Научный метод и общество.
Сейчас, как никогда раньше, для западной цивилизации актуален вопрос выбора приоритетов. Ещё острее этот вопрос стоит для России, где западнические силы развязали настоящую информационную войну против основ русской цивилизации, прикрываясь как раз «научностью». Это становится возможным именно постольку, поскольку научный метод начинает проникать в те сферы, в которых он абсолютно некомпетентен и не может иметь никаких прав – то есть сферы лежащие не только за пределами рацио, но и за пределами всеобщей эмпирики, такие как мораль, религия, искусство.
Вслед за Фейерабендом, мне бы хотелось указать на этот вопиющий антилиберализм «либералов»:
«Либеральные интеллектуалы выступают за демократию и свободу. Они твердо защищают право свободного выражения мнений, право исповедовать любую религию, право на работу. Либеральные интеллектуалы выступают также за рационализм. Их рационализм и их восхищение демократией представляют собой две стороны медали. Как наука, так и рациональное мышление приводят к демократии, и только они пригодны для решения технических, социальных, экономических, психологических и т. д. проблем. Однако это означает, что религии, свобода исповедания которых столь пылко отстаивается, и идеи, беспрепятственного распространения которых столь настойчиво требуют, не вызывают достаточно серьезного к себе отношения: их не принимают во внимание в качестве соперниц науки. Их, к примеру, не принимают в качестве основ воспитания, финансируемого обществом. Эту нетерпимость либерализма почти никто не замечает. Большая часть теологов и исследователей мифов считают суждения науки новым, откровением и устраняют из религии и мифов все идеи и намеки, которые могут противоречить науке (демифологизация). То, что остается после такой обработки, с помощью экзистенциалистских словечек или психологического жаргона вновь возвращается к мнимому существованию, не представляя, однако, никакой опасности для науки, поскольку широкая общественность полагает, что имеет дело с верным представлением, а не с жалкой подделкой. Положение становится иным., когда идеи более древних или отличных от западноевропейского сциентизма культур пытаются возродить в их первоначальном виде и сделать основой воспитания и общежития для их сторонников. В этом случае возникает парадокс: демократические принципы в их современном понимании несовместимы с полнокровной, неискалеченной жизнью обособленных культур. Западная демократия не способна включить в себя культуру хопи в ее подлинном смысле. Она не способна включить в себя иудейскую культуру в ее подлинном смысле. Она не способна включить в себя негритянскую культуру. Она готова терпеть эти культуры только в качестве вторичных образований той фундаментальной структуры, которая образуется в результате злосчастного альянса науки и “рационализма” (и капитализма).» [http://www.zakrest.ru/2012/09/feingos.html]
Выход мне видится либо в чётком разграничении сфер деятельности, когда наука перестаёт претендовать на какую бы то ни было истину, кроме весьма относительной, оставляя для себя поле эмпирического позитивного знания; либо же в глубинном синтезе, когда грани между мистикой, искусством, наукой и религией будут если не стёрты, то размыты – а «метод» перестанет довлеть над ними, открывая пути к истинно-новаторскому
Однако, боюсь, слишком многие силы на сегодняшний день не заинтересованы в подобном прорыве. А значит, атака на традиционные структуры будет продолжена – порождая реакцию. В результате, в проигрыше окажутся все.