35. Источники и новаторство Шекспира в трагедии «Гамлет». Тема «театра в театре». Символика личных имен.

История создания. Трагедия «Гамлет» (1600–1601) — один из наиболее ярких образцов мировой драматургии. Иван Франко подчёркивал, что эта пьеса по праву считается самым гениальным произведением Шекспира. Следует отметить, что сюжеты для своих пьес он, как правило, заимствовал у других авторов. Не исключением была и рассматриваемая трагедия. Источником истории стало предание, впервые записанное датским летописцем ХII века Саксоном Грамматиком. Оно рассказывает о юном принце Амлете, жившем в языческие времена в Ютландии (Дании). Его отец совместно со своим младшим братом правил страной. Решив полностью захватить власть, дядя Амлета убивает короля и женится на его вдове. Принц жаждет отомстить за смерть отца и, чтобы приспать бдительность своих врагов, притворяется сумасшедшим. Ему удаётся расправиться с убийцей и придворными, предавшими отца. Он долго и счастливо правит Ютландией, но судьба не даёт ему возможности умереть своей смертью: Амлет погибает на поле боя от руки другого своего дяди.

Источниками сюжета для Шекспира послужили «Трагические истории» француза Бельфоре и, видимо, не дошедшая до нас пьеса (возможно, Кида), в свою очередь восходящие к тексту датского летописца Саксона Грамматика (ок. 1200). Главная черта художественности «Гамлета» — синтетичность: синтетический сплав ряда сюжетных линий — судеб героев, синтез трагического и комического, возвышенного и низменного, общего и частного, мистического и бытового, сценического действия и слова, синтетическая связь с ранними и поздними произведениями Шекспира.

Новаторство

Центральная сюжетная линия Гамлета отражается в своего рода зеркалах: линиях еще двух молодых героев, каждая из которых проливает новый свет на ситуацию Гамлета. Первая — это линия Лаэрта, который после смерти отца попадает в такое же положение, как Гамлет после явления Призрака. Лаэрт, по всеобщему мнению, "достойный юноша", он воспринимает уроки здравого смысла Полония и выступает носителем установленной морали; он мстит убийце своего отца, не гнушаясь сговором с Клавдием. Вторая — линия Фортинбраса; при том, что ему принадлежит небольшое место на сцене, значение его для пьесы очень велико. Фортинбрас — принц, занявший опустевший датский трон, наследственный трон Гамлета; это человек действия, решительный политик и военачальник, он реализовался после смерти своего отца, норвежского короля, именно в тех сферах, которые остаются недоступными Гамлету. Все характеристики Фортинбраса прямо противоположны характеристикам Лаэрта, и можно сказать, что образ Гамлета помещается между ними. Лаэрт и Фортинбрас — нормальные, обычные мстители, и контраст с ними дает читателю почувствовать исключительность поведения Гамлета, потому что трагедия изображает именно исключительное, великое, возвышенное.

Развитие сюжета в трагедии во многом определяется притворным безумием принца. В чем смысл мнимо безумных действий и высказываний Гамлета? Чтобы действовать в безумном мире Клавдия, Гамлет вынужден надеть маску безумия. В этой роли ему не надо лицемерить и лгать, он говорит горькую правду. Маска безумия соответствует душевному разладу принца, импульсивности его действий, безумной смелости в борьбе за истину в условиях тирании Клавдия.

Большую роль в сюжете играет трагическая случайность. В финале трагедии дано скопление случайностей - герои, участвующие в поединке, меняются рапирами, бокал с отравленным напитком попадает не тому, кому предназначался, и т.д. Трагический исход приближается с неумолимой неизбежностью. Но наступает он в неожиданной форме и в непредвиденное время. Неразумность общественного устройства спутывает и разумные, и безрассудные планы и вызывает трагическую неотвратимость «случайных кар, негаданных убийств».

Прием анахронизма – по форме действие происходит в средние века, но чувствуется атмосфера ренессанса.

Шекспир — величайший поэт в истории английского языка и величайший его реформатор; слово у Шекспира свежо и емко, и в "Гамлете" поражает стилевое богатство пьесы. В основном она написана белым стихом, но в ряде сцен персонажи говорят прозой. Особенно тонко пользуется Шекспир метафорами для создания общей атмосферы трагедии. Критики отмечают присутствие в пьесе трех групп лейтмотивов. Во-первых, это образы болезни, язвы, точащей здоровый организм, — речи всех действующих лиц содержат образы гниения, разложения, распада, работающие на создание темы смерти. Во-вторых, образы женского разврата, блуда, непостоянной Фортуны, подкрепляющие проходящую через трагедию тему женской неверности и одновременно указывающие на основную философскую проблему трагедии, — контраст между видимостью и истинной сущностью явления. В-третьих, это многочисленные образы оружия и военной техники, связанные с войной и насилием, — они подчеркивают в трагедии действенную сторону характера Гамлета. Весь арсенал художественных средств трагедии использован для создания ее многочисленных образов, для воплощения основного трагического конфликта — одиночества гуманистической личности среди пустыни общества, в котором нет места справедливости, разуму, достоинству.

Сама идея “мир - театр”, по аналогии в жизни как на сцене, были не только художественным, но и мировоззренческим принципом эпохи Возрождения. Так, например, на парадном крыльце “Глобус”, где игрались произведения Шекспира, стояла статуя Геркулеса, державшая небесный свод, с латинским изречением Петрония “Totus mundus agit histrionem” “Весь мир играет как лицедей. То есть – «Весь мир лицедействует». Эта излюбленная мысль многих философов, публицистов и постановщиков театральных сцен эпохи Возрождения.

Истоки этой идеи одновременно берут свое начало в литературе и фолклере. Самобытность и простота народного театра, чей конек был в постановках комического характера – “дураческие” жанры, драмы и преследуемые еще с XV века “процессии дураков”, - откровенно исходят из идеи, что весь мир “ломает комедию”, что человеческая история – это “масленичная игра бога”¹

К тому же, эта идея связана и с античной мыслью, например на учение Платона о том, что боги создали человека, “дабы он играл”²

Понимание смысла идеи “мир – театр” болезненно эволюционировало на протяжении всего развития культуры. Оно наблюдало процесс появления нового общества из пепелища старого.

Данная мысль была не новой для эпохи Возрождения, ее уже знали и древние и средние века, но мощный толчок в ее развитии дал именно исторический перелом, изменчивость, иллюзорность бытия, непрочность всех основ и форм жизни, в конечном счете сформировали в старой идее, “мир-театр” особую актуальность. В эпоху Возрождения эта мысль сочетала в себе энергию жизни и фатальность времени в природе (культ природы), она не принимала разного рода догматы средневековья, критически относилась к устаревшим системам и устоям.

На начальных этапах сопоставления жизни и театра все происходило довольно из оптимистических настроений и взглядов. Веселые роли, которые играют люди в течении всей жизни уготованы и предначертаны самой судьбой.

Представления в театре расценивалось как аналогия реальной жизни, не потому что актеры умело могли воспроизвести действительность, а наоборот, потому что в основе любой человеческой действительности так или иначе лежит игра.

Примером того, может послужить произведение Эразма Роттердамского “Похвала глупости”. Главный герой выражает мнение по поводу того, что “вся жизнь человеческая есть не иное что, как некая комедия, в которой все люди, нацепив личины, играют каждый свою роль, пока хорек не уведет их с просцениума… В театре все оттенено более резко, но, в сущности, там играют совершенно так же, как и в жизни”. ³

Для современников Шекспира и для него самого идея “мир – театр”, кроме прочего, являлась подобие настоящего мира отраженного в малой модели театрального действа. Эта мысль красной линией проходит через все творчество Шекспира, но ее проявление осмысливается всегда по разному.

Таким образом, всякое искусство было зеркальным отображением природы, а театральность – одним из множества параллельных реалистических измерений эпохи Возрождения.

В ту самую эпоху “игра в жизнь” подошла к концу. Театральность в жизни определялась обманом, лживостью того, что лежит на поверхности, как ужасная двуликость всего бытия в целом. Это вызывало резонанс в умах просвещенных людей, к их постоянной жажде понимания окружающего мира. Постепенно искусство эволюционирует в «зеркало ума». Содействие этих двух принципов, «искусство – зеркало природы» и «искусство – зеркало ума», оказывает существенное погружение, более полное понимание ренессансного реализма. Шекспир так же задействовал данное сочетание в своем драматическом творчестве.

Освещенные особенности относятся и к театральности позднего ренессансного искусства. Двоякость взглядов на явление театральности объяснимо, с одной стороны, проникнутостью трагического и сатирического пафоса, выявляет “плохую игру”⁴ человека с жизнью, с другой стороны, определяет иллюзорность театрального действия, его игровой характер. Театральность призвана доносить смысл в несколько иной форме по средством художественных образов.

У Шекспира же гипертафированность осмысления трагедии «Гамлет» может одновременно выражаться как образ “жизнь-театр” через метафору “мир-сцена”, скрытую в стилистическом, языковом пласте текста и подтекста. Так, и в образе «Театр в театре», тем самым подчеркивая символичность реалистического мира, указав на то, что грань между реальностью и театром крайне условна и не постоянна.

В подтексте пьесы мы можем выделить несколько художественных реальностей, театров: “метафизический” театр (соотношение реального и нереального в сценах с Призраком); природный театр (соотношение здорового и больного в сценах с Офелией); жизненный театр (соотношение правды и лжи в словах и действиях Клавдия, Полония, Розенкранца, Гильденстерна и ряда других персонажей). Эти театры служат фоном, на котором разыгрывается художественный театр “театр в театре”, занимающий центральное место в трагедии.

Кроме того, весь “Гамлет” повсеместно сопровожден “театральным языком”, главный герой очень часто произносит слова и выражения, связанные с театральным представлением и актерской игрой. Однако только малая доля этих слов в тексте имеет непосредственное отношение к театру, как виду искусства. А сцены, в которых участвуют актеры - профессионалы, занимают не очень большое, но важное место во всей трагедии.