2. Массовое общество и «человек массы»

Появление массовой культуры связано со становлением

на рубеже XIX—XX вв. так называемого массового общества. Материальной основой произошедших в XIX в. существенных перемен стал переход к машинному производству,

резко увеличившему и одновременно удешевившему производство товаров. Но индустриальное машинное производство предполагает стандартизацию, причем не только оборудования, сырья, технической документации, но и умений,

навыков работников, распорядка рабочего дня, рабочей

одежды и т. д. Затронули процессы стандартизации и духовную культуру.

Достаточно четко обозначились две сферы жизни работающего человека: собственно работа и досуг — социально

значимое свободное время.

В результате возник платежеспособный спрос на те товары и услуги, которые помогали провести досуг. Рынок на

этот спрос ответил предложением «типового» культурного

продукта: книг, фильмов, граммофонных пластинок и т. д.

Они были предназначены прежде всего для того, чтобы помочь людям интересно провести свободное время, отдохнуть

от монотонного труда.

Использование в производстве новых технологий, расширение участия масс в политике потребовали определенной

образовательной подготовки. В индустриально развитых

странах делаются важные шаги, направленные на развитие

образования, прежде всего начального. Так, в 70-е гг.

XIX в. в Великобритании было введено обязательное обучение детей в возрасте 5—12 лет, в конце столетия была отменена плата за обучение в начальной школе. В результате

в ряде стран появилась обширная читательская аудитория,

а вслед за этим зародился один из первых жанров массовой

культуры — массовая литература.

Ослабленные с переходом от традиционного общества к

индустриальному непосредственные связи между людьми от-

части заменили появившиеся средства массовой коммуникации, способные быстро транслировать разного рода сообще-

ния на большую аудиторию.

Массовое общество, как отметили многие исследователи, породило его типичного представителя — «человека мас-

сы» — главного потребителя массовой культуры. Философы

начала XX в. наделяли его преимущественно отрицательными характеристиками — «человек без лица», «человек —

как все». В первой половине прошлого века испанский фи-

лософ X. Ортега-и-Гасет одним из первых дал критический

анализ этого нового социального феномена — «массового че

ловека». Именно с «массовым человеком» связывает философ кризис высокой европейской культуры, сложившейся

системы общественной власти. Масса вытесняет элитарное

меньшинство («людей с особыми качествами») с ведущих

позиций в обществе, замещает его, начинает диктовать свои

условия, свои взгляды, свои вкусы. Элитарное меньшинство — те, кто требует от себя многого и сам на себя взваливает тяготы и обязательства. Большинство же не требует ничего, для них жить — это плыть по течению, оставаясь

такими, какие есть, не силясь превзойти себя. Основными

чертами «массового человека» X. Ортега-и-Гасет считал

безудержный рост жизненных запросов и врожденную неблагодарность ко всему, что эти запросы удовлетворяет. Посредственности с безудержной жаждой потребления, «варвары, которые хлынули из люка на подмостки сложной

цивилизации, их породившей» — так нелестно характеризует большую часть своих современников философ.

В середине XX в. «массового человека» во все большей

степени стали соотносить не с «восставшими» нарушителями устоев, а, наоборот, со вполне благонамеренной частью

общества — со средним классом. Понимая, что они не элита общества, люди среднего класса тем не менее довольны

своим материальным и социальным положением. Их стандарты, нормы, правила, язык, предпочтения, вкусы принимаются обществом как нормальные, общепринятые. Для

них потребление и досуг не менее важны, чем работа и

карьера. В работах социологов появилось выражение «общество массового среднего класса».

Есть сегодня в науке и еще одна точка зрения. Согласно

ей, массовое общество вообще сходит с исторической сцены,

происходит так называемая демассификация. На смену единообразию и унификации приходит подчеркивание особенностей отдельного человека, персонализация личности, на

смену «массовому человеку» индустриальной эпохи приходит «индивидуалист» постиндустриального общества.

Итак, от «вырвавшегося на сцену варвара» до «добропорядочного простого гражданина» — таков разброс взглядов

на «массового человека».