12.2. Судоустройство в Российской империи по законам 1864 г.

Новая судебная система, введенная «Учреждением судебных ус­тановлений», приобрела следующий вид. Она состояла из двух струк­тур: местных судов (для менее значительных дел) — волостного и ми­рового и судов общих (коронных) — окружного суда и судебной палаты.

Мировые суды учреждались с целью разгрузить основное звено — общие суды — от малозначительных дел. Образцом послужил миро­вой суд Англии, где на должности мировых судей правительство назначало «уважаемых и почтенных» людей из местного населения, которые не получали за свой труд вознаграждения. Но в России мировые судьи избирались органами местного самоуправления (зем­скими собраниями и городскими думами) и утверждались Сенатом.

Мировой суд опирался на общие принципы судоустройства, принятые судебными уставами: всесословности, независимости и несменяемости судей, гласности и состязательности. Мировой суд Рассматривался как авторитетный посредник для разрешения мел­ких споров населения. Само название, ведущее начало от мирового посредника, который регулировал отношения крестьян и помещи­ков после отмены крепостного права, указывало на то, что данный суд призван был не столько судить и карать, сколько мирить сторо­ны, склонять их к принятию мирового соглашения. Недостаток лиц с юридическим образованием, а также стремление приблизить ми­ровой суд к населению определили порядок замещения должностей судей в местной юстиции.

Пространством деятельности мирового суда был мировой округ (уезд с городами), который делился на участки. На участках и дей­ствовали выборные участковые мировые судьи. Участковый миро­вой судья избирался из лиц, достигших 25-летнего возраста, имев­ших высшее или среднее образование или стаж работы по судебно­му ведомству не менее трех лет и соответствовавший требованию имущественного ценза. Согласно последнему претендент на долж­ность судьи должен был владеть землей в размере не менее 400 де­сятин или недвижимой собственностью стоимостью не менее 3 тыс. руб. (в столицах — не менее 6 тыс. руб.).

В мировом округе, кроме участковых, имелись также почетные мировые судьи. Они не получали вознаграждения, не имели своего участка и творили правосудие только в тех случаях, когда стороны сами обращались к ним с соответствующей просьбой. Кроме того, почетные мировые судьи могли замещать участковых мировых су­дей и участвовать в работе окружного суда, восполняя недостаток его членов.

Главная особенность мирового суда — его компетенция. В его юрисдикции находились малозначительные дела: проступки и мел­кие преступления, гражданские иски небольшой цены. В граждан­ском судопроизводстве они рассматривали иски стоимостью не бо­лее 500 руб., о «личных обидах и оскорблениях», о восстановлении нарушенного владения, когда с момента нарушения прошло не бо­лее шести месяцев и др. Уголовно-процессуальный закон относил к подсудности мировых судей все уголовные дела частного обвинения и преступления, за которые следовали либо выговоры, замечания и внушения, либо денежные взыскания не более 300 руб., либо арест на срок не более трех месяцев, либо заключение в тюрьму на срок не более одного года.

Процедура судебного разбирательства была максимально упро­щена за счет сведения к минимуму формальностей. Такой порядок судопроизводства считается суммарным, или упрощенным. Это обеспечивало доступность суда для населения и отчасти облегчало работу судей, как правило, не имевших юридического образования.

Второй инстанцией являлся коллегиальный орган — съезд ми­ровых судей. Он представлял собой периодическое собрание как почетных, так и участковых мировых судей каждого мирового окру­га. Мировой съезд выступал в качестве апелляционного суда и ор­гана управления мировым округом, составляя наказы для судей.

Третьей инстанцией — кассационной — был Сенат. Кроме того, соединенное присутствие Сената составляло для мировых судей высший орган надзора.

В таком виде мировой суд функционировал до 1889 г. Затем в рамках контрреформ он был фактически ликвидирован. Это была самая радикальная мера в рамках судебной контрреформы. Сохра­нился данный институт только в крупных городах: Казани, Киши­неве, Нижнем Новгороде, Одессе, Саратове, Харькове. Вместо ми­ровых судей вводилась непростая система местного суда. Новые органы были различны по своим функциям. Одни являлись исклю­чительно судебными: городской судья и уездный член суда. Другие имели право разбирать как судебные, так и административные дела: земские участковые начальники, уездные съезды и губернские при­сутствия. Первые состояли в ведомстве Министерства юстиции, вторые — Министерства внутренних дел.

Земскому участковому начальнику были подсудны дела, кото­рые ранее составляли компетенцию участковых мировых судей, за некоторыми исключениями. Например, он не рассматривал дела, связанные с кражей со взломом, беспатентной продажей спиртных напитков. Одновременно он выступал как орган исполнительной власти, наделенный целым рядом административных функций, причем он являлся органом надзора за всем крестьянским управле­нием и волостными судами.

В городах были учреждены должности городских судей. Город­ской судья — это тот же участковый мировой судья, но назначен­ный министром юстиции и бессрочно.

Дела, которые по судебным уставам были отнесены к подсудно­сти мировых судей, но теперь выходили за пределы компетенции земских участковых начальников и городских судей, были переданы уездным членам окружного суда, назначаемым министром юсти­ции. Уездный член окружного суда, подобно городскому судье, яв­лялся исключительно судебным органом.

Апелляционной инстанцией для дел, рассмотренных земскими участковыми начальниками и городскими судьями, являлся уезд­ный съезд в составе уездного предводителя дворянства, уездного члена окружного суда, почетных мировых судей, городских судей, земских начальников уезда.

Кассационной инстанцией для дел, рассмотренных земскими Участковыми начальниками и городскими судьями, выступало гу­бернское присутствие. Его судебный состав образовывали губерна­тор, губернский предводитель дворянства, вице-губернатор, проку­рор окружного суда или его товарищ и два члена окружного суда.

Для дел, рассмотренных уездным членом окружного суда, апелля­ционной инстанцией был окружной суд, а кассационной — Сенат¹.

Коронные суды рассматривали основную массу гражданских и уголовных дел. В основе их организации лежали, во-первых, прин­цип территориальной подведомственности; во-вторых, принцип минимизации судебных инстанций (в последнем случае речь идет о введении принципа двух инстанций или однократного пересмотра по существу в апелляционном порядке дел, решенных окончатель­но); в-третьих, отличие апелляционной проверки от кассационного надзора за правильностью судебных решений.

В системе общих (коронных) судов основным звеном являлся окружной суд. Он учреждался один на округ, в который объединя­лись несколько уездов. Всего было создано 104 судебных округа. Окружные суды выступали первой инстанцией в системе государст­венных судов. Они состояли из председателя, товарищей председа­теля и членов. Члены окружных судов распределялись по отделени­ям. Окружные суды классифицировались по разрядам преимущест­венно в зависимости от численности населения. Их было четыре. Каждый из разрядов состоял из шести, трех, двух и одного отделе­ния. Преобладали суды второго разряда, состоявшие из трех отде­лений. Одни из них рассматривали гражданские дела, другие — уголовные.

Уголовное отделение, получившее название коронного суда, в свою очередь, имело в своем составе суд с участием присяжных за­седателей. В ведение суда присяжных передавались дела по престу­плениям, за которые полагалось наказание в виде лишения всех прав состояния. Все остальные преступления рассматривал корон­ный суд. Предварительное следствие по уголовным делам вели су­дебные следователи, считавшиеся членами окружного суда и имев­шие свои участки.

В 1889 г. в системе государственных судов появилось еще одно звено — уездный член окружного суда. Окружной суд выступал по отношению к уездным членам апелляционной инстанцией. Кроме того, уездные члены должны были участвовать в выездных сессиях уголовного отделения окружного суда. Наряду с этим они привле­кались к работе окружного суда при недостатке его наличного со­става, а также входили в состав временной комиссии по составле­нию списков присяжных заседателей. Уездным членам поручалось оказывать содействие членам окружного суда. Как показывает практика, это могли быть самые разные поручения: допрос свиде­телей, дознание через окольных лиц и др.² Заметим, что, конечно, эта мера нарушила стройность системы коронных судов, поскольку возвращалась множественность юрисдикционных органов.

Второй инстанцией в общей юрисдикции была судебная палата — одна на несколько губерний. Сначала было введено 11, позднее 14 судебных палат. Палаты делились на департаменты уголовных и гражданских дел, которые возглавлялись председателями. Судебная палата выступала как суд первой инстанции по государственным преступлениям и преступлениям должностным. Как правило, при рассмотрении таких дел в заседаниях судебной палаты требовалось присутствие сословных представителей (предводителей дворянства, городских голов и волостных старшин).

Как суд второй инстанции судебная палата рассматривала в по­рядке апелляции решения и приговоры окружных судов (по жалобам и отзывам сторон и протестам прокуроров). Кроме того, судебная палата осуществляла надзор за деятельностью окружных судов. При судебной палате учреждалась корпорация адвокатов — присяжных поверенных.

Во главе судебной системы стоял Сенат как высшая кассацион­ная инстанция. Как и судебная палата. Сенат состоял из двух де­партаментов: уголовных и гражданских дел. В Сенате можно было обжаловать окончательные приговоры. Сенат объявлялся также высшим органом судебного надзора для всех вновь созданных су­дебных «установлений». Все спорные дела рассматривались общим собранием кассационных департаментов.

Все суды имели в своем составе определенное число секретарей и их помощников, канцелярских чиновников, на содержание кото­рых отпускалась согласно штатам особая сумма.

В конце 1880-х годов, как реакция власти на терроризм, дела о государственных (политических) преступлениях, о террористиче­ских актах были изъяты из ведения судебных палат и переданы в Особое присутствие Сената. Дела о сопротивлении властям, о по­кушениях на должностных лиц передавались в ведение военной Юстиции. Дела о печати, нарушившей закон, из ведения окружных 256 Модуль III. Судебная система Российском империи /м/ч —

судов переходили в ведение судебных палат. В проведении следст­вия по политическим делам и террористическим актам усилилась роль жандармерии.

С 1906 г. Устав уголовного судопроизводства предусматривал существование Верховного уголовного суда. Он состоял из назна­чаемых императором трех сенаторов уголовного кассационного де­партамента и двух сенаторов первого департамента. Этот суд пред­ставлял собой высшую судебную инстанцию в качестве первой и последней инстанции. Учреждался каждый раз по особому указу императора для решения дел о важнейших государственных престу­плениях, служебных преступлениях высших должностных лиц, чле­нов Государственного совета и министров и др.

12.3. Институт судей

Закон предполагал, что судейские должности могли занимать только русские подданные и только юристы со специальным обра­зованием. Требовался «аттестат университета или другого высшего учебного заведения об окончании курса юридических наук» или сдача экзамена по этим наукам. Необходимо было также иметь опыт работы по судебной части в званиях не ниже секретаря ок­ружного суда в течение трех лет или присяжного поверенного в те­чение 10 лет при отличных характеристиках с места службы («сви­детельствах о точном, исправном и безукоризненном во все сие время исполнении своих обязанностей»).

Выпускники университетов могли получить назначение на су­дейские должности после четырехлетней бесплатной службы канди­датами при судебных местах и по достижении 25-летнего возраста. В зависимости от ранга (председатель, товарищ председателя, член суда, судебный следователь, чин прокурорского надзора, обер- секретарь Сената, секретарь и его помощник) для всех чинов при занятии должности устанавливался необходимый стаж работы в су­дебном ведомстве (не менее трех лет).

Все судебные чины, начиная от судебного следователя и закан­чивая председателями департаментов и членами судебной палаты, назначались на должности по представлению министра юстиции высшей властью — императором. Кандидатов представляли общие собрания окружного суда или судебной палаты. Сенаторы и обер- прокуроры назначались именными указами царя. Все остальные (секретари и др.) — министром юстиции. Каждый назначенный на должность судьи впервые приводился к особой на это звание прися­ге духовным лицом своего вероисповедания. Присягу приносили в публичном заседании всех департаментов или отделений суда по прилагаемой ниже форме:

«Обещаюсь и клянусь всемогущим богом, пред святым его Еванге­лием и животворящим крестом господним, хранить верность его императорскому величеству государю императору, самодержцу все­российскому, исполнять свято законы империи, творить суд по чис­той совести, без всякого в чью-либо пользу лицеприятия и посту­пать во всем соответственно званию, мною принимаемому, памя­туя, что я во всем этом должен буду дать ответ пред законом и пред богом на страшном суде его. В удостоверение сего целую слова».

Закон вводил несменяемость для председателей, товарищей председателей и членов судебных мест, которые не могли быть уволены без прошения об отставке или переведены в другую ме­стность без их согласия. Временное отстранение от должности до­пускалось только в случае предания их суду, а «совершенному от­решению от должностей» они могли подвергнуться не иначе как по приговору уголовного суда.

Однако на них, как и на всех других лиц судебного ведомства, распространялось положение, в соответствии с которым они могли быть уволены как неявившиеся на службу без уважительных при­чин в установленный срок (в течение месяца со дня объявления им об определении к должности). Они увольнялись также и в случае, если в продолжение года «со времени приключившейся тяжкой бо­лезни» не являлись на службу и не подавали сами прошения об от­ставке. Решение об этом принимало общее собрание того судебного органа, в котором служило данное судебное лицо.

Важным положением, закреплявшим независимость суда, было установленное ст. 246 правило несовместимости должности судьи ни с какими должностями по другим ведомствам, за исключением почетных и бесплатных должностей. Запрещалось судьям также возмездное участие в торговых и промышленных предприятиях. По этой же причине (чтобы не подчинять судей правительству) награ­ждение их относилось к исключительной компетенции «император­ского величества» (ст. 248).

Особое расписание определяло для судейских чинов оклады со­держания, классы их должностей и разряды по пенсии и по шитью на мундире. Права и преимущества, присвоенные председателям и членам судебных палат, председателям, товарищам председателей, членам окружных судов и мировым судьям, принадлежали не толь­ко им самим, но и их семействам. Их дети, поступившие на госу­дарственную службу или на учебу на этом основании, оставались на своих местах и после оставления их отцами судейского звания.

Надзор за судебными установлениями вели высшие в порядке подчиненности судебные места: окружные суды — за всеми долж­ностными лицами, состоящими при них, судебные палаты — за всеми судебными местами и должностными лицами округа (кроме мировых судей и их съездов), кассационные департаменты Сената — за всеми судебными местами и должностными лицами судебного ведомства империи. Все это не касалось лиц прокурорского надзо­ра, у которых была своя система подчиненности. Общий надзор за всей системой сосредоточивался в руках министра юстиции как ге­нерал-прокурора.

Ответственность должностных лиц судебного ведомства. За свои действия лица судебного ведомства несли установленную за­коном ответственность двоякого рода: дисциплинарную и уголовную.

Дисциплинарное производство могли осуществлять кассационные департаменты Сената — о председателях и членах судебных палат, обер-прокурорах, прокурорах судебных палат и их товарищах; су­дебные палаты — о председателях, товарищах председателей и чле­нах окружных судов, судебных следователях и мировых судьях, а также о прокурорах окружных судов и их товарищах; о прочих чи­нах судебного ведомства — те судебные места, при которых они состояли.

Дисциплинарные дела слушались при закрытых дверях, но по просьбам обвиняемых могли слушаться и в публичном заседании с участием защиты. На их решения допускались жалобы и прокурор­ские протесты в вышестоящий суд, решения которого считались окончательными. Но каждое такое решение докладывалось минист­ру юстиции «для сведения».

При обнаружении обстоятельств, требовавших вмешательства уголовного суда, дисциплинарное производство прекращалось и подсудимый предавался уголовному суду по правилам Устава уго­ловного судопроизводства.

Если судья в течение одного года три раза подвергался предосте­режению, четвертый проступок требовал уже решения кассационных департаментов Сената о возможном предании его уголовному суду. Только решение уголовного суда могло отрешить судью от должно­сти. Если же решение уголовного суда не предполагало это, вопрос окончательно решался общим собранием тех же кассационных де­партаментов Сената. Это же правило распространялось на тех судей, которые подвергались личному задержанию за долги или же в уста­новленном порядке объявлялись несостоятельными должниками.