил, как в прошлом году, они учились в одном классе, так Аманда очень грубо обращалась с той странной, грустной девочкой, Трейси…как-то странно…Кен никак не мог вспомнить ее фамилию.
Благо, в школе полно девочек. И хотя публично об этом никому не говорил, но знал, что многие из них с радостью погуляют с ним. Как это блондинка, на передней парте. Как ее звали? Кен с сожалением покачал головой. Не слишком хорошее начало для отношений. Ну что ж, нам важен финал.
Первый день в школе проходил отлично. Большая половина учителей вполне вменяемая. На уроке Основы гражданства, они обсуждали высшие меры наказания и смертную казнь, препарировали раков на Биологии, а на Английском они читали современные романы, так что никаких «Вы» и «Вас», которые он так ненавидел.
Но чего он действительно ждал с нетерпением, так это первую тренировку команды в роли капитана. Переодевшись в свою футбольную форму, он встретился с Джеком и тренером Холлоуэй, для частной консультации. Тренер, как всегда, немного нервничал.
- «У вас много работы, парни. У команды нет достойного вратаря, да и игроки дряблые. Даже не знаю, как мы приведем их в форму к началу сезона».
Джек ответил на свой обычный манер. – «Не потейте, тренер. Предоставьте это нам. Мы с ними справимся».
Кен был менее оптимистичен, особенно после встречи с командой на поле. Ленивое лето, заполненное пикниками, взяло свое, и мягко говоря, выглядели они жалко.
- «Толкни поднимающую дух речь!», прошептал Джек Кену.
- «Почему я?»
- «Тебя они больше уважают»
В этом Джек был прав, позерство не всегда приветствуется, а зачастую и действует людям на нервы. Кен не особо любил публичные выступления, но приложил все усилия.
- «Хорошо, парни, у нас меньше недели, чтобы подготовиться к первой игре. Мы играем против средней школы Саннидейл. В прошлом году, Саннидейл дошел до полуфинала, и конечно они думают, что нас легко победить. Это будет бой, но мы к нему подготовимся! Мы должны разнести их и показать, насколько изменился Мидоубрук». Добавив еще несколько напутственных слов, он передал слово тренеру.
- «Начнем с пробежки», рявкнул тот, - «Три круга вокруг поля!»
Это сбило дыхание у пары ребят, но Кен был доволен уровнем выносливости. После этого, тренер загрузил их серией тяжелых упражнений, и наконец, пришло время попрактиковаться в игре. Игроков разделили на две команды, капитанами были Кен и Джек.
Кену пришлось побороться и с собой. Нелегко оценивать своего лучшего друга, как соперника, да и других друзей тоже, но это единственный способ выжать из них хоть что-нибудь. Расправив плечи, он был готов играть по жесткому.
Один из парней ударил по мячу, и тот пролетел мимо него. Обернувшись, он увидел Джека, который бежал сзади, набирая темп. Впереди него была пара защитников, готовые остановить его. Кен не мог дать ему пройти. Джек быстро подобрался к Фредди Райану, который в свою очередь с силой послал мяч к Кену. Пробравшись через защитников, Кен отправил мяч дальше. Траектория удара получилась слишком высокой, и мяч ударил в голову одного из игроков.
Последней вещью, которую он видел – было лицо Джека. Потом – темнота.
Полное и абсолютное ничто. Никаких ощущений, ни зрительных, ни слуховых. Ни боли. Сплошное ничто. Он был сущностью, плавающей в пространстве.
В какой-то миг он подумал, что почувствовал укол в руку. Более острый, чем комариный укус. В другой раз, он увидел вспышки огней. Затем некие нечеткие звуки. Пришло ощущение чего-то холодного на груди.
И наконец, боль. Это было почти облегчением, значит, он все еще жив.
- «Кен? Кен, ты меня слышишь?»
Открыв глаза, он увидел тревожное лицо матери. Что она делает на футбольном поле? Он попытался сесть, но она предостерегающе положила руку ему на плечо.
- «Дорогой, не двигайся. Оставайся на месте. Джордж, позови медсестру!».
Джордж – это его отец. Значит, он тоже на поле. Это очень странно. И почему им потребовалась медсестра?
Потом все стало происходить, как при ускоренном просмотре. Он стал слышать, и видеть…и все понял. Он находился не на поле, а в больнице.
Постепенно, память о происходящих событиях стала возвращаться к нему. Он помнил, как Джек позади него бежал быстро. Должно быть, они сильно столкнулись.
- «Который час?», спросил он у мамы.
- «Почти полночь», ответила она. – «Как ты себя чувствуешь?»
Он поморщился. - "Все болит».
Появилась медсестра. Посветила ему фонариком в глаза, измерила пульс, и что-то вколола. – «Это от боли», сказала она. Потом пошепталась о чем-то с родителями и ушла.
Кен пытался думать, но это было тяжело. Такое чувства, что мозг работает в замедленном движении. Тренировка началась в четыре. К тому времени, как они начали играть, должно быть, уже было пять часов. Мама сказала, что уже полночь. Двенадцать минус пять…простое вычисление отразилось жуткой головной болью, но он вытерпел.
- «Я был без сознания в течение восьми чалов?»
Его мать говорила мягким, успокаивающим тоном. – «Сегодня пятница, Кен. Ты был без сознания четыре дня. У тебя было сотрясение мозга, сломано несколько ребер и разрыв сухожилий на левой лодыжке. Но с тобой будет все в порядке».
Все, что он действительно услышал, было «пятница». – «У меня же завтра игра…», но тут до него дошел остальной смысл слов.
- «Я ведь не смогу играть, верно?»
- «Нет, дорогой. Но ты поправишься, только это займет какое-то время».
Она имеет в виду, что он будет отсутствовать в течение всего сезона? Тогда он вспомнил, что даже не спросил о другой жертве.
- «Как Джек? Он сможет завтра играть?»
Инъекция, которую медсестра дала ему, должно быть, была довольно мощной. Он задремал прежде, чем получил ответ, хотя не был даже уверен, что задал вопрос вслух. Видимо, это болеутоляющее и подействовало на его сознание, потому что ему приснился яркий сон.
Он вернулся на поле, бегая за мячом. Но как только он к нему приближался, он перемещался все дальше и дальше. Он продолжал бежать, а мяч – удаляться. Сзади он мог расслышать голос Джека. Кен, подожди меня! Подожди, Кен! Или он кричал. Проснись, Кен, проснись!
Потом он ясно почувствовал укол в руку, более болезненный, чем предыдущий, и проснулся.
В палате он был один. В окно струился свет. Он поднял голову, попытался сесть, но это оказалось слишком болезненным; голова опять откинулась на подушку.
Дверь открылась, и в палату вошла молодая женщина, в розовом переднике, катя перед собой тележку с подносом. – «Доброе утро!», ободряюще сказала она, - «Как вы себя чувствуете?»
- «Хорошо, только больно пошевелиться».
- «Скоро медсестра принесет ваше лекарство. Как насчет завтрака? Вы голодны?»
- «Нет», ответил он, но она не обратила внимания на ответ. Нажатием кнопки на кровати, она привела ее в полусидящее положение, кстати, довольно безболезненный процесс. Затем поставила поднос на колени.
Он безразлично смотрел на пищу. - «Я действительно не голоден».
- «Попробуйте поесть хоть немного», убеждала она.
Без особого энтузиазма, а только затем, чтобы избавиться от этой девушки, он взял тост и откусил немного. Девушка одобрительно улыбнулась и ушла. Он откусил еще раз, и, к своему удивлению, проглотил оба куска. Через некоторое время пришел санитар с тазиком с водой. Кена обтерли губкой, но самостоятельно разрешили почистить только зубы. После этого пришла медсестра и принесла лекарства. Это сняло боль, но в сон не потянуло. И в целом он начал себя чувствовать почти человеком.
Должно быть, и выглядел он по человечески, потому что когда пришли родители, навестить его, то очень обрадовались. Мама начала тараторить об отчетах доктора. Что он может вернуться домой завтра или послезавтра, как только научится управляться с костылями, но вот отец был странно тих. В то время, пока мама что-то лепетала, Кен почувствовал что-то странно, что-то было не так.
- «В чем дело?», спросил он.
Родители переглянулись.
- «Джеку еще хуже, чем мне? Он сможет играть сегодня?»
Отец сжал его руку. – «Сын…ты должен быть сильным. Нам нужно тебе кое-то сказать, но это очень тяжело».
У Кена было ужасное предчувствие, что он знает, о чем пойдет речь. Он больше не сможет играть в футбол. Он мысленно поклялся себе, что справится с этим.
- «В чем дело, папа?»
- «Джек не сможет играть сегодня, Кен. Он умер».
К такому он себя не подготавливал.
Он не мог припомнить случая, когда в последний раз плакал перед родителями. Это было лет в пять, или шесть. Сейчас в этом небыло ничего позорного. С Джеком они дружили с детства. Он был его лучшим другом. И теперь его нет.
Родители пытались утешить его. Медсестра пришла, чтобы поставить ему еще один укол.
- «Это поможет вам поспать», сказала она.
Он не хотел спать. Он хотел думать о Джеке. Ему нужно было задать много вопросов. Почему Джек умер, а он выжил? Он был виноват в столкновении? Но лекарство было сильнее его.
Когда в следующий раз он открыл глаза, в палате было темно. Но можно было различить цветы и воздушные шары, которые друзья и родители прислали ему. Он был один, и это радовало. Ему нужно было побыть в тишине и подумать.
Что произошло? Как это происходило? Джек страдал? И где же он сейчас…?
Вслух он не говорил, и не ожидал получить ответ, но получил.
«Я здесь»
Он никого не видел, он узнал бы этот голос в любой толпе. - «Джек?»
«Да, это я».
Волна облегчения нахлынула на него. – «Значит, ты не умер».
«О нет, я мертв. Все хорошо, сам-то как?»
Это сон. Должно быть сном. Кен не верил в привидений.
«На случай, если тебя терзают муки совести, это небыло ничьей виной. Ты же знаешь, я никогда не мог нормально падать справа. Я сломал шею. Думаю, это похоже на то, как крошится печенье».
- «Ты не заслуживал того, чтобы умереть», причитал Кен.
«Какая разница. Я здесь затем, чтобы сказать, что ты в этом не виноват».
- «Хорошо. Спасибо что сказал».
Какой странный сон, думал Кен. Никогда раньше он не был таким…реалистичным? Все как на Яву.
«Это не сон».
- «Как ты узнал, о чем я думаю?»
«Понятия не имею. Знаю, что слышал, и только. Сам-то я тоже не говорю. Мертвые же не говорят, не так ли? Даже не знаю, это как будто мы общаемся мысленно».
- «Ничего не понимаю».
«Да я сам не до конца в теме, но это круто, да?»
- «Наверно»
«Ты, наверное, устал».
- «Да, немного».
«Поспи. Поговорим позже».
- «Ладно».
Голос Джека исчез, и начался другой сон. Он был более приземленный. Он был судьей в конкурсе красоты «Мисс Калифорния». Блондинки в бикини дефилировали мимо него. Все они были великолепны, и он понятия не имел, как сможет выбрать только одну.
Открыв глаза в следующий раз, он опять увидел молодую женщину в розовом переднике. – «Хорошо поспали?», защебетала она. – «Время обедать», она опять поставила поднос к нему на колени.
Он наблюдал за ней, пока она выходила. А она очень даже симпатичная. Не так, как Мисс Калифорния, конечно.
Да, я знаю, что вы подумали. Те девушки в бикини очень сексуальны, а я один на пляже, и все смотрят, на меня…это был сон. Значит и разговора с Джеком был сном.
Это был кошмар, который только начинался.