20. Варианты радикальных рыночных преобразований и условия его результативности.

Осознавая слабости варианта постепенных изменений, Югославия и Польша с 1990 г., а затем и многие другие страны Восточной Европы и СНГ начали осуществлять так называемую «шоковую терапию», обоснованную применительно к постсоциалистическим странам в работах Дж. Сакса, А. Ослунда, Я. Корнаи, Л. Бальцеровича, В. Клауса и других современных неоклассиков. Сам же термин «шоковая терапия» (от франц. choc – удар, толчок) использовался в экономической теории задолго до 1990-х гг. и означал одновременное задействование широкого комплекса оздоравливающих мер жесткой финансово-кредитной политики для скорейшего (в течение 12–15 месяцев) достижения макроэкономического равновесия. Использование шоковых подходов, нарушающих привычное протекание хозяйственных процессов, сопряжено с большим экономическим и политическим риском, значительными материальными потерями населения от инфляции и безработицы, что вполне может привести к усилению его сопротивления форсированной трансформации национальной экономики.

Модель «шоковой терапии», опирающейся на тезис об успешности хозяйственного развития страны лишь при условии становления в ней свободной рыночной экономики, включает следующие элементы:

1) введение свободных внутренних цен почти на все товары и услуги, быстро приближающихся к мировым. Либерализация цен, ведущая к их равновесию на высоком уровне, обеспечивает установление рациональных ценовых пропорций, а также ограничение совокупного спроса – в том числе путем обесценения денежных сбережений населения;

2) замораживание роста номинальной заработной платы и других денежных доходов граждан для предотвращения раскручивания инфляционной спирали «цены–зарплата – издержки производства – цены», сокращение правительственных расходов и ужесточение налоговой политики для минимизации и даже полной ликвидации бюджетного дефицита и внешнего долга, а значит, и высокой инфляции в обозримой перспективе (т.е. обеспечение так называемой финансовой стабилизации);

3) создание независимого центрального банка (наращивающего значительный объем золотовалютных резервов) и ужесточение условий предоставления кредитов (снижение темпов эмиссии денег, жесткий контроль над объемом находящейся в обращении денежной массы и достижение положительной реальной ставки процента), что делает неминуемыми банкротство многих предприятий и высокую безработицу;

4) отмену ограничений в развитии частного сектора, проведение форсированной приватизации и демонополизации экономики. При этом ускоренная передача государственной собственности в руки частных лиц, обладающих капиталами и (или) административной властью, преследует, прежде всего, цель создания «критической массы» перемен и достижения некой точки невозврата к прежней системе, за которую общество вполне может заплатить высокую социально-экономическую цену;

5) либерализацию международного товарообмена и обеспечение высокой степени открытости национальной экономики по отношению к мировому рынку (в том числе в интересах ограничения всевластия отечественных монополистов) – посредством отмены внешнеторговых квот и сокращения таможенных тарифов, установления плавающего обменного курса отечественной валюты с тем, чтобы сделать ее конвертируемой и, в конечном счете, относительно стабильной;

6) наличие твердой власти в стране (либо в форме всенародной поддержки правительства, либо в виде военной диктатуры, оккупации страны иностранной армией и т.п.).

Отметим, что разделение моделей рыночных преобразований на «шоковую» и градуалистскую является достаточно условным. С одной стороны, вариант постепенных преобразований включает решение во многом тех же задач (хотя и замедленными темпами и в определенной последовательности), а, с другой стороны, следующие после либерализации, финансовой стабилизации и приватизации действия властей, связанные с проведением структурно-институциональных преобразований, по самой своей природе могут быть только постепенными.

Проводившаяся в ряде постсоциалистических стран по рецептам Международного валютного фонда макроэкономическая политика «Вашингтонского консенсуса» (модифицированная для них в форме политики «шоковой терапии») изначально разрабатывалась не для решения их весьма специфических проблем. Она предназначалась для погрязших в долгах правительств развивающихся стран, чтобы хоть как-то контролировать проводимую ими экономическую политику, обеспечить рациональное расходование и возврат ранее предоставлявшихся им займов. Задавая жесткий темп прироста денежной массы, всемерно ускоряя процесс либерализации цен и внешней торговли, МВФ одновременно блокировал свободу действий государства, которое становилось фактически ему подконтрольным. Подобные регулирующие действия, хотя не приводили к стабильному экономическому росту, но гарантировали контроль над соответствующими рынками сбыта и сырьевыми ресурсами. Хотя «шоковая терапия» применялась в относительно слаборазвитых (латиноамериканских и африканских) странах, однако в них сохранялись рыночные отношения. Меньшая опасность ее использования в странах третьего мира была связана и с тем, что в них преобладал аграрный уклад, в то время как доля промышленных рабочих не превышала 5–10% населения. Здесь был невелик сектор экономики, занятый производством социально-культурных благ, отсутствовал целый ряд нерентабельных отраслей, хронически существовавших на государственных дотациях. Поэтому даже массовые банкротства предприятий оказывались не в состоянии подорвать относительную социальную стабильность в обществе.

В случае же реализации политики «шоковой терапии» (под давлением МВФ) в индустриальных постсоциалистических странах, где ранее существовали масштабные социальные гарантии населения, развитая и опирающаяся на субсидирование социально-культурная сфера, в целом нерыночный военно-промышленный комплекс, ее социальная цена резко возрастает. Если при реализации градуалистского варианта денежная масса сокращается невысокими темпами, что позволяет стране избежать глубокого инвестиционного голода, то резкое сжатие реального денежного предложения и удорожание кредита в развитых в промышленном отношении государствах неминуемо влечет за собой стремительное сокращение инвестиций и ВВП – особенно его товарной составляющей (при заметно меньшем сокращении объема предоставляемых услуг). Деиндустриализованная национальная экономика начинает функционировать в режиме недопроизводства – на уровне 40–60% потенциальной мощности (на Украине, в России); происходит неконтролируемый рост внешней задолженности (в Болгарии, Румынии); обостряются межнациональные конфликты, чреватые распадом федерации (как это случилось в бывших Югославии, Чехословакии). В то же время примерами успехов «шоковой терапии» принято считать Польшу, Эстонию, Латвию и в меньшей степени – Литву.