2 Культурная константа «свой - чужой» как способ аксиологического моделирования мира

Межкультурное общение рассматривается в этнопсихолингвистике как в высшей степени оппозитивный диалог сознаний, оспаривающих «чужие» когнитивные, эмотивные и аксиологические установки, защищающих свои «точки зрения», пытающихся совместить и согласовать «свое» и «чужое», зачастую исходя из недооценки «чужого» и переоценки «своего» [17, 38].

Культурная константа (термин Ю.С. Степанова) «свой-чужой» занимает особое место в системе бинарных оппозиций, лежащей в основе модели мира. Модель мира складывается в результате «первичной» классификации окружающей действительности на основе архетипических представлений о структуре пространства (оппозиции «верх-низ», «правый-левый», «близкий-далекий» и т.п.), а также представлений о других характеристиках природного и «человеческого» мира (оппозиции «жизнь-смерть», «природа-культура», «мужской-женский», «старший-младший» и т.п.) [22; 26, 47-48]. Оппозиция «свой-чужой» является парой противопоставленных признаков, формирующих коллективное, массовое, народное мироощущение. Как постоянный принцип культуры, она лежит в основе этнического самосознания [15, 84, 126-143]. В этом смысле культурную константу «свой-чужой» можно понимать как аксиологическую ось модели мира [26, 48].

Образ мира, таким образом, делится аксиологической осью на две части: по одну сторону - «свое» – значит хорошее, правильное, естественное, необходимое. Все, что может быть описано противоположными характеристиками: странное, чуждое, неестественное, неправильное, а потому – плохое, - располагается по другую сторону аксиологической оси в области «чужого».

3 Феномен лакунарности

Именно разница, несовпадения в языковом сознании (и в сознании в целом) носителей общающихся культур является причиной непонимания, а, следовательно, нарушения коммуникации. То, ч т о не совпадает, различается, воспринимается как странное, экзотичное, чуждое, неестественное, неправильное. Элементы вербального и невербального аспектов «чужой» культуры, вызывающие реакцию недооценки, неприятия, несогласия, непонимания, обозначаются в этнопсихолингвистике термином «лакуна» [1; 18; 19].

Однако лакуны могут иметь не только реальный статус, т.е. возникать при непосредственном или опосредованном контакте с «чужой» культурой. Они могут существовать и в качестве потенциальной причины непонимания. Таковыми являются лакуны, устанавливаемые как несовпадения при сопоставлении различных форм овнешнения сознания. Языковое сознание может функционировать в форме таких семиотических продуктов как язык и текст. Национальные языки и особенно тексты, созданные носителями этих языков, могут рассматриваться как формы существования не только языкового сознания, но и соответствующей национальной культуры. Культура, как адаптивный механизм, выработанный членами этнической общности в процессе совместной деятельности для обеспечения своего существования (Ю.А. Сорокин), также может рассматриваться как форма овнешнения сознания. Следовательно, сопоставительное изучение различных национальных языков и текстов, созданных в различных культурах, может быть использовано для получения научных данных о специфике языкового сознания (и, в известной степени, сознания в целом) и культуры реальных или же потенциальных участников межкультурного общения.

Перефразируя определение, принадлежащее акад. Ю.С. Степанову [14], можно сказать, что лакуны это пробелы, «белые пятна» на семантической карте языка, текста или культуры, незаметные изнутри, при рассмотрении одного языка текста или культуры, но выявляющиеся при их сопоставлении. Такое сопоставление, как правило, имеет место в условиях диалога, а точнее, межкультурного общения. Отсюда ясно, каким образом, межкультурное общение является, с одной стороны, объектом этнопсихолигвистики, а с другой – средством научного анализа.

Выявленные нами основные оппозиционные признаки лакун фиксируют отличия «своего» от «чужого» в восприятии психологически, лингвистически и культурологически иного мира: (естественное) – чуждое, (привычное) – экзотичное, (знакомое) – незнакомое/новое, (понятное) – непонятное, (верное) – ошибочное. Дополнительные признаки лакунарности - (хорошее) – плохое, (необходимое) – избыточное, (предсказуемое) – неожиданное – указывают на выраженный аксиологический характер категоризации мира на «свое» и «чужое (подр. см.: [1, 145-153; 11]).

Важным свойством лакунарности является ее амбивалентность. Отношение к чужому принципиально двойственно: оно может вызывать интерес, удивление, желание узнать нечто новое, однако малопонятное, непривычное психологически настораживает, нередко отталкивает [1; 13;16, 236-238]. Лакуны, с одной стороны, аттрактивны: осознаваемые как нечто странное, непонятное и т.п., они требуют от субъекта общения соответствующей «рефлексивно-культурологической изощренности», а с другой – деструктивны: являются причинами коммуникативных неудач [17, 38].

Метод установления лакун широко используется для выявления и описания этнокультурной специфики (см. работы Ю.А. Сорокина, И.Ю. Марковиной, В.И. Жельвиса, И.А. Стернина, Г. В. Быковой, а также таких авторов, как H. Schröder, A. Ertelt-Vieth, I. Panassiuk, E. Grodzki). Лакуны, выявленные при сопоставлении некоторых двух культур, являются сигналами их специфики и позволяют вполне обоснованно судить о мере совместимости одной культуры с другой, о характере и степени различий, указывающих на дистанцию, которая будет разделять потенциальных субъектов общения, принадлежащих этим двум культурам.

В соответствии с данным нами определением мы описали лакуны, являющиеся сигналами специфики национального сознания (образа мира) в таких семиотических продуктах (формах его существования) как язык и речь, текст и культура.