3. Интерпретация легенды о короле Артуре в романе м.Стюарт «Кристальный грот»

Название романа «Кристальный грот» и образ грота в Маридунуме происходит от стихотворения Эдвина Мьюира, которое цитировано в самом начале книги.

«О Мерлин, чей кристальный грот

Скрыт глубоко в алмазе дня…» [пер.с англ. С.Фролов]

«…стихотворение Эдвина Мьюира <…> дало мне идею для всей этой истории…» [R.T.Tompson, 1989, перевод наш]

М. Стюарт говорила, что основным источником интерпретации явилось произведение Г.Монмутского «История Бриттов». Именно поэтому она дает краткое описание легенды в конце книги, основываясь на «Истории Бриттов».

По легенде Вортигерн пожелал построить крепость и созвал каменщиков, но никто не смог построить эту крепость. Тогда мудрецы посоветовали Вортигерну найти «отрока, у которого никогда не было отца, а когда найдут такового, то убить и окропить его кровью фундамент, тогда башня будет стоять нерушимо». Тогда нашли Мерлина и Динабутия, а Мерлин оказался отроком без отца. Его мать рассказала историю об инкубе, тогда Мерлин изрек сове первое предсказание об озере под землей, где строится башня, и двух драконов: красного и белого, и победу красного дракона. Это предвещало царствование Амброзия Аврелия.

Через некоторое время Амброзий попросил мерлина об увековечении его побед. Тогда был привезен «Танец Великанов, что на Киллейре, горе в Ирландии». Камни при помощи Мерлина были перевезены в Стоунхендж. Здесь же явилась звезда, возвещающая смерть Амброзия и начало правления Утера.

На следующую пасху Утер влюбляется в Игрейну, жену герцога Корнуэлльского. Мерлин наблюдая за тем, как Утер страдает от непритворной любви, помогает ему завладеть любимой женщиной с помощью своих чар.

Интерпретация М. Стюарт сильно отличается от традиционной, коей считается «История Бриттов».

М.Стюарт показывает Мерлина в развитии. В первых главах – это еще совсем маленький ребенок: «В этом месяце ему исполнилось шесть…» [М.Стюарт,1993, с.17]

У Г.Монмутского Мерлин порождение инкуба. В «Истории Бриттов» мать Мерлина говорила Вортигерну: «… я и вправду не знаю, от кого я его понесла. Мне ведомо только то, что однажды, когда я находилась вместе со своими приближенными в спальном покое, предо мной предстал некто в облике прелестного юноши и, сжимая в цепких объятиях, осыпал меня поцелуями; пробыв со мною совсем недолго, он внезапно изник, точно его вовсе и не было. Позднее он многократно обращался ко мне с речами, когда я бывала одна, но я его ни разу не видела. И он долгое время посещал меня таким образом, как я рассказала, и часто сочетался со мною, словно человек во плоти и крови, и покинул меня с бременем в чреве. Да будет ведомо твоей мудрости, что по-иному я не сходилась с этим юношей, породившим моего сына". [Г. Монмутский, 107]

У М. Стюарт мать Мерлина, Ниниана, говорит о том, что Мерлин зачат от инкуба лишь для того, чтобы скрыть королевское происхождение сына. «Он был одет в тунику и длинную накидку. На поясе он носил короткий меч. На нем были богатые драгоценности. Я поняла, что это не сон, а знакомый дух, который чего-то желал. Я молилась, но он не переставал являться <…>. Он приходил ночью. Я никогда не оставалась в палатах одна, но он проникал через двери, окна и стены и ложился со мной. Больше я не видела его, но слышала его голос и ощущала его тело. Позже, летом, когда я уже забеременела, он оставил меня. Когда родился ребенок, он не стал давать ему имя, достойное христианского принца, а назвал по имени небесного бога-скитальца, не имеющего дома. Я же назвала его Мерлином, потому в день его рождения в окно моей комнаты влетел дикий сокол и уселся на кровати, глядя на меня глазами моего возлюбленного». [Стюарт М., 1993.,246-247 с.]

В отвержении дьявольского происхождения проявляется деромантизация магического образа: Мерлин не порождение чего-то ирреального, а вполне обычный человек, рожденный от женщины и мужчины.

У Монмутского упоминается, что Мерлин прозывался Амброзием «…Мерлин, прозывавшийся и Амброзием…» [Г. Монмутский, 108] , но откуда взято это прозвище не указано.

М. Стюарт решила обыграть данное сходство.

«Я добавила в его образ родство с Амброзием просто потому, что его называют Merlinus Ambrosius в некоторых источниках. Это дало мне начало для вымысла». [R.T.Tompson, 1989, перевод наш]

У М. Стюарт Мерлин – сын короля Аврелия Амброзия. Автор решила изменить традиционное происхождение Мерлина. Обычно Мерлин – это бедный, странствующий старец, а в цикле М. Стюарт это молодой признанный принц, который, тем не менее, не претендует на престол.

В «Кристальном гроте» Мерлин взял у своего отца не только имя Амброзия, но и имя Эмрис.

« Но у меня и другое имя есть. Я никогда и никому не говорил об этом, но уверен, что это имя моего отца.

– Какое?

– Эмрис.» (137 с., М.Стюарт , 1993, с.137)

Упоминания о Мерлине в «Истории Бриттов» начинаются с того, что, рожденный девушкой от дьявола, Мерлин должен своей кровью обагрить стены замка, которого иначе, по уверению магов, никоим образом нельзя достроить. У М. Стюарт Мерлин уже известен многим, как приближенный короля Аврелия Амброзия, когда король Вортигерн пытается принести Мерлина в жертву для постройки храма.

«Они <мудрецы> открыли с помощью магии и сообщили мне, Мерлин, что я должен отыскать юношу, не имевшего отца, и возвести фундамент на его крови». [М.Стюарт, 1993, с. 253]

Одним из самых важных сюжетообразующих моментов «Кристального грота» является возведение Хоровода Великанов, современного Стоунхэнджа.

Мерлин посоветовал Амброзию воздвигнуть Хоровод Великанов, какой существует в Ирландии на горе Килларао. «Оно выложено камнями, с которыми никто из людей нашего времени не мог бы управиться, не подчинив искусства уму. Камни огромны, и нет никого, чья сила могла бы их сдвинуть. И если расположить эти глыбы вокруг площадки, где покоятся тела убиенных, так же, как это сделано там, они тут встанут навеки». [Г.Монмутский]

Мерлин с помощью силы разума воздвигнул камень, привезенный из Ирландии, в Британии. ««Приложите, юноши, все свои силы и, двигая эти камни, постарайтесь понять, что могущественнее, сила или разум, разум или сила». <…> И, повинуясь королевскому приказанию, установил их вокруг могил не иначе, чем они были расставлены на горе Килларао в Ибернии, и доказал тем самым, что разум сильнее мощи».

В «Кристальном гроте» из Ирландии был вывезен в Эймсбери лишь один камень – король-камень, «самое сердце Ирландии» [М.Стюарт, 1993, с.344].

В этой сцене также отмечается деромантизация магического образа Мерлина. Камень был воздвигнут во главу Хоровода Великанов не силой разума, а инженерными приспособлениями, которые придумал Мерлин. «Здесь и правда не нужны магия и заклинания, а только сведущие в своем деле люди и нужные приспособления. <…> То, что люди сделали однажды, люди же могут сделать и еще раз». [М. Стюарт, 1993, с.341-347]

Как и в «Истории Бриттов» в «Кристальном гроте» присутствует символ – звезда, который возвещает смерть Амброзия и начало правления Утера: «В ту ночь снова взошла король-звезда, и выглядела она, как огенный дракон, и дымом за ней вился хвост из меньших звезд. Но не было нужды в этом знамении, дабы сказать мне то, что я знал уже…» [М. Стюарт, 1993, с.349]

Соответствует традиционной легенде причина смерти Амброзия. В «Истории Бриттов» : «Эопа примешал к нему яду и протянул питье государю <…>. Яд проник внутрь по жилам и жилкам тела, и во сне наступила смерть, которая никого не щадит». [Г.Монмутский, 132] В «Кристальном гроте» Аврелия также отравили приближенные.

После смерти Амброзия, Мерлин удалился в свой кристальный грот, но ненадолго, так как недавно коронованный Утер Пендрагон, брат Аврелия Амброзия воспылал страстью к жене герцога Корнуэльского Игрейне.

«Кристальный грот» от традиционной легенды отличается тем, что здесь сама Игрейна была влюблена в короля.

«Да, я влюбленная женщина.» [М.Стюарт, 1993, с. 382]

. В английской классической литературе женщина – хранительница очага и семейной верности. В более ранних произведениях об Артуре Игрейна является верной женой герцога. У Т. Мэлори в «Смерти Артура» король принял Игрейну с чрезвычайный радушием и «пожелал возлечь с нею, но она была женщина весьма добродетельная и не уступила королю». [Т.Мэлори, 2007, с. 13]. Следует отметить, что здесь наблюдается деромантизация на уровне персонажей: верная Игрейна превращается в изменницу.

В традиционной Артуриане проникновение в крепость Тинтагель, в которой была заточена Игрейна, объясняется магическими способностями Мерлина:

В «Истории Бриттов»: « - Применив различные снадобья, я могу придать тебе облик Горлоя, так что ты во всем будешь точным его подобием. Король последовал указаниям Мерлина и во всем ему подчинился.<…> Он доверился снадобьям Мерлина и преобразился в Горлоя. Преобразился и Ульфин в Иордана, а Мерлин в Бритаэля, так что у них не осталось ни тени сходства с самими собой.» [Г. Монмутский, 137]

У Т. Мэлори: «Видом вы как герцог, ее супруг, Ульфиус примет облик сэра Брастиаса, одного из рыцарей герцога, я же обернусь рыцарем по имени Иордан…» [Т. Мэлори, 2007, с.15]

В романе «Кристальный грот» у Мерлина в крепости Тинтагель были свои люди, а Утер оставался в своем обличии. Он остался не замеченным, потому что капюшон скрыл черты лица и на его пальце был перстень герцога Горлойса, который передала Игрейна. Мерлин же изменил голос, чтобы быть похожим на Бритаэля. В этом случае снова проявляется деромантизация магического образа Мерлина: здесь ему помогла находчивость – все были переодеты в подобную приближенным герцогу одежду, а Утер в самого герцога.

Герцог Корнуэльский умер в ночь, когда был зачат Артур. «…именно в эту ночь зачала она <Игрейна> прославленного Артура». [Г.Монмутский, 137]

Но в «Истории бриттов» Г.Монмутского и у Томаса Мэлори в «Смерти Артура» зачатие Артура произошло на несколько часов позже, чем смерть Горлойса, поэтому Артур может считаться законным ребенком Утера.

У Мэри Стюарт Артур остается бастардом и Утер первоначально отдаляет сына от себя («Полые холмы»).

В романе «Кристальный грот» основной новаторской чертой является принцип деромантизации на уровне персонажей, а также деромантизация магического образа. На основе этого принципа, М. Стюарт дает современному читателю погрузиться в мир ирреального, которое обосновывается рационалистически.

Интерпретация легенды о короле Артуре, основой которой явилось произведение Г. Монмутского «История Бриттов», отличается от традиционной образом Мерлина, являющимся рассказчиком в произведении, а также раскрытием характера главного героя, который находился на втором плане классической Артурианы.