Вопрос 4. Заимствования в кубанских народных говорах.

Особую группу слов в говорах Краснодарского края составляют слова, заимствованные из различных языков народностей Северного Кавказа. Часть этих слов проникла в говоры .через посредство украинского языка. Такими являются слова военной казачьей терминологии: атаман, казак, курень, бешмет, башлык, чайка (лодка), богатырь и др. В диалектах Кубани мы встречаем заимствованные у ближайших соседей названия одежды и обуви: бешмет, чувяки (тапочки), чикмень (кафтан), балахон (пальто на вате). Известны жителям Кубани кавказские блюда л их наименования: каймак (сливки), шашлык, арьян (кислое молоко), бекмес (арбузный мед), кишмиш; широко бытуют некоторые названия рыб и растении: тарань, чабак (подлещик), тал (верба), чакан (тростник), баклажаны, кермек (сорная трава). Позаимствовали переселенцы из России и Украины у кавказских народностей и некоторые предметы домашнего быта и их названия: сапетка (корзина, обмазанная глиной, для хранения овощей и зерна), чувал (большой мешок), чубук (ви-ноградная лоза), мангалка (коптилка), учкур (пояс у штанов); средства передвижения: арба, мажара (повозка), а также названия строительных материалов: саман (кирпичи из соломы, глины и навоза), турлук (обмазанный глиной плетень, из которого строят жилые и хозяйственные постройки).

Характерной особенностью заимствованных слов, большей частью тюркских по происхождению, является rapмония гласных звуков, при которой все гласные звуки в слове уподобляются первому гласному: чаба'н, бахча', башта'н, ата'ра, керме'к, бешме'т, турлу'к. В словах, проникших в говор из языков Кавказа, встречаются звуки, не характерные для русского языка: аффриката жд: маджара, наждурить (напустигь воду), кинждал. Часть этих слов имеется не только в говорах Кубани, но и в других диалектах и даже в литературном языке. Но особенностъ кубанского диалекта состоит в том, что его лексика богато насыщена кавказскими заимствованиями, в чем сказались длительные контакты местного населения с народами Кавказа.

Вместе с тем наблюдается процесс выпадения из речи населения определенных лексических пластов. Исчезли из употребления:

1. Слова, отражающие военный быт казачества: односу'мы.—однополчане (от общей сумы, в которой хранились продукты казаков в походе); мая'к— жгут соломы на конце высокого шеста, который зажигали «на пике'те», как только замечали неприятеля; спра'ва — снаряжение казака в поход; пунто'вые — деньги, вносимые в войсковую казну казаками, не годными к строевой службе, и т. д.

2. Слова и фразеологизмы, связанные со старыми земельными и общественными отношениями в станицах: запо'льный клин — земля, которой наделяли подростков; приписные—те, кого переводили в казачье сословие, «приписывали» к станице; юрт — земельный надел станицы

3. Слова, б которых находил выражение сословный антагонизм: городови’к. иногоро'дний, мужи’чка (неказачка), гамзе’л (хамсел), на’брод, галме’сы («Галмесы у церков идуть, а наши казачки в духан пруть») — презрительные клички иногородних

4. Не употребляются столь широко, как раньше, слова-термины, обозначавшие орудия труда и предметы быта, вышедшие из употребления: цеп, каток, рало, или термины, обозначающие орудия труда, которые используются сравнительно мало: серп, коса и т. п. В конце XIX — начале XX в. появились слова: сеялка, плуг, жатка, травянка, сноповязалка. На смену им в советское время пришли: трактор, комбайн, сенокопнитель, культиватор и др.

Стали восприниматься как архаические термины, связанные со старинной одеждой, с ручным ткацким производством и другими домашними ремеслами. Все больше уходит из употребления терминология, относящаяся к различным верованиям, обрядам. ;Процесс архаизации лексики протекает довольно быстро, причем степень этой архаизации разная для различных лексических слоев и возрастных групп.

На Кубани, как и в других районах, наблюдается процесс постепенного сближения диалектной лексики с литературным языком. Он обнаруживается не только в интенсивном обогащении говоров словами русского литературного языка, научной сельскохозяйственной терминологии, но и в проникновении в деревню большого количества слов, обозначающих отвлеченные, абстрактные понятия. Неологизмы послевоенного времени часто усваиваются носителями местных говоров без искажения, в чем несомненная заслуга радио, телевидения, кино, ставших бытовым явлением в кубанских станицах Продуктивность, способы и характер проникновения русской литературной лексики в говоры разнообразны:

1. Попадая в говоры, литературные слова образуют вместе с диалектными параллельные ряды синонимов: болото — багно’, стриженый — голомо’зый, варежки— вязёнки.

2. Литературные слова в говорах переосмысливаются, сужают свое значение: скатерть употребляется для обозначения скатерти только фабричного производства; семечки - подсолнух.

3. За счет литературных слов возникают семантические диалектизмы: полотно—острая часть косы, вагон—рама, на которой сушат табак; программа—веялка.