Проблемы красоты

Вопрос о внешности волнует не только сердца, склонные измене и перемене. Желание выглядеть в «наилучшем виде» заставляет бриться, как после пятой чашки кофе, даже сердцу хозяйственника. Хозяйственник тоже хочет быть красивым.

При отсутствии натуральной красоты прекрасный пол усиленно пользуется всякой косметической мастикой и даже с ножом в руках подкрадывается к собственным ресницам, приподнимая их дугой.

Хозяйственнику такие ухищрения ни к чему. Ему вовсе без надобности, чтобы о нем говорили: «Ах, как мил!» хозяйственник стремился блистать не серьгами, а деяниями. В этом смысле он и хочет выглядеть в надлежащем виде. А посему при отсутствии красоты в деяниях он не трет щеки кирпичной пылью и не мажет брови жженой пробкой из-под «Зверобоя». Стать красивей для него куда сложнее.

С проблемой придания приятной видимости столкнулись как-то директор совхоза «Вперед» Надувайлов и профорг Окулистенко. Оба руководителя с тоской посматривали друг на друга и озабоченно дули в кулак, как в тромбон.

- М-да, каково-то мы будем выглядеть перед районом? – досадливо крякнул Надувайлов.

- в самом непотребном виде, - в порядке гипотезы предположил Окулистенко.

- Некрасиво получается, - как бы ни к кому в отдельности не обращаясь, сказал директор.

- Да, уж хуже некуда, - подтвердил профорг.

И снова, пригорюнившись, руководители совхоза засопели в кулак.

А получилось действительно не совсем красиво. Почти год назад работница совхоза Оля Запятко под гром аплодисментов пообещала вырастить и сдать государству тысячу центнеров свинины. Директора и профорга распирало от гордости, как бочонок с капустой, выставленный на солнце:

- Наш кадр! Наше воспитание! Слово – олово. У нас не заржавеет! Создадим условия. Поможем Оле прославить наш совхоз.

Для начала отгрохали передовику пышную свадьбу с приданным. Подарили новый дом и две машины – стиральную и швейную. Пели и пили во славу будущей знаменитости. На весь район надрывались трехрядки и гремели бубенцы на свадебных тройках.

Отгремели бубенцы. Начались будни.

И вот как-то летом в совхоз пожаловал добрый молодец с фотоаппаратом. Молодец пожелал запечатлеть светлый образ передовика на фоне взращенного поголовья.

Это было совсем некстати, ибо свинки, опекаемые передовой Запятко, было не зело крупны. Во обеспечение приятной видимости взяли тогда фотомолодца под локоток и отвезли в другое звено. Сюда же доставили и передовика. И … «щелкнули» знатную свинарку на фоне упитанных хавроний, откормленных незнатной свинаркой Тихоренко. На фото все получилось довольно-таки красиво.

Наступила осень. Пришла пора готовиться к победному рапорту, а поголовье знатной свинарки отнюдь не тяготело к заветному весу в тысячу центнеров. Вот тогда директор и профорг засвистели в кулак. Не пошлешь же фотокарточку вместо свинины на заготовительный пункт. Поднатужились совхозные руководители буйное воображение и решили:

- Быть Запятко передовой, а нам – красивыми! Не осрамимся перед районом.

…И свершилось. У непередовой свинарки Полины Недоли среди бела дня угнали 300 отборных свиней.

Вся в слезах, Полина бросилась к заведующему фермой:

- Как же так? Целый год кормила, поила. У меня ведь тоже обязательства.

- Такая уж вышла нам планида, - доходчиво пояснил заведующий. - Перегруппировка во изменение планов и показателей.

В общем, перетасовали хавроний. Подбросили знатной Запятко 300 свиней и воссоздали, как сказал Надувайлов, «картину твердого благополучия по линии передовиков».

Не подвели район смышленые руководители совхоза. И уж как приятно было им лицезреть в областной газете ими же составленную реляцию знатной свинарки:

«Рада доложить, что обязательство, взятое мною, выполнено досрочно…»

Чего только не свершишь ради благозвучного рапорта! На что только не пойдешь, дабы выглядеть эдаким конфетным бодрячком, «обеспечившим руководство»!

Надувайлов и Окулистенко так бы и красовались в наилучшем виде, если бы не одно непредвиденное обстоятельство. Оля Запятко, прочитав в газете «свой» рапорт, немедля приехала в редакцию, расплакалась и смыла на нет всю краску, наведенную ею с таким превеликим рвением.

Надувайлов и Окулистенко получили только легкую нахлобучку и были брошены на ответственную заготовку шерсти.

Объяснялось же это довольно просто: ну, погорячились, немного перестарались товарищи. Но от перемены мест свиней сумма-то не меняется… Свиней-то они сдали, а не понаделали себе эскалопов! Так что ничего особенного - свиньи целы, и трудящиеся сыты!

Верно, целы! Но институт дутых передовиков – это не только сухое статистическое очковтирательство. Дутая слава умаляет труд честных людей, оскорбляя их достоинство. И уже поэтому нельзя ограничиваться легкими нахлобучками и бросать рыцарей показухи с щетины на шерсть. Ведь они ради «красоты» показателей могут настричь шерсти и с полушубков.