252 В. И. Ленин

стачечник» может «объявлять себя членом партии». Какая польза от этой расплывчато­сти? Широкое распространение «названия». Вред ее — внесение дезорганизующей идеи о смешении класса и партии.

Для иллюстрации выставленных нами общих положений бросим еще беглый взгляд на дальнейшие прения на съезде по § 1. Тов. Брукэр высказывается (к удовольствию тов. Мартова) за мою формулировку, но его союз со много оказывается, в отличие от союза тов. Акимова с Мартовым, основанным на недоразумении. Тов. Брукэр «не со­гласен со всем уставом и всем его духом» (стр. 239) и защищает мою формулу, как ос­нову демократизма, желанного для сторонников «Рабочего Дела». Тов. Брукэр не под­нялся еще на ту точку зрения, что в политической борьбе приходится иногда выбирать меньшее из зол; т. Брукэр не заметил, что защищать демократизм на таком съезде, как наш, бесполезно. Тов. Акимов оказался прозорливее. Он совершенно верно поставил вопрос, признавши, что «тт. Мартов и Ленин спорят, какая (формулировка) лучше дос­тигает их общей цели» (стр. 252). «Я и Брукэр, — продолжает он, — хотим выбрать ту, которая меньше достигает цели. В этом отношении я выбираю формулировку Марто­ва». И тов. Акимов с откровенностью пояснил, что «самую цель их» (Плеханова, Мар­това и мою — создание руководящей организации революционеров) он считает «не­осуществимой и вредной»; он отстаивает, как и тов. Мартынов , идею экономистов о ненужности «организации революционеров». Он «полон веры, что жизнь все же во­рвется в нашу партийную организацию, независимо от того, загородите вы ей дорогу формулой Мартова или формулой Ленина».

Т ов. Мартынов, впрочем, хочет отличаться от тов. Акимова, хочет доказать, что заговорщический будто бы не значит конспиративный, что за разницей этих слов скрывается разница понятий. Какая это разница, ни тов. Мартынов, ни идущий теперь по его стопам тов. Аксельрод так и не объяснили. Тов. Мартынов «делает вид», будто я, например, в «Что делать?» не высказался решительно (как и в «Зада­чах» (см. Сочинения, 5 изд., том 2, стр. 433—470. Ред.)) против «сужения политической борьбы до заго­вора». Тов. Мартынов хочет заставить слушателей забыть, что те, с кем я воевал, не видели надобности в организации революционеров, как не видит ее и сейчас товарищ Акимов.

ШАГ ВПЕРЕД. ДВА ШАГА НАЗАД 253

На этом «хвостистском» понимании «жизни» не стоило бы останавливаться, если бы мы не встретили его также у т. Мартова. Вторая речь т. Мартова (стр. 245) вообще на­столько интересна, что ее стоит разобрать подробно.

Первый довод т. Мартова: контроль партийных организаций над не входящими в ор­ганизации членами партии «осуществим, поскольку комитет, поручая кому-либо из­вестную функцию, имеет возможность следить за ней» (стр. 245). Этот тезис замеча­тельно характерен, ибо он «выдает», если можно так выразиться, кому нужна и кому будет на деле служить формулировка Мартова: интеллигентным ли одиночкам или ра­бочим группам и рабочим массам. Дело в том, что возможны два толкования формулы Мартова: 1) членом партии вправе «объявлять себя» (слова самого тов. Мартова) вся­кий, кто оказывает ей регулярное личное содействие под руководством одной из ее ор­ганизаций; 2) членом партии всякая ее организация вправе признать всякого, кто ока­зывает ей регулярное личное содействие под ее руководством. Только первое толкова­ние дает действительно возможность «каждому стачечнику» назваться членом партии, и только оно, поэтому, и завоевало сразу сердца Либеров, Акимовых и Мартыновых. Но это толкование является уже, очевидно, фразой, ибо тогда сюда подойдет весь рабо­чий класс, и сотрется различие между партией и классом; о контроле и руководстве за «каждым стачечником» можно говорить только «символически». Вот почему т. Мартов и сбился во второй своей речи сейчас же на второе толкование (хотя, в скобках сказать, оно прямо отклонено съездом, отвергшим резолюцию Костича¹⁰⁵, стр. 255): комитет будет поручать функции и следить за их выполнением. Такие специальные поручения никогда, конечно, не будут иметь места по отношению к массе рабочих, к тысячам пролетариев (о которых говорят т. Аксельрод и т. Мартынов), — они будут даваться зачастую вот именно тем профессорам, которых поминал т. Аксельрод, тем гимнази­стам, о которых заботился т. Либер и т. Попов (стр. 241), той революционной молоде­жи, на которую ссылался т, Аксельрод в своей второй