Глава 3. Постановления суда первой инстанции 239

койной обстановке разрешить дело, т. е. обеспечить объектив­ное, полное и всестороннее разрешение дела¹.

В соответствии с принципом непрерывности (ч. 3 ст. 157 ГПК РФ) судебное заседание по каждому делу происходит не­прерывно, за исключением времени, назначенного для отдыха. К сожалению, ГПК РФ не дает ответа на вопрос, как следует по­ступить в том случае, если разбирательство дела выйдет за пре­делы рабочего дня. В этой связи необходимость соблюдения в момент принятия судебного решения одновременно двух требо­ваний — непрерывности судебного разбирательства и тайны со­вещания судей — может породить трудности при реализации норм, регулирующих порядок вынесения судебного решения. По мнению некоторых авторов, суд вправе прервать совещание и объявить перерыв для отдыха, возобновив заседание в ближай­ший рабочий день². Однако более обоснованной представляется позиция Верховного Суда РФ. Отвечая на вопрос, вправе ли суд удалиться в совещательную комнату в пятницу вечером, а в поне­дельник утром огласить решение, Верховный Суд РФ дал сле­дующее разъяснение. Поскольку положение ч. 3 ст. 157 ГПК РФ о времени отдыха (имеются в виду выходные и праздничные дни) как основание для объявления перерыва в рассмотрении дела ка­сается только самого судебного разбирательства, оно не может относиться к вынесению судебного решения, являющегося со­ставной частью судебного заседания (судебного разбирательст­ва). Поэтому при удалении суда в совещательную комнату в пят­ницу вечером решение по делу в соответствии со ст. 199 ГПК РФ должно быть принято немедленно, т. е. в том же судебном заседа­нии. Это, в свою очередь, означает, что решение не может быть оглашено в понедельник утром, потому что суд не вправе поки-

¹ Составление итогового документа по делу — судебного решения является самой трудоемкой и ответственной частью судейской работы. В европейском и американском судах, пишет В. Зорькин, после завершения слушаний по делу работа судьи только начинается. Написание решения является основной зада­ чей судьи, отнимающей у него наибольшее количество времени и сил. Данное обстоятельство объясняется тем, что судебный акт является единственным до­ казательством объективного, полноценного и правильного рассмотрения дела, поэтому в нем должны быть отражены все доводы противоборствующих сто­ рон, подлежащие скрупулезному анализу и оценке со стороны суда, и сформу­ лирована собственная позиция суда. См.: Зорькин В. Белые одежды для черных мантий // РГ. 2004. 10 дек.

² См., например: Научно-практический комментарий к Гражданскому про­ цессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. В. М. Жуйкова, В. К. Пучинского, М. К. Треушникова. С. 416 (автор гл. 16 — И. К. Пискарев).

240 Раздел I. Производство в суде первой инстанции

дать совещательную комнату вследствие запрета на нарушение тайны совещательной комнаты. Таким образом, если невозмож­но составить мотивированное решение в пятницу вечером, суд должен в тот же день огласить лишь резолютивную его часть¹.

Анализ соответствующих норм ГПК РФ свидетельствует о том, что тайна совещания судей складывается из двух элемен­тов: а) полной изоляции судей от внешнего мира на период при­нятия решения по делу (ст. 192, ч. 2 ст. 194) и б) запрета на раз­глашение суждений, которые высказывались судьями во время совещания (ч. 3 ст. 194). В связи с этим возникает вопрос о по­следствиях нарушения тайны совещания судей. Одни уче­ные-процессуалисты², ссылаясь на буквальное толкование п. 8 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ, полагают, что безусловным основанием для отмены судебного решения является не всякое нарушение тайны совещательной комнаты, а лишь такое, которое связано с нарушением первого ее элемента — изоляции судей от внеш­него мира в момент принятия решения. Нарушение же запрета на разглашение суждений, высказывавшихся судьями во время совещания, само по себе не является основанием для отмены судебного решения, потому что нарушение второй составляю­щей тайны совещательной комнаты не могло повлиять на воле­изъявление судей во время совещания и, следовательно, неза­висимость судей в момент принятия решения была обеспече­на³. Другие авторы, напротив, широко трактуют последствия нарушения тайны совещания судей, связывая их наступление не только с фактом нарушения требования об изоляции судей на период принятия решения, но и разглашения после объяв­ления решения тех суждений, которые высказывались судьями в совещательной комнате⁴. Принимая во внимание правило ч. 2

¹ БВС РФ. 2004. № 3. С. 22.

² См., например: Научно-практический комментарий к Гражданскому про­ цессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. В. М. Жуйкова, В. К. Пучинского, М. К. Треушникова. С. 416; Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. М. С. Шакарян. С. 335; Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. Г. А. Жилина. С. 390.

³ См.: Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. Г. А. Жилина. С. 390; Комментарий к Гражданскому про­ цессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. М. С. Шакарян. С. 335.

⁴ См.: Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. М. А. Викут. С. 364.