Тема 11

Судебный процесс в XVIII — первой половине XIX в.

11.1. Гражданское судопроизводство

Процессуальное право тесно связано с судоустройством, по­скольку для применения процессуальных норм необходимо сущест­вование организованных определенным образом судов. Полисис­темная судебная организация стала причиной того, что в граждан­ском процессе XVIII — первой половины XIX в. существовали раз­нообразные порядки и виды судопроизводства.

Процессуальное право тесно связано с судоустройством, по­скольку для применения процессуальных норм необходимо сущест­вование организованных определенным образом судов.

Развитие абсолютизма в России потребовало изменения процессу­альных норм, с помощью которых государство могло бы осуществлять эффективный контроль над производством дел в судах. Общая тен­денция развития процессуального права предшествующего периода (начиная с XV в.) заключалась в постепенном возрастании значения розыска по сравнению с так называемым судом¹. Промежуточной между судом и розыском формой процесса была «очная ставка». Пер­воначально очные ставки — упрощенная разновидность состязатель­ной формы суда. Стороны доказывали перед судьей свою правоту, стоя лицом друг к другу. Позднее свободный спор сторон превратился в их допрос. По мнению К.Д. Кавелина, очными ставками в первую очередь решались поместные дела; позднее этот порядок распростра­нился и на вотчинные дела. В мае 1683 г. очные ставки заменили су- Дам, а 13 июня 1683 г. вновь восстановили для этих категорий дел².

Петр I проявил себя решительным противником состязательно­го процесса. Как отмечал М.Ф. Владимирский-Буданов, императору не нравилась свобода сторон в назначении цены иска, наем пове­ренных («"...нанимают за себя в суд... ябедников, воров и душепро- давцев", —говорит он с укоризною»)³, а 21 февраля 1697 г. был из­дан именной указ, который, по существу, завершил ликвидацию обвинительного, состязательного процесса, заменив его розыскным: «...суду и очным ставкам не быть, а ведать все дела розыском». Сам по себе указ не создал принципиально новых форм процесса. Он использовал уже сложившиеся на протяжении веков «московские» формы розыска и предлагал руководствоваться ими в нужных пре­делах, что хорошо видно из Указа от 16 марта 1697 г., изданного в дополнение и развитие первого: «а которыя статьи в Уложенье над- лежат к розыску: и по тем статьям по-прежнему»⁴. Февральский указ заменил принцип состязательности на принципы письменного рассмотрения дел в следственном порядке. Указ содержал только общие положения без конкретизации форм нового судопроизводст­ва, что порождало судебный произвол, «так что судьи позволяли себе подвергать ответчиков пытке и принуждать их к сознанию в справедливости иска»⁵.

Эти указы были дополнены и развиты процессуальным разде­лом (кн. 1, ч. 2) Воинского устава — «Кратким изображением про­цессов или судебных тяжб». Начала следственного процесса, изло­женные в Воинском уставе, стали применяться не только в военном суде, но и в гражданском, поскольку, по указанию Петра I, устав касался «и до всех Правителей земских» (указ 10 апреля 1716 г.)⁶. Это являлось следствием того, что законодательство и практика не различали еще гражданского и уголовного процесса.

Основными принципами процесса по Воинскому уставу явля­лись обязанности для суда соблюдать канцелярскую тайну, а также письменный характер процесса. При рассмотрении гражданских дел допускались судебное представительство, но только в исключитель­ных случаях (например, в случае болезни одной из сторон). Эти представители назывались адвокатами⁷.

Процесс по Воинскому уставу разделялся на три стадии: 1) воз­буждение судопроизводства; 2) оценка доказательств и вынесение решения; 3) исполнение решения.

Воинский устав допускал инициирование гражданского процес­са на основании частной жалобы истца. Закон давал и определение челобитчика, в котором объединялись два понятия — истца и част­ного обвинителя⁸. Подсудность дел определялась по челобитчику: «Кто на кого бить челом хочет, тому надлежит противника своего во оный суд требовать, где он судим есть, ибо ежели он его в такой суд позовет, который ему никакого не может учинить принуждения, тогда позыв его без жадного есть действа»⁹. Закон давал также оп­ределение ответчика, под которым понимали сторону в граждан­ском процессе¹⁰.

Первое процессуальное действие — извещение ответчика, могло быть устным и письменным, содержало указания, кто является че­лобитчиком, по какому делу вызывается, куда и когда. Вопрос о сроках явки в суд ставился в общей форме, конкретные сроки не указаны. Обязанность вызова в суд устанавливалась более простая, чем в Соборном уложении. Причем увеличивалась роль судьи в ор­ганизации процесса.

На второй стадии судьи оценивали доказательства и выносили решение. Согласно Воинскому уставу, применялась теория фор­мальных доказательств, которая к тому времени получила распро­странение в западноевропейской юриспруденции. При оценке тех или иных видов доказательств судьи руководствовались установ­ленным законом правилами. В законе определялась сила каждого вида доказательств, причем она выражалась в баллах. Доказатель­ства подразделялись на полные, или совершенные, и неполные, или несовершенные. Совершеннейшим доказательством считалось собственное признание. Для получения его прибегали к пытке. При рассмотрении гражданских дел применение пытки было ог­раничено¹.

В тех случаях, когда суд не мог добиться собственного призна­ния ответчика или обвиняемого, принимались во внимание в каче­стве доказательства свидетельские показания. Полным доказатель­ством считалось показание двух достоверных свидетелей². Судья при окончательной оценке показаний свидетелей на основании принятой Воинским уставом теории формальных доказательств, должен был отдавать предпочтение показаниям мужчин перед пока­заниями женщин, показаниям знатных людей перед показаниями незнатных, показаниям духовных лиц, образованных людей перед показаниями необразованных и т.д. Существовал перечень лиц, ко­торые определялись как «негодные свидетели» и не могли давать показаний. Дача свидетельских показаний была обязанностью³.

Следующий вид доказательств — документы. Они впервые раз­нятся в Уставе от письменных по гражданским делам до присяги. Последняя принималась ответчиком по предложению суда, когда против него не выдвигалось каких-либо серьезных обвинений. Если ответчик принимал присягу, то он признавался оправдан­ным. В противном случае ответчик оставался виновным, но наказа­ние уменьшалось судом. Существовавшие ранее такие виды доказа­тельств, как поле и жребий, отменялись⁴.

Порядок вынесения приговоров по Воинскому уставу был сле­дующий: после того как суд подверг оценке представленные доказа­тельства, каждый член суда, начиная с младшего, подавал свое мнение. В случае разногласий приговор выносился по большинству голосов. Затем приговор оформлялся письменно, подписывался членами суда и скреплялся аудитором. Аудиторы не являлись чле­нами суда, а были штатными должностными лицами, введенными в России впервые Петром I. Они обладали главным образом надзор­ными функциями, наблюдали за правильным ведением судопроиз­водства, для чего должны были иметь специальные юридические знания и навыки. По гражданским делам Воинский устав допускал апелляцию⁵.

Таким образом, Указ 1697 г. и Воинский устав предусматривали как для уголовных, так и для гражданских дел розыскной, следствен­ный процесс. 5 ноября 1723 г. были издан именной Указ «О форме суда»⁶, прямо противоположный предыдущим законам. Он отменял розыск, а «суд» сделал единственной формой процесса. Петр I, от­мечая в этом указе, что в судах много дают лишнего говорить и много «неподобного пишут», отказался от начал следственного процесса при рассмотрении гражданских дел и большей части уго­ловных (за исключением дел «об оскорблении величества, измене, бунте и злодействе»)⁷.

Основными и наиболее характерными моментами в процессе, установленном Указом «О форме суда», являлись: 1) введение уст­ного судоговорения; 2) при изложении жалобы истца или постра­давшего следовало указать на пункты обвинения, причем ответчи­ку вменялось в обязанность дать ответ по каждому пункту отдель­но; 3) расширялось судебное представительство; 4) принимались меры к предотвращению волокиты.

Указ содержал следующие положения «формы суда»: от чело­битных требовалась особая четкость и краткость. Указ приводил форму челобитной, чего раньше в процессуальных законах не пре­дусматривалось. Различали два вида челобитчиков: истец — в граж­данском процессе и доноситель — в уголовном, хотя противная сторона именовалась в обоих случаях ответчиком.

Судебное следствие иска велось по каждому отдельному пункту челобитной, причем ответчику предоставлялся срок для приобще­ния к делу новых документов. Принцип состязательности соблю­дался как в стадии судебного следствия, так и стадии досудебной подготовки: ответчика следовало ознакомить с челобитной не позд­нее чем за неделю до суда, чтобы он мог подготовиться к защите. Челобитчик обязан собрать все необходимые бумаги до начала су­дебного разбирательства. В тех случаях, когда ответчик выдвигал новые материалы, истцу предоставлялось время на поиск необхо­димых документов.

Предъявлялись формальные требования к протоколу: так, «от­ветчиков ответ» полагалось писать в одной тетради, а «истцовы или доносителевы улики» — в другой. Ответ на челобитную запреща­лось давать в письменном виде. Предусматривалась довольно слож­ная система письменного оформления дела, хотя указ и провозгла­сил устность в качестве процессуального принципа; впервые требу­ется, чтобы приговор основывался на «приличных», т.е. соответст­вующих, пунктах материального закона, в противном случае судьи подвергались наказанию.

Указ 5 ноября 1723 г. водился в действие в 1724 г. для всех ви­дов судов, и запрещалось под страхом наказания применять другую форму процесса. Однако на практике этот закон не мог полностью заменить «Краткое изображение» в регламентации процесса, по­скольку он не обладал достаточной полнотой. Уже вскоре после издания этого указа стал сужаться круг дел, которые должны рас­сматриваться в соответствии с указанными правилами. К 1725 г. только гражданские и небольшая часть уголовных дел, например татьба без поличного, и дела, возникавшие по жалобе пострадавше­го, стали рассматриваться на основании указа «О форме суда»⁸.

Впоследствии соотношение применения этих законов измени­лось: указ использовали при рассмотрении гражданских дел, а «Краткое изображение...» — уголовных, причем как в военных, так и невоенных судах. В дальнейшем эта двойственность не прижи­лась: «Как узаконение, так и практика решительно наклонялись в сторону инквизиционного процесса»⁹, а «форма суда» постепенно забывалась. По-видимому, развитию абсолютизма в большей мере отвечал розыск как форма процесса, хотя и не в такой безгранич­ной форме, как того требовал Указ 1697 г.¹⁰

Во второй половине XVIII в. область применения состязательно­го процесса еще более сузилась, а начала следственного процесса вытесняли формы, установленные указом 1723 г. Указом от 27 июня 1765 г. Екатерина II, предписав руководствоваться «формою суда», все же отменила устное судоговорение, установив письменное произ­водство («для судных комиссий, учреждаемых на счет обвиняемых»).

На практике суды произвольно применяли ту или иную форму процесса, что, естественно, увеличивало судебную волокиту, взя­точничество, произвол судей. Общество было крайне недовольно таким отправлением правосудия. Когда Екатериной II была создана Комиссия по сочинению нового Уложения, сословия в своих нака­зах настаивали на реформе суда, ссылаясь на крайне неудовлетво­рительные порядки в российских судах.

Как отметил М.Ф. Владимирский-Буданов, «замечательно, что и депутаты Екатерининской Комиссии вооружаются против состя­зательного процесса, как он установлен в "форме суда"; но это и не удивительно, ибо от состязательного процесса остались, действи­тельно только форма, которая лишь усложняла и удлиняла процесс, между тем как самые дела решались по инквизиционному усмотре­нию судей»¹.

Императрица и сама сознавала необходимость изменения про­цессуальных принципов, в Наказе она говорила о новых принци­пах, выдвинутых просветителями. Так, она писала о гарантиях в отношении к ним, о том, что судьи не имеют права произвольно толковать законы о наказаниях. Недовольна она была и взяточни­чеством, широко распространенным в судах. Среди новых процес­суальных принципов, указанных Екатериной, следует отметить пра­во на суд «равных», т.е. передача дела на решение судей, принадле­жавших тому же сословию, что и ответчик, право на отвод судей, гласность процесса².

Однако на практике эти идеи не осуществились. В процесс бы­ли внесены лишь незначительные изменения. По указам 1762 г. и 1764 г. суды обязывались немедленно объявлять сторонам вынесен­ный приговор. В случае недовольства одной из сторон она должна объявить о том суду в недельный срок. После этого суд отправлял дело в высшую инстанцию, где оно рассматривалось в апелляцион­ном порядке. Для подачи апелляционной жалобы устанавливался годовой срок для жителей России, а для проживавших за границей — двухлетний. После подачи жалобы высшая инстанция составляла по материалам дела доклад, называвшийся экстрактом и подписывав­шийся сторонами. Уже на основании этого экстракта дело пересмат­ривалось в апелляционной инстанции. Апелляционный пересмотр дела допускался лишь в отношении гражданских дел и тех уголов­ных, которые могли возбуждаться только по жалобам пострадав­ших. Позднее рассмотрение некоторых категорий дел было отнесе­но к «особенным родам судопроизводства». Например, судопроиз­водство по делам казны было выделено в 1799 г. из общего порядка производства гражданских дел¹.

Систематизация гражданско-процессуального законодательства под руководством М.М. Сперанского имела своим следствием из­дание специального тома (X), в котором был упорядочен норматив­ный материал, регламентировавший гражданское судопроизводство. В России эволюция судебного процесса имела своим следствием выделение двух производств — для дел вотчинных, или вещных ис­ков, направленных на признание права в отношении определенной вещи, и исковых, или личных исков, вытекавших из обязательств. Затем произошло деление порядков на бесспорный и спорный.

Под бесспорными делами понимались «всякий договор и всякое обязательство, законно совершенные». Они отличалась тем, что если при наступлении определенных условиями сроков обязательство не исполнялось, то одна из сторон получала право обратиться в поли­цию, которая восстанавливала нарушенное право «непосредственным приложением закона и приведением его в исполнение». Судопроиз­водство по спорным делам подразделялось на вотчинное, или о праве собственности, и исковое, или по неисполненным договорам и обя­зательствам, а также «споры по взысканиям за нарушение прав оби­дами, ущербами, убытками и самоуправным завладением».

Сравнение бесспорного и спорного порядков показывает, что достаточно сложно было их разграничить, поскольку в обоих случа­ях речь шла об обязательственных правоотношениях. Демаркаци­онной линией являлись, во-первых, наличие документа, не вызы­вавшего сомнений у органа власти в своей юридической достовер­ности, во-вторых, ясность содержания прав и обязанностей сторон, в-третьих, доказанность нарушенного права. На практике тяжущие­ся столкнулись с проблемой: серьезной трудностью для них оказа­лось определить порядок производства по своему спору.

Вотчинное судопроизводство делилось на апелляционное и следственное. Разница состояла в следующем. Апелляционный по­рядок допускал возможность перехода дела по просьбе тяжущихся в следующую инстанцию для проверки вынесенного судебного реше­ния. Отличие следственного порядка состояло в том, что проверка законности судебного решения осуществлялась без участия сторон, а «по самому порядку его производства»². Исковое производство тоже имело свои разновидности. Согласно ст. 158 в нем выделя­лись: «1) судопроизводство по неисполненным обязательствам и договорам и 2) судопроизводство по взысканиям в обидах, ущербах и самоуправном завладении»³.

Далее судебный порядок подразделялся на четыре главных рода судопроизводства — по делам вотчинным, казенным, по долговым обязательствам и по искам об обидах и убытках. Помимо указанных четырех главных производств существовало 16 особых. Но и это было далеко не все. Действовали специальные правила примири­тельного судопроизводства. Наряду с ними содержался целый ряд специальных производств для отдельных местностей и народностей Российской империи, которые также имели довольно сложную структуру⁴. К этому необходимо добавить смешение в деятельности суда производств, связанных с разрешением спора, и производств, вызванных жалобами на действия судов «по удостоверению и охра­нению прав частных лиц». Последняя категория относилась к числу дел «судебного управления», под которыми понимались ввод во владение, совершение актов, раздел наследства, вызов наследников, розыск безвестно отсутствовавших и др.⁵

В сумме исследователи Законов о судопроизводстве насчитыва­ют от 63 до 69 производств по гражданским делам⁶. До определен­ной степени разнообразие производств само по себе не является отрицательным показателем. Как правило, в рамках одного государ­ства не существует одинакового порядка рассмотрения гражданских споров. Такое однообразие существовало только на ранних ступе­нях развития государственности и суда. В основе многообразия мо­гут лежать отчасти исторические причины, отчасти различия в пра­вовом статусе участников спора, отчасти характер исковых требова­ний и т.п.⁷ Правовая теория и практика исходили из аксиомы, что невозможно применять один и тот же порядок гражданского судо­производства, скажем, для разрешения спора, вытекающего из дол­га по векселю, и спора, вытекающего из права собственности на землю.

Но в России отсутствие общего порядка производства граждан­ских дел стало, с одной стороны, результатом длительного сохране­ния локальной самодостаточности органов управления, которые не только совмещали функции управления и суда, но и имели специ­альные правила производства дел. С другой стороны, власть, будучи недовольной действовавшим судопроизводством, но в то же время не решавшаяся на его коренное преобразование, предпочла ограни­читься принятием под свое особое попечение почему-либо интере­совавших ее дел, для чего устанавливались особые виды судопроиз­водства⁸.

В итоге была сформирована такая модель судопроизводства, ко­торая создавала для всех участников процесса серьезные трудности. Прежде чем начать дело, нужно было определить, к какому роду судопроизводства оно относится исходя из своего содержания, предмета иска, сословного статуса истца и ответчика. Но при этом любое дело подходило или к главным, или к особенным родам производства, к тому же могло быть рассмотрено в любом из суще­ствовавших судов. О том, насколько это действительно составляло проблему, свидетельствует тот факт, что вопросы подсудности пре­обладали в спорах на начальной стадии процесса, то есть еще до рассмотрения дела по существу. Случалось, что сначала тяжущиеся, пройдя все инстанции, устанавливали подсудность своего спора, а потом уже приступали к рассмотрению его по существу¹.

Анализ законодательства и практики его применения показыва­ет, что основной формой гражданского судопроизводства в дорефор­менной России была смешанная, или следственно-состязательная, что означает использование не только следственных элементов, но и начал состязательного характера. Гражданское судопроизводство могло быть инициировано двумя средствами: подачей «искового прошения» истцом или посредством передачи материалов в суд ка- ким-либо органом власти. Первый способ являет собой состяза­тельное начало в гражданском процессе. Говоря о втором способе, отметим, что чаще всего дела поступали от полиции, которая про­изводила «гражданское следствие» с целью сбора необходимых фак­тических данных.

На стадии подготовки дела к рассмотрению в суде истец и от­ветчик вели дискуссию между собой посредством документов, по­даваемых в суд: прошения, ответа, возражения и опровержения. Они позволяли уточнить обстоятельства, имевшие значения для правильного разрешения дела, очерчивали круг доказательств, на которых основывали свои позиции стороны. Однако не существо­вало законодательного ограничения количества состязательных бу­маг, что приводило к неоправданному увеличению их числа. К тому же суд по своему усмотрению устанавливал сроки представления документов, что тоже выступало причиной затягивания процесса. На практике по одному делу часто поступало тридцать и более раз­нообразных прошений, что выступало одной из главных причин волокиты в гражданском процессе². Только в середине XIX в. пра­вительство попыталось оптимизировать обмен процессуальными актами, введя требование представления копий и фиксированные сроки для подачи документов³.

Перед началом рассмотрения дела тяжущиеся могли заявить от­вод судье. Перечень оснований был открытым, и стороны могли руководствоваться своими причинами для «подозрения» судьи в его заинтересованности в необъективном рассмотрении дела, что часто использовали ответчики для затягивания или вообще развала дела.

Использовалось достаточно архаичное доказательственное пра­во, которое представляло собой симбиоз институтов, принадлежав­ших к противоположным судопроизводственным моделям. Напри­мер, с одной стороны, вполне в состязательном духе проводилась мысль о том, что суду полагалось оценивать представляемые сторо­нами доказательства и не подвергать сомнению те из них, которые не оспариваются тяжущимися⁴, с другой стороны, имелись нормы, которые позволяли суду перекраивать всю доказательственную базу по своему усмотрению⁵.

Доказательствами по гражданскому делу могли быть собственное признание, письменные акты, личный осмотр, показания сведущих людей, показания свидетелей, повальный обыск, присяга. Наличие в этом перечне и использование на практике, например, повального обыска есть свидетельство присутствия следственных начал в граж­данском процессе. Отдельного упоминания достойна присяга, пред­ставлявшая одно из самых недостоверных доказательств⁶.

Не предусматривалась свободная оценка судом фактических данных. Применялась теория формальных доказательств, с помо­щью которой стремились установить истину посредством известных вычислений. Законом устанавливалась «ценность» каждого доказа­тельства. Выделялись совершенные, или безусловно обязательные для суда, доказательства, к которым относились признание, пись­менные акты, свидетельства двух достоверных свидетелей, присяга. Наряду с ними существовали «половинные» доказательства: пись­менные свидетельства посторонних лиц, купеческие книги в исках против лиц, к торговому званию не принадлежащих, показание од­ного свидетеля⁷ и др.

Судебное разбирательство — основная стадия гражданского процесса. Суд мог приступать к разрешению дела только после «учинения надлежащих справок как о подлинности документов, представленных тяжущимися, так и о подлинности показаний, учи­ненных ими». Пополнение дел справками тоже относилось к веде­нию суда, на что тратились порой годы. Это правило в полной мере доказало свою несостоятельность. Судья, изыскивавший по своей инициативе доказательства, не приведенные сторонами, собирав­ший справки, сам превращался в заинтересованное лицо, чем, как правильно заметил Ф.М. Дмитриев, ненамеренно нарушал равенст­во тяжущихся⁸. На практике количество бумаг определялось пред­ставлением суда о достаточности, что порождало злоупотребления судей⁹. Проблема состояла в том, что суд, а точнее его канцелярия, собирал справки по своему усмотрению. Следовательно, он мог усилить или, наоборот, ослабить доказательственную базу той или иной стороны посредством затребования или игнорирования каких- либо документов. А уже через это оказывать влияние на судебное решение. Сбор справок в дореформенной России стал самым дей­ственным способом затягивания и запутывания процесса. Следст­вием такой практики стал огромный оборот бумаг, от которого страдали сами суды.

Судебная активность в части сбора доказательств имела еще одно негативное последствие, суть которого — пассивность сторон. При подаче дела в суд первой инстанции они ограничивались предъявлением далеко не всех доказательств, зная, что сбор осталь­ных суд возьмет на себя. Истец и ответчик ограничивались сбором только первых доказательств, нисколько не сомневаясь, что суд «примет на себя дальнейшее разъяснение фактической стороны де­ла, разработку доставленных ими материалов и указание всех об­стоятельств, на которых должно быть основано суждение»¹⁰.

На основе всех состязательных бумаг канцелярия суда состав­ляла докладную записку (выписку), в которой освещались весь «ход и все существо дела от начала до конца». Именно на основе этого документа у судей формировалось представление о существе спора¹¹. Подписанную докладную записку секретарь докладывал на судеб­ном заседании. При этом он мог давать необходимые разъяснения по делу и зачитывать документы. Стороны могли присутствовать при докладе и делать замечания в случае каких-либо упущений. Именно на основе доклада суд выносил свое решение. Понятно, что судьи не могли изучить дело и знать его лучше, чем секретарь. Более того, судьи нередко даже не вникали в дело, приходя в суд только для подписания журнала, а зачастую подписывая журнал задним числом.

Принятое судом решение записывалось в виде резолюции в журнал. После подписания журнала присутствовавшими и просмот­ра его прокурором и стряпчими докладная записка дополнялась решением и в таком виде превращалась «в протокол судебного мес­та». Само решение доводилось до сведения сторон. Российское за­конодательство допускало в процессе мировое соглашение между тяжущимися, представлявшее собой институт состязательной фор­мы процесса. «Мировые сделки» могли быть заключены до начала процесса, во время производства и «по постановлении судебного решения». Дело, прекращенное мировым соглашением, считалось «навсегда решенным»¹.

Обжалование судебного решения олицетворяет собой бесспор­но состязательное начало в процессе. Правда, власть, убежденная, что ей удается обеспечивать в достаточной степени контроль за правосудием, неодобрительно смотрела на жалобы и жалобщиков. Было весьма распространено воззрение, что внесение важнейших дел на ревизию, в силу требования закона и протестов губернато­ров и прокуроров, в достаточной степени обеспечивает правиль­ное течение правосудия. Жалобы же являются чем-то излишним, бесполезным, напрасно замедляющим движение дел². В целях борьбы с необоснованной подачей жалоб в российском законода­тельстве присутствовали институты следственной формы, ограни­чивающие апелляции: «апелляционная сумма», то есть допущение жалобы только по искам определенной стоимости, «залог правой апелляции», как гарантия против безосновательных жалоб³, штра­фы за предъявление отвергнутого иска⁴. Однако это мало сдержи­вало желавших обжаловать судебные решения. Следственная фор­ма процесса предоставляла тяжущимся практически неограничен­ную свободу приносить частные и апелляционные жалобы на ре­шения суда.

Наряду с апелляционным, существовало ревизионное производ­ство, в рамках которого суд был обязан переслать дело ех оГПсю на ревизию высшего суда⁵. Перед нами элемент следственного процес­са, в силу которого суд по собственной инициативе или по донесе­ниям других органов власти вел гражданское дело и всеми возмож­ными способами старался установить материальную истину. Следу­ет сказать, что данная категория дел тоже рассматривалась в про­должительные сроки. Министерство юстиции было вынуждено при­знать, что по так называемым «следственным делам» отмечалась «особая медлительность», которая была вызвана «многосложностью формальностей», в свою очередь, вызывавших многочисленные вто­ростепенные споры⁶.

Элементом следственного начала следует считать письмен­ную форму процесса, которая достигла значительных масштабов, замедляла рассмотрение дела в суде, формализовала судебное разбирательство, способствовала различного рода злоупотребле­ниям при подготовке дела к судебному разбирательству и рас­смотрении его по существу и, как следствие, приводила к нару­шению прав заинтересованных лиц, обращавшихся в суд за су­дебной защитой.

В связи с развитием письменного производства следует рас­смотреть и принцип канцелярской тайны как элемента следствен­ной формы процесса. Дореформенное гражданско-процессуальное законодательство не предусматривало такого института. Нигде пря­мо не устанавливалась закрытость судебного процесса. Присутство­вала попытка установить круг сведений, не подлежавших «оглаше­нию перед тяжущимися» до подписания судьями решения. В него входили мнение судей и проект решения¹. Однако в силу отсутст­вия последовательного отделения суда от администрации, а также активного использования элементов следственной формы процесса, в частности подготовки всех бумаг в канцелярии, принцип канце­лярской тайны оказался интегрированным в гражданское судопро­изводство. Выражение свое он находил в закрытости подготовки и рассмотрения дела. Для получения какой-либо информации о со­стоянии производства по делу или документа тяжущемуся приходи­лось заявлять специальное ходатайство, удовлетворение которого принадлежало к числу дискреционных полномочий суда, что в тех условиях порождало массу злоупотреблений.

Наряду со следственно-состязательной формой в России ис­пользовалась и состязательно-следственная форма гражданского судопроизводства, которая получила реализацию прежде всего в коммерческих судах. В 1832 г. был принят Устав торгового судо­производства, согласно которому возбуждение дела было менее формализовано, чем в общем гражданском процессе, и максималь­но соответствовало принципу процессуальной экономии. Произ­водство дел в суде начиналось только на основании искового заяв­ления или жалобы. Закон устанавливал гораздо меньше формаль­ных требований к исковому заявлению. Все дела рассматривались «словесной расправой», за исключением случаев, когда истец хода­тайствовал или суд по своему усмотрению решал «допустить пись­менное производство».

Устное производство дела регламентировалось достаточно крат­ко. Судебное следствие представляло собой объяснения тяжущихся или их поверенных, которые не ограничивались «ни обрядами, ни формами, для судоговорения установленными». В процессе допус­калось предъявление записок, которые должны были быть кратки­ми и ограничиваться заключением по конкретному вопросу и фор­мулированием юридических последствий. Если требовались допол­нительные справки, то суд предоставлял сторонам возможность предъявить их в установленные сроки, сам не вступая в переписку ни с какими учреждениями⁷. Обращает на себя внимание макси­мальное сокращение процессуальных сроков. В не терпящих отла­гательства случаях ответчику мог предъявляться судебный приказ о явке в суд немедленно, а само заседание могло быть назначено и в неприсутственный день. Детально регламентировался порядок до­ставки повесток и других процессуальных документов.

Письменное судопроизводство предполагало обмен всеми доку­ментами на стадии подготовки дела к слушанию. Количество про­цессуальных документов четко регламентировалось. Стороны пред­ставляли иск, ответ, возражение и опровержение. Затем готовилась краткая записка, в которой излагались предмет и доказательства иска, ответ на него, возражение истца против ответа и опроверже­ние ответчика, а также законы, подлежащие применению в данном споре. Секретарь доводил записку до сведения суда, который после этого принимал решение. Если стороны присутствовали в суде, то им разрешалось давать дополнительные устные объяснения, но в них не должно было содержаться новых доказательств и опровер­жений⁸. Более эффективной была система обжалования судебных решений. Отсутствовал ревизионный порядок, и допускалось толь­ко апелляционное обжалование, причем через суд, рассматривав­ший дело.

Коммерческие суды в равной степени практиковали оба вида производства: и устное, и письменное. Полагаем, что в основе это­го лежит сложность дела. Менее сложные дела удобнее рассматри­вать по упрощенной процедуре, каковой являлась «словесная рас­права», тогда как для сложных споров, требовавших больше усилий и при фактической, и при юридической квалификации, лучше под­ходило «письменное разбирательство».

Попутно заметим, что сходные правила производства дел дейст­вовали в евангелическо-лютеранских консисториях. Рассмотрение споров между частными лицами осуществлялось в рамках частного процесса, который мог быть обыкновенным или кратким. В по­следнем случае имело место сокращение сроков и отсрочек. Произ­водство по делу могло возбуждаться только по инициативе тяжуще­гося. Стороны в короткие сроки обменивались процессуальными документами, число и содержание которых точно регламентирова­лось. Завершающим действием на стадии подготовки к судебному разбирательству была подготовка докладной записки, где кратко и ясно излагалась суть дела, его фактическая основа и перечень зако­нов, подлежавших применению в разбираемом споре. Слушание дела — это чтение указанной записки. Суд после ознакомления с запиской выносил свое решение, затем приглашал стороны для его оглашения. Недовольные решением могли обжаловать его в выше­стоящую инстанцию. Закон четко различал основания апелляцион­ного и частного обжалования¹.

Обратим внимание на то, что сроки производства процессуаль­ных действий были не только точны и понятны, но еще отличались и разумной непродолжительностью. Кроме того, следует заметить: при всем том, что процесс предполагал обмен различными бумага­ми, именно активность сторон выступала его движущей силой. Тя­жущиеся, хотя и не присутствовали при совершении решения, тем не менее имели полное представление о фактической основе дела, его доказательственной базе, представляли правовую позицию сво­их оппонентов. Кстати, словесное разбирательство допускалось и в этих судах. Основанием являлась бедность спорящих сторон, кото­рые в связи с этим обстоятельством не могли оплатить услуги по подготовке процессуальных бумаг. Последние сочинялись со слов истца и ответчика в самом суде, в форме журнальных статей и под­писывались тяжущимися².

Характеристика дореформенного гражданского судопроизводст­ва была бы неполной без освещения проблем реализации состяза­тельной модели гражданского судопроизводства, или «суда по фор­ме», учрежденном указом 5 ноября 1723 г.³ Применялся данный вид производства в случаях, когда сам истец подавал прошение о рас­смотрении дела по форме или когда тяжущемуся предоставлялась такая возможность по решению суда или повелению императора⁴. Истец подавал исковое прошение, в котором указывал «иск и дока­зательства». После этого вызывали ответчика, которому выдавали «список с прошения для ведения к оправданию». Если предметом иска являлось имущество, то иск после подачи прошения обеспе­чивался движимым или недвижимым имуществом, а при его отсут­ствии или невозможности представить поручителя ответчика аре­стовывали'.

Применялись непродолжительные сроки для процессуальных действий сторон. Истец лишался права на иск, если он не являлся на суд. Однако указанное достоинство почти полностью нивелиро­валось другими нормами, согласно которым тяжущиеся могли по­давать «отсрочные прошения» и просить отсрочки «по производству тяжебного дела, или для явки к суду, или для представления дока­зательств и тому подобное»⁵. Отсутствие указаний на срок подачи этих ходатайств, их количество создало возможности для затягива­ния дела сторонами на любой срок.

Особенности судебного разбирательства заключались в том, что истцом «улики», а ответчиком «оправдания» и «очистки» предъявля­лись судьям словесно. Суд в данном виде судопроизводства выступал в качестве независимого арбитра и проявлял активность в том слу­чае, если требовалось удерживать стороны от действий, которые мог­ли затягивать производство по делу⁶. Процессуальные особенности суда по форме ставили в привилегированное положение истца, пре­доставляя ему значительные преференции по сравнению с ответчи­ком. Истец имел право требовать от суда обеспечения иска имением, поручительством или даже личным арестом должника, что часто ис­пользовалось как средство шантажа⁷. Ответчик за неявку в суд, или к судоговорению, обвинялся без суда и затем ему отказывали в судеб­ной защите во всех инстанциях. Истец, не представляя никаких до­казательств и «заключая их единственно в судных речах», мог начи­нать совершенно бездоказательные процессы и вынуждать ответчика, особенно личным арестом, соглашаться на то, к чему самые законы о доказательствах его не обязывали⁸. К этому списку добавим воз­можности для произвола судей, поскольку минимум формальностей не позволял в полной мере контролировать их действия.

В силу указанных обстоятельств со временем такое судопроиз­водство, хотя и признавалась современниками передовой частью процессуальных законов, практически перестало применяться.

Правы авторы, считавшие, что форма суда по Указу 1723 г. об­ладала несомненными достоинствами, но не соответствовала реали­ям времени⁹. Процесс по форме чаще всего инициировался истца­ми, которые изначально были настроены на злоупотребление свои­ми правами. Они предполагали запугивать противную сторону пер­спективой либо применения обеспечительных мер, среди которых, напомним, фигурировало личное задержание, либо затягивания процесса, для чего имелись, как мы видели, все необходимые ин­ституциональные предпосылки.

Подведем итоги. В результате судебных реформ второй трети XIX в. в России получили распространение различные формы гра­жданского процесса. Законодательство знало принципы устности, гласности, непосредственности, диспозитивности, состязательно­сти, свободной оценки доказательств и др., свойственные состяза­тельной модели судопроизводства. Одновременно использовались и принципы следственной формы процесса: активности суда, пись­менности производства, канцелярской тайны, опосредованного ис­следования юридических фактов на основе теории формальных до­казательств и др.

На практике присутствовала комбинация принципов, что дает нам основание говорить о смешанной форме цивилистического процесса. В одних случаях она имела следственно-состязательную разновидность, а в других, наоборот, состязательно-следственную. Комбинация принципов не являлась статичной, она видоизменя­лась в зависимости от категории дел. Те из них, которые затрагива­ли интересы государства, рассматривались с явным преобладанием институтов следственного процесса. Дела, сторонами которых вы­ступали исключительно частные лица, могли разбираться по форме с преобладанием состязательных начал или даже исключительно в рамках состязательного процесса. Но исторический контекст при­вел к тому, что правоприменительная практика дореформенного времени отдавала предпочтение следственной форме.

Основанием исполнительного процесса до реформы 1864 г. могли служить не только судебные решения, но и другие судебные и нотариальные акты, а в некоторых случаях даже «частные» и «до­машние» документы. Порядок исполнительного производства не был четко урегулирован и зависел от местных особенностей и уч­реждений, занимающихся исполнительной деятельностью.

Но уже в этот период исполнительный процесс стал проходить в более или менее определенном порядке, прослеживались следую­щие стадии исполнительного производства.

1. Возбуждение исполнительного производства. Оно происходи­ло путем подачи кредитором в полицию или суд соответствующей просьбы об исполнении.

2. Подготовка к совершению исполнительных действий (она на­зывалась «прелюдией ко взысканию»). На этой стадии присутствен­ное место посылало извещение должнику о необходимости произ­вести предусмотренный исполнительным актом платеж либо отве­тить суду в определенный срок. В повестке мог быть назначен день заседания, на котором будут заслушаны объяснения сторон по по­воду совершения исполнительных действий. На заседании должник опрашивался прежде всего о подлинности или подложности акта, по которому следовало производить взыскания. По истечении срока на добровольное исполнение или после заседания суд немедленно выносил определение о взыскании, сообщая об этом полиции для исполнения. Если в ходе подготовительных действий в полицию или суд поступали возражения от должника, судья был вправе оста­новить взыскание, если сочтет возражения доказанными либо при­знает дело спорным. В остальных случаях исполнение переходило в следующую стадию, а должнику предоставлялось право защищать свои интересы общим судебным порядком (сопсИсНо $те саиза).

3. Принудительное взыскание, выражающееся в применении к должнику ареста и других принудительных мер исполнения. До су­дебной реформы 1864 г. принудительное исполнение бесспорных взысканий по договорным обязательствам было отнесено к компе­тенции губернских правлений, а впоследствии (с 1775 г.) передано в ведомство подчиненных им полицейских управлений, взыскание же по закладным могли производиться и в судебных местах.

К середине XIX в. в России наблюдалась интенсификация хо­зяйственной жизни, увеличение гражданского оборота, чрезвычай­но усложнились столкновения по поводу этого прав и интересов частных лиц. Все это проходило в рамках отсталых, не отвечающих потребностям общества процессуальных форм. Множественность судебных инстанций (сословные суды, магистраты, ратуши, над­ворные суды и т.п.) с неопределенной подсудностью, с различием порядков судопроизводства затрудняла обращение в суд за защитой прав и законных интересов. Смешение полицейской и судебной власти, привнесение в гражданский процесс элементов розыскного (например, требование канцелярской тайны) придавали ему не­свойственные черты. Не были разработаны система доказательств, правила их оценки, использовался такой архаичный вид доказа­тельства, как присяга тяжущихся. Отсутствовало право лица на по­лучение квалифицированной юридической помощи.

11.2. Уголовный процесс

С начала XVIII в. отечественный уголовный процесс изменяет­ся путем заимствований с Запада, начатых в царствование Петра I. Заменяя приказную организацию суда коллегиальной, Петр I вво­дит и новые меры следственного процесса. «Суду и очным ставкам не быть, а ведать все дела розыском», — постановлял еще указ 1697 г. А затем в 1716 г. в приложенном к «Воинскому уставу» «Кратком изображении процессов» Петр установил заимствованные из За­падной Европы подробные правила розыскного (следственного) процесса.

Формально «Краткое изображение» должно было регулировать военно-уголовный процесс, в котором производство в кригсрехтах распадалось на предварительное и судебное. Однако ряд положений этого закона имел более широкое значение, так как в них говори­лось не только о военных, но и о гражданских (общеуголовных) делах. Поэтому практика распространила действие «Краткого изо­бражения процесса» и на производство в других судах, кроме воен­ных, чему способствовала и деятельность розыскных комиссий и Преображенского приказа¹.

«Краткое изображение процессов» ввело подлинный розыскной процесс со всеми его типичными чертами. К ним относятся актив­ность суда, преимущественное значение письменности, резкое ог­раничение прав обвиняемого и формальная система доказательств, сила которых определена законом. Во всем судебном производстве стоит на первом месте почин суда.

Изгнав непосредственность и состязательность, законодатель окончательно устанавливает формальную силу каждого из видов доказательств, допускаемых в суде. Основным делением доказа­тельств, проходящим сквозь весь их перечень в «Кратком изобра­жении», есть деление на совершенные и несовершенные. Однако свойство совершенного доказательства не закреплено в законе за каким-либо отдельным видом доказательств. Каждое из доказа­тельств может быть совершенным при наличии определенных усло­вий, установленных в законе. При отсутствии этих условий оно яв­ляется несовершенным.

«Краткое изображение процесса» делит все доказательства на четыре вида: 1) «чрез своевольное признание», 2) «чрез свидетелей», 3) «чрез письменные доводы», 4) «чрез присягу». На первом месте закон ставит собственное признание обвиняемого. Законодатель указывает условия, при которых сознание является совершенным доказательством: оно должно быть добровольным, сделанным перед судьей и содержать существенные и полные обстоятельства совер­шения преступления. Однако сам законодатель, а тем более прак­тика допускали очень широкое применение пытки для получения «добровольного» сознания. Условием применения пытки законода­тель называет обоснованное подозрение судьи о совершении обви­няемым преступления. Предоставляя судье широкое усмотрение в вопросах применения и тяжести пыток, законодатель довольно не­определенно угрожает судье жестоким наказанием в случаях, когда пытка была применена «с их вымысла без жадного подозрения».

Говоря о втором виде доказательств — свидетельских показани­ях, — законодатель также указывает условия, при которых они могут быть совершенным доказательством. Он исчисляет ряд категорий людей «негодных» и «презираемых», которые не допускаются к даче свидетельских показаний; устанавливает минимальное число «имо- верных» свидетелей, необходимых для признания доказанности како­го-либо факта; вводит правило о возможности отвода свидетелей на очных ставках до дачи ими показания. При противоречии показаний свидетелей, выдвинутых обвиняемым и истцом, судья должен при­знать, кто «лучших и более свидетелей на своей стороне имеет, кото­рые правду сущую обстоятельствами доказать могут, тому поверит­ся». В разъяснение термина «лучшие» законодатель указывает «что свидетель мужеска полу паче женска, и знатный паче худого, ученый неученого и духовный светского человека почтен бывает»².

Единственным видом доказательств, сохранившимся от обвини­тельного процесса, была очистительная присяга обвиняемого, кото­рая допускалась только в случаях явной недостаточности собранных против него улик. Однако если в подобном случае обвиняемый от­казывался принести такую присягу, законодатель предлагал судьям считать его виновным.

По представлении и рассмотрении доказательств суд переходит к постановлению приговора. Если между судьями не достигнуто единогласие, то приговор выносится согласно мнению большинст­ва. В случае разделения голосов поровну принимается решение, за которое голосовал председатель. После принятия решения судьями приговор излагался письменно, со всеми обстоятельствами дела и мотивами, состоящим при суде аудитором или секретарем. После подписания приговора всеми судьями или председателем и аудито­ром он оглашается секретарем в присутствии сторон.

В судебной практике после 1716 г. наблюдалась крайняя пестрота и неустойчивость в применении процессуальных правил. Причинами этого были: неотчетливость изложения правил «Краткого изображе­ния», в частности сохранение в нем «челобитчика» и «ответчика», напоминающих собою «сутяжников» старого «суда»; далее, невоз­можность последовательного применения строго розыскного порядка к делам чисто гражданским. Попытки такого применения приводили не к уменьшению, а к увеличению волокиты в судопроизводстве.

Улучшить положение должен был указ «О форме суда» 1723 г.¹Однако больших практических результатов в области уголовного судопроизводства он не дал. Указ вовсе не излагал необходимых подробностей всего хода процесса и особенно процесса уголовного. Хотя из отдельных выражений указа можно заключить, что он рас­пространялся и на уголовное судопроизводство, но все изложение в целом имеет в виду устное судоговорение с участием двух сторон — челобитчика и ответчика, то есть спор о гражданских правах.

В видах пресечения волокиты указ устанавливал сокращенные сроки для явки сторон и законные поводы неявки; была установле­на обязанность изложения челобитной «по пунктам» и соответст­венно с этим обязанность ответчика или обвиняемого давать объ­яснения также по пунктам. Дух указа был направлен на усиление активности суда, которому предоставлялось право сокращать объем судоговорения.

Достаточно скоро судом по форме уже не могли рассматривать­ся некоторые дела. Сам указ ограничивал применение установлен­ных в нем правил в делах об «...измене, злодействе или словах про­тивных на императорское величество и бунте». В 1724 г. из произ­водства по указу были изъяты дела «доносительские и фискальные». А с мая 1725 г. почти все уголовные дела были изъяты из производ­ства по указу «О форме суда». Таким образом, к концу царствова­ния Петра установился для всей основной массы уголовных дел розыскной процесс.

Во второй четверти XVIII в. происходило усиление следствен­ных начал в уголовном процессе. Последние остатки обвинительно­го процесса исчезли, розыск применялся во всех делах, устного су­договорения не было, чиновники «вершили дела», волокита, взя­точничество, произвол, полное смешение административных и су­дебных функций характеризовали «отправление правосудия». Судо­производство во всех звеньях системы отличалось громоздкостью, канцелярской волокитой и злоупотреблениями, от которых страда­ли все слои общества. Дворянство постоянно жаловалось на судеб­ную волокиту, «безначалие», запутанность законов, произвол кан­целярских чиновников и требовало введения судов с участием сво­их представителей. Эти требования были в определенной мере удовлетворены при проведении Екатериной II административной и судебной реформ.

Во второй половине XVIII — начале XIX в. происходило посте­пенно реформирование следственного процесса. Во-первых, начи­нается ограничение самой тягостной из мер его — пытки; полная отмена ее состоялась при Александре I. Пытка допускалась лишь в тех случаях, когда другие средства не приводили к положительным результатам. Причем пытку не разрешалось применять в уездных городах, для этого преступника отсылали в провинциальные и гу­бернские канцелярии. По указу 1767 г. для применения пытки тре­бовалось приказание губернатора. В тех случаях, когда имелось соб­ственное признание подсудимого, прибегать к пытке запрещалось. А по приказу 1775 г. судам рекомендовалось не принуждать подсу­димого признаваться в содеянном, если другие доказательства изо­бличали его виновность. Во-вторых, фискалы сменяются прокуро­рами и стряпчими. В-третьих, порядок сыска с негласностью и письменностью окончательно распространяется на все уголовные дела. В-четвертых, развивается промежуточная форма уголовных приговоров об оставлении в подозрении.

Законодательство Петра I и Екатерины II легло в основание Свода законов, первое издание которого появляется при Николае Павловиче в 1832 г., составив вторую книгу XV тома². Основными официальными источниками второй книги XV тома Свода послу­жили отдельные главы Уложения 1649 г., Воинские артикулы Петра I и Учреждение для управления губерний 1775 г., а неофициальным источником — немецкий инквизиционный процесс начала XIX в.

Производство уголовных дел делилось по Своду на три части: следствие, суд и исполнение.

Следствие же распадалось на предварительное и формальное. Круг лиц и органов, производивших следствие, был весьма широк.

Следствие могли производить нижние земские суды, управы благо­чиния и различные присутствия, состоявшие из полицмейстеров, частных приставов и следственных приставов гражданских и уго­ловных дел. В важнейших случаях оно поручалось особым чинов­никам, командированным или местным губернским начальством, или министром внутренних дел, или, наконец, целыми комитетами, составленными из чинов различных ведомств, в которых главную роль играли офицеры корпуса жандармов. В отдельных случаях представители верховной власти возлагали следствие на специально избранных ими лиц.

Предварительное следствие должно было начинаться при нали­чии одного из указанных в законе поводов: извещения или просто­го донесения об известных доносителю признаках преступления; жалобы потерпевшего; доноса (то есть явного обвинения опреде­ленного лица в преступлении), являвшегося в ряде случаев обязан­ностью и связанного с ответственностью за ложность; доношений прокуроров и стряпчих, которые были их обязанностью, особенно по делам «безгласным»; явки с повинной; собственного усмотрения полиции, начинавшей следствие по всякому сведению, к ней до­шедшему. Задачей предварительного следствия было установить, действительно ли имело место происшествие, заключавшее в себе признаки преступления, и привести в известность все обстоятельст­ва, указывающие на такое деяние³.

Второй стадией было формальное следствие. Его суть согласно Я.И. Баршеву в том, что это «есть объем всех действий следователя, которые направляются против известного лица, поставленного в состояние обвинения по причине известного преступления, чтобы иметь возможность окончательно решить, действительно ли и в ка­ком виде и степени учинило оно рассматриваемое преступление и достойно ли оно наказания»¹.

Закон требовал, чтобы формальное следствие установило «над каким лицом или имуществом преступление учинено, в каком дей­ствии состояло, каким способом или орудием, когда, где, с намере­нием или без намерения произведено». От следствия требовались ясность и полнота, чтобы «судебное следствие не могло встретить ни малейшего затруднения или сомнения для постановления по делу приговора».

Закон указывал на присутствие при формальном следствии де­путатов от сословий для ограждения интересов обвиняемого. На

В следствии могли также присутствовать прокуроры и стряпчие, на I которых возлагалось наблюдение за ходом следствия и специально I за тем, чтобы обвиняемый воспользовался всеми законными сред- В ствами защиты.

В ходе следствия должны были быть собраны и записаны в I протоколах все доказательства и в первую очередь собственное при- | знание обвиняемого. Закон запрещал применять пристрастные до- просы, истязания и мучения, но в то же время предписывал «ста­раться обнаружить истину через тщательный расспрос и вниматель­ное наблюдение и соображение слов и действий подсудимого». До­просы могли производиться по несколько раз. Прочие доказатель­ства, по Своду, были: письменные доводы, личный осмотр, показа­ния сведущих людей, показания свидетелей, повальный обыск и оговор. Свидетелю перед допросом давалась очная ставка с обви­няемым для удостоверения личности и для отвода; сам допрос сви­детеля производился в отсутствие прочих прикосновенных лиц и порознь, но для устранения разноречий допускались очные ставки. Протоколы подписывались следователем, обвиняемым и депутата­ми. Оконченное следствие немедленно отсылалось в суд; при этом следователи отнюдь не должны были высказывать мнение или за­ключение по делу.

А.Ф. Кони так характеризует полицейское следствие: «Безот­четный произвол, легкомысленное лишение свободы, напрасное производство обысков, отсутствие ясного сознания о действитель­ном составе преступления, неумелость и нередко желание "покор­миться", "выслужиться" или "отличиться" были характерными признаками производства таких следствий, причем ввиду того, что собственное признание обвиняемого считалось законом за "лучшее доказательство всего света", бывали случаи добывания его истяза­ниями и приемами замаскированной пытки»¹.

После завершения дело поступало в суд. Ознакомление членов суда с делом происходило путем изготовления так называемых «вы­писок из дела». В случае необходимости суд мог потребовать до­полнения дела справками и иными документами, а в случае обна­ружения крайней неполноты следствия — предписать произвести Дополнительное следствие. Судебное разбирательство было неглас­ным не только для посторонней делу публики, но и для сторон; не было речи и о представителях их, однако обвиняемому предостав­лялось право отвода судей, притом не только по указанным в зако­не причинам, а также по иным, «о которых разумный судья сам рассудить может, ибо законами всех их определить в подробности невозможно».

Обычно суд, выслушав докладную записку, немедленно присту­пал к постановлению приговора; по общему правилу на рассужде­ние полагалось не более трех часов; в случае разногласия в подан­ных мнениях производилось «словесное прение», и дело решалось большинством голосов. Если судьи рассуждали несогласно с зако­нами, то секретарь суда, не имевший решающего голоса, обязан был представить им о том «с должной благопристойностью». Самое решение судей не основывалось на их убеждении в доказанности того или иного факта, а на подсчете установленных доказательств по правилам, предписанным в самом законе.

Свод воспроизвел все основные черты легальной теории доказа­тельств «Краткого изображения процессов». Но, поскольку основ­ное средство получения сознания обвиняемого — пытка — было исключено, составители Свода развили доказательственную систему положениями, заимствованными из немецкого розыскного процес­са. Эти положения должны были определить силу каждого из видов доказательств и различных их комбинаций. Вместе с тем эта систе­ма должна была неизбежно привести к расширению применения третьего вида приговора — оставления в подозрении, поскольку без пытки трудно было при плохом качестве следствия получить со­вершенные доказательства виновности подсудимого².

Все доказательства по Своду разделяются на совершенные и не­совершенные; совершенным доказательством почитается то, кото­рое «исключает всякую возможность к показанию невиновности подсудимого», а несовершенным — всякое доказательство, «не ис­ключающее возможности к показанию невиновности подсудимого», то есть оставляющее какое-либо сомнение. Одно совершенное до­казательство признается достаточным для обвинения, а «одно несо­вершенное доказательство виновности вменяется только в подозре­ние», но несколько несовершенных доказательств в совокупности могут составить совершенное доказательство.

К совершенным доказательствам принадлежат:

1. собственное признание, которое «есть лучшее свидетельство всего света»;

2. письменное доказательство, признанное тем, против кого оно представлено;

3. личный осмотр;

4. свидетельство сведущих людей, то есть заключение экспер­тов; под ними закон понимал только «медицинских чиновников»;

5. согласное показание двух свидетелей, не отведенных подсу­димым, если против этих показаний не будет представлено подсу­димым достаточных опровержений.

Несовершенные доказательства составляют:

1. внесудебное признание обвиняемого, подтвержденное свиде­телями;

2. оговор подсудимым посторонних лиц;

3. повальный обыск (то есть массовый опрос жителей данной местности о личности и образе жизни обвиняемого);

4. показание одного свидетеля об определенном факте;

5. улики или признаки в совершении преступления.

Обвинительный приговор мог быть постановлен только при на­личии совершенных доказательств. Если совершенных доказательств не добыто, однако против подсудимого имелись некоторые улики, то, судя по тяжести их и по роду обвинения, предписывалось:

1. или оставлять подсудимого в подозрении, более или менее сильном, и при открытии новых доказательств подсудимый мог быть привлечен к суду по тому же делу;

2. или отдавать подсудимого под надежное поручительство в добром впредь поведении, но нововведение состояло в том, что и оно сопровождалась оставлением в подозрении;

3. или же брать у него присягу для очищения от подозрения.

Оправдательный приговор мог быть вынесен при полном отсут­ствии улик.

По статистическим сведениям Министерства юстиции, при действии сводного законодательства судебными местами постанов­лялось приговоров обвинительных только 12,5%, остальные же 87,5% приходились главным образом об оставлении в подозрении¹.

Пересмотр приговоров первой инстанции имел место в ревизи­онном порядке и по жалобам.

Право апелляционной жалобы было по Своду очень ограниче­но. Только жалобы осужденных по маловажным делам, не подле­жащим ревизионному пересмотру, приостанавливали приговор и рассматривались вышестоящим судом. Люди «подлого звания», то есть не изъятые от телесного наказания, могли жаловаться на при­говор палаты в Сенат лишь после исполнения над ними приговора, то есть когда они уже подверглись телесному наказанию и были сосланы в Сибирь. При этом, если Сенат признавал такую жалобу осужденного неосновательной, жалобщик подвергался дополни­тельному телесному наказанию.

Основным видом пересмотра была ревизия, при которой дела вос­ходили в высшие инстанции либо прямо в силу веления закона, либо при несогласии губернатора или прокурора с приговорами, а в Сенате и при расхождении во мнениях между сенаторами или сенаторами и министром юстиции. Ревизионными инстанциями были департаменты Сената, общее собрание Сената и Государственный совет.

И в апелляционном, и тем более в ревизионном порядке дела пересматривались без вызова осужденных и рассмотрения подлин­ных материалов дела, исключительно на основании новых «выпи­сок» и докладов. Во второй инстанции решение писал или товарищ председателя, или секретарь; все прочие члены только подписывали заготовленное решение, не читая дела и даже доклада. Такой поря­док пересмотра дел и множественность инстанций влекли длитель­ную волокиту. Она еще более усиливалась тем, что закон допускал отдельное рассмотрение рядом высших инстанций жалоб по част­ным вопросам дела. Очень часто решение судом высшей инстанции частного вороса влекло обращение всего производства в низшую инстанцию, а затем дело опять восходило во все высшие инстан­ции. При таком порядке производства мало-мальски сложные дела тянулись не только годами, но и десятилетиями.

Список источников и литературы

Источники

1. Указ от 21 февраля 1697 г. // Российское законодательство X—XX вв.: в 9 т. Т. 4. Законодательство периода становления абсолютизма. М.: Юридическая литература, 1986. С. 394—400.

2. Краткое изображение процессов или судебных тяжб // Российское за­конодательство X—XX вв.: В 9 т. Т. 4. Законодательство периода станов­ления абсолютизма. М.: Юридическая литература, 1986. С. 404—450.

3. Указ о форме суда от 05 ноября 1723 г. // Российское законодатель­ство X—XX вв.: В 9 т. Т. 4. Законодательство периода становления абсолютизма. М.: Юридическая литература, 1986. С. 451—460.

4. Учреждения для управления губерний Всероссийской империи // Российское законодательство X—XX вв.: В 9 т. Т. 5. Законодатель­ство периода расцвета абсолютизма. М.: Юридическая литература, 1987. С. 167-320.

5. Устав Благочиния или Полицейский от 08 апреля 1782 г. // Россий­ское законодательство X—XX вв.: В 9 т. Т. 5. Законодательство пе­риода расцвета абсолютизма. М.: Юридическая литература, 1987. С. 321-414.

6. Императрица Екатерина Вторая. Наказ, данный Комиссии о сочи­нении проекта нового Уложения / Под редакцией и с предисловием В.А. Томсинова; Библиография: профессора У.Э. Батлера. М., 2008.

7. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных // Российское законодательство X—XX вв.: В 9 т. Т. 5. Законодательство первой по­ловины XIX века. М.: Юридическая литература, 1988. С. 160—400.

8. Кутафин О.Е. Судебная власть в России: история, документы: В 6 т. / О.Е. Кутафин, В.М. Лебедев, Г.Ю. Семигин. М„ 2003. Т. 2: Период абсолютизма.

9. Кутафин О.Е. Судебная власть в России: история, документы: В 6 т. / О.Е. Кутафин, В.М. Лебедев, Г.Ю. Семигин. М., 2003. Т. 3: От Сво­да законов к судебной реформе 1864 г.

Ю. Законодательство Екатерины I и Петра II / Сост., автор предисло­вия и биографического очерка В.А. Томсинов. М., 2009.

П. Законодательство императрицы Анны Иоанновны / Сост., автор предисловия и биографического очерка В.А. Томсинов. М., 2009.

'2. Законодательство императрицы Елизаветы Петровы / Сост., автор предисловия и биографического очерка В.А. Томсинов. М., 2009.

13. Законодательство императора Павла 1 / Сост., автор предисловия и биографического очерка В.А. Томсинов. М., 2008.

Литература

1. Архипов ИВ. Коммерческое судоустройство и судопроизводство России в XIX веке: проблемы модернизации. Саратов, 1999.

2. Бабенко В Н. Судебная система России: История и современность. М„ 2005.

3. Бабенко В.Н. История суда России (IX — начало XXI в.): Моногра­фия / В.Н. Бабенко, И.П. Слободянюк. М., 2005.

4. Бабин М.В. Государственные учреждения XVIII в.: Комиссии пет­ровского времени. М., 2003.

5. Беляев И.Д. История русского законодательства. Серия: Мир куль­туры, истории и философии. СПб., 1999.

6. Белякова Е.В. Церковный суд и проблемы церковной жизни. М.: МГГУ, 2004.

7. Власов В.И. История судебной власти в России. Книга первая (1019-1917). М„ 2003. '

8. Власов В.И. История судебной власти в России. Книга вторая (1917-2003). М„ 2004. "

9. Владимирский-Буданов В.Ф. Обзор истории русского права. Рос- тов/н-Д: «Феникс», 1995.

10. Дмитриев Ф.М. История судебных инстанций и гражданского апел­ляционного судопроизводства от Судебника до Учреждения о губер­ниях. М.: Т-во типогр. А.И. Мамонтова, 1859.

И. Ерошкин Н.Н. История государственных учреждений дореволюци­онной России. 2-е изд., испр. и доп. М., 1968.

12. Ефремова Н.Н. Судоустройство в России в XVIII — первой полови­не XIX в. (Историко-правовое исследование). М., 1993.

13. Ефремова Н.Н. Судоустройство Российской Империи XVIII — на­чала XX в. М., 1996.

14. Ефремова, Н.Н. Становление и развитие судебного права в России XVIII — начала XX в. (историко-правовое исследование). М.: РУДН, 2007.

15. Захаров В В. Будет исполнено! Организационно-правовые основы становления и функционирования института судебных приставов в дореволюционной России (1864—1917 гг.). Курск: КГУ, 2007.

16. Захаров В В. Суд и институт исполнения судебных решений по граж­данским делам в Российской империи первой половины XIX столе­тия: законодательные основы и проблемы их практической реали­зации (историко-правовое исследование). Курск: КГУ, 2008.

17. Захаров В В. Основные способы исполнения судебных решений по российскому законодательству первой половины XIX столетия // Право и политика. 2008. № 6.

18. Захаров В.В. Словесные суды в системе отечественной гражданской юрисдикции первой половине XIX в. // История государства и пра­ва. 2008. № 15.

19. Захаров ВВ. Специальные гражданские суды в России в первой половине XIX столетия // Российский судья. 2008. № 8.

20. Захаров В В. Личное задержание как мера принудительного испол­нения по российскому законодательству XIX столетия // Право и государство: теория и практика. 2008. № 8.

21. Захаров В В. Правовое регулирование формирования отечественного судейского корпуса в первой половине XIX столетия (на примере ор­ганов гражданской юрисдикции) // Право и политика. 2008. № 9.

22. Захаров В.В. Кризис суда «по форме» в первой половине XIX столе­тия // Право и государство: теория и практика. 2008. № 9.

23. Захаров В.В. Инстанционная система общих гражданских судов в России первой половины XIX столетия // Право и политика. 2008. № 10.

24. Захаров В.В. Правовое регулирование обращения взыскания на пе­риодические выплаты, получаемые должником в России в XVII — начале XX в. // История государства и права. 2008. № 21.

25. Захаров В В. Практика отечественного исполнительного производ­ства в первой половине XIX столетия // Практика исполнительного производства. 2008. № 6.

26. Исаев И.А. История России: Правовые традиции. М.: ЮКИС, 1995.

27. Исаев И.А. История России: Традиция государственности. М.: ЮКИС, 1995.

28. Исаев И.А. История государства и права России. М.: ТК Велби: Проспект, 2004.

29. История судебных учреждений России: Сборник обзоров и рефера­тов / Главн. ред. Ю.С. Пивоваров. М., 2004.

30. Камбек Л. Опыт начертания гражданского судопроизводства по российским законам. Казань. 1848.

31. Каменский А.Б. От Петра I до Павла I: Реформы в России XVIII века: Опыт целостного анализа. М.: РГГУ, 2001.

32. Кодан С.В. Юридическая политика Российского государства в 1800—1850-е годы: деятели, идеи, институты. Екатеринбург: УрАГС, 2005.

33. Латкин В Н. Учебник истории русского права периода империи (XVIII—XIX вв.) / Под ред. и с предисл. В.А. Томсинова. Серия: Русское юридическое наследие. М., 2004.

34. Лонская С.В. Российские судебные реформы XVIII—XX века: учеб. пособие. Калининград: Изд-во Калинингр. гос. ун-та, 2003.

35. Мигунова Т.Л. Право, администрация и суд в реформах Екатерины Великой. СПб., 2002.

36. Мигунова Т.Л. Российский суд во второй половине XVIII в. / Науч. ред. В.Б. Романовской. Н. Новгород, 2001.

37. Министерство юстиции за сто лет. 1802—1902. М.: Спарк, 2001.

38. Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII — начало XX в.). Генезис личности, демократической семьи, гражданско­го общества и правового государства: в 2 т. Т. 2. СПб.: Дмитрий Бу- ланин, 1999.

39. Петухов Н.А. История военных судов России. М., 2003.

40. Развитие русского права во второй половине XVII — XVIII в. / Н.Н. Ефремова, И.А. Исаев, И.С. Штамм; отв. ред.: Е.А. Скрипи- лев. М.: Наука, 1992.

41. Развитие русского права в первой половине XIX в. / Отв. ред. Е.А. Скрипилев. М.: Наука, 1994.

42. Слободянюк И.П. Суд и закон в Российской империи (вторая поло­вина XVIII — первая половина XIX в.): Монография. М., 2005.

43. Судебная реформа / Под ред. Н.В. Давыдова, Н.Н. Полянского. Т. I. М.: Книгоиздательство «Объединение», 1915.

44. Судебная реформа / Под ред. Н.В. Давыдова, Н.Н. Полянского. Т. П. М.: Книгоиздательство «Объединение», 1915.

45. Уортман Р.С. Властители и судии: Развитие правового сознания в императорской России. М., 2004.

46. Филиппов М.А. Судебная реформа в России. СПб., 1871.

47. Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права: Очер­ки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах. СПб., 1995.

48. Омельченко О.В. Власть и Закон в России XVIII в.: Исследования и очерки. М., 2004.

49. Троцина К. История судебных учреждений России. СПб., 1851.

50. Юшков С.В. История государства и права России (IX—XIX вв.). Ростов н/Д: Феникс, 2003.

Задания для самостоятельной работы

Темы контрольных работ

1. Судебная реформа Петра 1.

2. Судебные преобразования во второй четверти XVIII в.

3. Судебная реформа Екатерины II.

4. Программа реформирования отечественного правосудия в Наказе Екатерины II.

5. Сравнительный анализ судебных преобразований Петра I и Екатерины II.

6. Сочетание отечественного и зарубежного опыта судебного рефор­мирования в судебной политике XVIII в.

7. Судебные преобразования Павла I.

8. Судебные преобразования Александра I.

9. Судебные преобразования Николая I.

10. Складывание системы судебного управления в России в XVIII в.

11. Судебное управление в России в первой половине XIX в.

12. Учреждение коммерческих судов как способ преодоления недостат­ков судебной системы.

13. Указ от 5 ноября 1723 г. «О форме суда» и его значение для отече­ственного процессуального права.

14. Розыскной процесс в XVIII в.

15. Совестный суд в России: причины создания, значение.

16. Проблема разделения уголовного и гражданского процессов в XVIII в.

17. Особенности российского гражданского процесса XVIII в.

18. Систематизация законодательства о судоустройстве и судопроизвод­стве в первой половине XIX в.

19. Эволюция системы судов общей юрисдикции в XVIII — первой по­ловине XIX в.

20. Эволюция системы специальных судов в XVIII — первой половине XIX в.

21. Основные судоустройственные проблемы, выявившиеся к середине XIX в.: содержание и пути устранения.

22. Проблемы эффективности судебного процесса, выявившиеся к се­редине XIX в.: содержание и пути устранения.

23. Причины доминирования следственной формы процесса в Россий­ской империи в XVIII — первой половине XIX в.

Контрольные тесты к модулю II

I- Высшая судебная власть в Российской империи принадлежала

а) императору;

б) юстиц-коллегии;

в) священному синоду;

г) Сенату.

2. Судебная система Российской империи XVIII в. характеризовалась

а) отсутствием надзорных инстанций;

б) отделением судебной власти от административной;

в) большим количеством органов, наделенных судебными функциями;

г) строгой иерархией судебных учреждений.

2. Судебные учреждения, созданные Петром I, отличались

а) единоначалием;

б) коллегиальностью;

в) бессословным характером;

г) отсутствием контроля со стороны вышестоящих органов.

2. Главой коллегии являлся

а) сенатор;

б) генерал-прокурор;

в) обер-фискал;

г) президент;

2. Сенат был учрежден в...

а) 1700 году;

б) 1709 году;

в) 1711 году;

г) 1721 году.

2. Основной функцией созданной при Петре I прокуратуры было:

а) надзор за исполнением законов всеми органами государственной власти;

б) ведение следствия по особо важным политическим делам;

в) представлять государственное обвинение в суде;

г) представлять Российскую империю на международной арене.

2. Апелляционной инстанцией для надворных судов был(а)

а) Расправная палата;

б) Юстиц-коллегия;

в) Синод;

г) Городской магистрат.

2. В качестве суда первой инстанции юстиц-коллегии были подсудны:

а) политические преступления;

б) любые преступления, наказанием за которые являлась смертная казнь;

в) гражданско-правовые споры городского населения;

г) налоговые преступления.

2. Вотчинная коллегия рассматривала дела...

а) о земельных спорах между дворянами;

б) о земельных владениях на территории Российского государства иностранцами;

в) о незаконной купле-продаже посессионных крестьян;

г) по налоговым недоимкам.

2. В компетенцию Мануфактур-коллегии входили дела...

а) о назначении пенсий рабочим по болезни и старости;

б) по вексельным обязательствам владельцев мануфактур;

в) о преступлениях, совершенных рабочими мануфактур;

г) по негаторным искам, предъявляемых государством к владельцам мануфактур.

2. Камер-коллегии были подсудны преступления, ...

а) касающиеся порядка дворцовой службы;

б) направленные против интересов казны;

в) связанные с нарушениями караульной службы;

г) связанные с невыполнением денежных обязательств.

2. Коммерц-коллегия разрешала споры

а) торговые;

б) земельные;

в) налоговые

г) по возмещению вреда.

2. В юрисдикцию магистратского суда входило:

а) крестьянское население волости;

б) городское посадское население;

в) государственные служащие, ниже VIII класса;

г) несовершеннолетние.

2. Высшей инстанцией церковного суда стал(а)

а) Монастырский приказ;

б) Монастырская коллегия;

в) Юстиц-коллегия;

г) Синод.

2. Созданные Петром I судебные органы — кригсрехты — осуществляли суд над

а) крепостными крестьянами;

б) посессионными крестьянами;

в) военными;

г) иностранцами.

2. Нижним судам были подведомственны дела по

а) уголовным преступлениям, совершенным дворянами и крестья­нами, а также по гражданским спорам между дворянами;

б) виндикационным искам дворян и крестьян;

в) межевым спорам между дворянами;

г) преступлениям, за которые полагалась смертная казнь или ссыл­ка на каторгу.

2. В качестве первой инстанции Надворные суды рассматривали

а) семейные дела

б) дела о государственных преступлениях;

в) дела о церковных преступлениях, за которые полагалась смертная казнь;

г) дела по доносам фискалов;

2. Общий суд над крепостными крестьянами осуществлял(а)

а) надворный суд;

б) помещик;

в) Волостная коллегия;

г) Вотчинная коллегия.

2. Семейные споры, касающиеся бракоразводных процессов, незаконно­рожденных детей, находились в юрисдикции...

а) ювенальной юстиции;

б) Юстиц-коллегии;

в) церковной юстиции;

г) надворных судов.

2. В компетенцию Преображенского приказа входили преступления...

а) государственные;

б) воинские;

в) экономические;

г) особо тяжкие против личности.

2. Административно-судебная реформа Екатерины II была проведена в...

а) 1767 году;

б) 1769 году;

в) 1775 году;

г) 1785 году.

2. Судебная система Российской империи в последней трети XVIII — на­чале XIX в. характеризовалась:

а) сословным характером судебных учреждений;

б) отделением судебных органов от администрации;

в) бессословностью судебных учреждений;

г) наличием только высших апелляционных инстанций.

2. К центральным судебным органам по судебной реформе Екатерины II НЕ относился(ась)

а) император;

б) Сенат;

в) Юстиц-коллегия;

г) Верхний земский суд.

2. В компетенцию Уездного суда входили:

а) все уголовное и гражданские дела, рассматриваемые в уезде;

б) уголовные и гражданские дела, касающиеся уездного дворянства;

в) малозначительные гражданские и уголовные дела, возникающие

в уезде;

г) гражданско-правовые споры, возникающие между российскими и иностранными купцами.

2. Действовавшая при суде дворянская опека рассматривала дела...

а) о долговых обязательствах дворян;

б) об имуществе дворянских вдов и несовершеннолетних детей;

в) о наследственных спорах между дворянами;

г) по земельным спорам между дворянами.

2. Заседания Верхнего земского суда проходили

а) совместно с дворянским собранием — один раз в три года;

б) постоянно;

в) в сессионном порядке — три сессии в год;

г) один раз в год.

2. Решения по уголовным делам, вынесенные губернским магистратом, требовали утверждения...

а) Верхнего земского суда;

б) Губернского магистрата;

в) Верхней расправы;

г) Палаты уголовных дел губернского правления.

2. Апелляционной инстанций для Нижней расправы являлся(ась)

а) Верхняя расправа;

б) Верхний земский суд;

в) Нижний земский суд;

г) Губернский магистрат.

2. Совестный суд рассматривал дела...

а) о религиозных преступлениях;

б) гражданские дела между дворянами;

в) гражданские дела в порядке примирительной процедуры и дело об уголовных преступлениях, совершенных сумасшедшими, не­совершеннолетними;

г) уголовные дела, наказанием за которые были штраф, порицание и т.д., а также гражданско-правовые споры с суммой иска не бо­лее 100 рублей.

2. Заседатели губернского магистрата занимали свои должности путем...

а) назначения губернатором;

б) назначения Юстиц-коллегии по представлению губернатора;

в) выборов из всех жителей губернии;

г) выборов из купцов и мещан губернского города.

2. Верхние и нижние расправы, губернские магистраты, совестные суды были ликвидированы в...

а) 1796 году;

б) 1797 году;

в) 1798 году;

г) 1799 году.

2. Ратгаузы были созданы в...

а) 1797 году;

б) 1798 году;

в) 1799 году;

г) 1800 году.

2. Круг лиц, подведомственных университетскому суду:

а) студенты и преподаватели;

б) чиновники и служащие учебного округа;

в) студенты и преподаватели, чиновники и служащие учебного ок­руга;

г) преподаватели, чиновники и служащие учебного округа.

2. Система горных судов включала:

а) горного начальника, горные гражданские суды, Сенат;

б) горного начальника, горные гражданские суды, Уральское горное правление, Сенат;

в) горного начальника, горные гражданские суды, Уральское горное правление;

г) горные гражданские суды, Уральское горное правление, Сенат.

2. Первый коммерческий суд был открыт в...

а) Одессе;

б) Москве;

в) Петербурге;

г) Варшаве.

2. Государственный деятель, осуществивший систематизацию российско­го законодательства во второй четверти XIX в., ...

а) Д.Н. Блудов;

б) К.Н. Панин;

в) А.А. Аракчеев;

г) М.М. Сперанский.

2. Сборник, представлявший хронологическую инкорпорацию российского законодательства, это — ...

а) Собрание узаконений и распоряжений Российской империи;

б) Свод законов Российской империи;

в) Полное собрание законов Российской империи;

г) Собрание законодательства Российской империи.

2. Официальный источник действующего законодательства после систе­матизации М.М. Сперанского:

а) Собрание узаконений и распоряжений Российской империи;

б) Свод законов Российской империи;

в) Полное собрание законов Российской империи;

г) Собрание законодательства Российской империи.

2. Университетские суды были ликвидированы в

а) 1825 году;

б) 1832 году;

в) 1835 году;

г) 1837 году.

2. Ученое заведение, специализировавшееся на подготовке кадров для практической судебной деятельности, это — ...

а) Демидовский лицей;

б) Училище правоведения;

в) Военно-юридическая академия;

г) Царскосельский лицей.

2. Содержание изменений в профессиональном правосознании к середине XIX в., ставшие результатом судебной политики Николая I:

а) замена военными гражданских чиновников в судах;

б) появление группы людей, отрицавших ценность деятельности по отправлению правосудия;

в) исчезновение профессионалов из судебного ведомства;

г) появление группы людей, рассматривавших деятельность по от­правлению правосудия как призвание.

2. К видам производств в вотчинном судопроизводстве относилось:

а) бесспорное, спорное;

б) бесспорное, спорное, апелляционное, следственное;

в) бесспорное, следственное;

г) апелляционное, следственное.

2. Главные виды производств в дореформенном гражданском процессе:

а) бесспорное, спорное, по долговым обязательствам, по искам об обидах и убытках;

б) бесспорное, спорное, апелляционное, следственное;

в) по делам вотчинным, казенным, по долговым обязательствам, по искам об обидах и убытках;

г) по долговым обязательствам, по искам об обидах и убытках.

2. Количество особых производств в дореформенном гражданском про­цессе составляло

Введение 1

Рабочая учебная программа дисциплины История судебной системы России 4

Пояснительная записка 4

Модуль I 14

Тема 1 17

Суд, судебная власть: ] 17

генезис и эволюция 17

Тема 2 38

Судебная власть: понятие, сущностные характеристики 38

Тема 3 67

Судебно-властное отношение: критерии эффективности 67

Тема 4 74

Судебные органы в Древнерусском государстве 74

4.1. Восстановление нарушенных прав на Руси в период возникновения государственности 74

4.2. Судопроизводство в Древнерусском государстве 76

Тема 5 80

Особенности суда в Новгороде и Пскове 80

5.1. Судные грамоты Новгорода и Пскова 80

5.2. Структура судебных органов в Новгороде и Пскове 81

Тема 6 85

Судебная власть в Московском государстве 85

6.1. Развитие судебного законодательства в XIV—XVI вв. 85

6.2. Соборное Уложение 1649 г. 87

Тема 7 88

Система судебных органов в Московском государстве 88

7.1. Боярская дума и Расправная Палата 88

7.3. Церковный суд 91

7.5. Участие населения в суде 92

Тема 8 92

Судебный процесс в Московском государстве 92

8.1. Организация судопроизводства и подсудность 92

8.2. Суд 93

8.4. Исполнение судебных решений 95

Список источников и литературы 96

Задания для самостоятельной работы 98

Тема 9 108

Судебные органы Российской империи в XVIII — первой половине XIX в. 108

9.1. Принципы организации судебной системы в России в конце XVII — первой половине XVIII в. 108

9.2. Высшие судебные учреждения 108

9.3. Центральные судебные учреждения 109

9.4. Местные судебные учреждения 111

9.5. Изменения в судебной системе во второй четверти XVIII в. 112

Тема 10 115

Развитие судебной системы во второй половине XVIII — начале XIX в. 115

10.1. Судебная реформа Екатерины II 115

10.2. Изменения в судебной системе в 1796—1800 гг. 118

10.3. Судебные преобразования в первой половине XIX в. 119

Тема 11 196

Судебный процесс в XVIII — первой половине XIX в. 196

11.1. Гражданское судопроизводство 196

11.2. Уголовный процесс 204

Список источников и литературы 209

Задания для самостоятельной работы 211

Тема 12 224

Великая судебная реформа в 60-х годах XIX в. 224

12.1. Проекты реформы суда 224

12.2. Судоустройство в Российской империи по законам 1864 г. 225

12.3. Институт судей 227

Тема 13 228

Специальные суды в России второй половины XIX — начала XX в. 228

13.1. Крестьянские суды 228

13.2. Коммерческие суды 230

13.4. Церковный суд 232

Тема 14 234

Развитие гражданского судопроизводства в России 234

14.1. Реформирование гражданского процесса в общих судах 234

14.3. Исполнительное производство по Уставу гражданского судопроизводства 1864 г. 240

Тема 15 245

Развитие уголовного процесса в России во второй половине XIX в. 245

15.1. Уголовное судопроизводство 245

15.2. Устройство суда присяжных 245

15.3. Судопроизводство с участием присяжных заседателей 248

Тема 16 254

Судебная система России в начале XX в. 254

16.1. Совершенствование законодательства в начале XX в., новые организационные формы правосудия 254

16.2. Разработка нового Уголовного уложения 254

16.3. Положение о военно-полевых судах 255

16.4. Попытка восстановления института мировых судей 255

16.5. Воссоздание военно-полевых судов 256

16.6. Российский суд в феврале-октябре 1917 г. 256

список источников и литературы 258

Задания для самостоятельной работы 261

■ 347

Тема 17 349

Реформирование судебной системы после Октября 1917 г. 349

17.1. Создание основ советского права 349

117.2. Ликвидация старой системы судопроизводства и создание новой 349

17.3. Стихийное возникновение революционных судов 350

17.4. Декрет о суде № 1 350

17.5. Декрет о суде № 2 351

17.6. Декрет о суде № 3 352

Тема 18 354

Развитие советского права в период Гражданской войны 354

18.1. Общие тенденции в становлении советского права 354

18.2. Уголовное право 354

Тема 19 356

Судебная система Советского государства в 1920—1930-е годы 356

19.1. Судебная реформа 1922 г. 356

19.2. Новая судебная система 356

19.3. Судейские кадры 356

19.4. Специальные сессии суда 357

19.5. Губернские суды 358

19.6. Создание советской прокуратуры 358

19.7. Становление советской адвокатуры 359

Тема 20 360

Развитие советского права в 1920—1930-е годы 360

20.1. Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. 360

20.2. Исправительно-трудовой кодекс РСФСР 1924 г. 362

20.3. Процессуальное право 363

20.4. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР 363

20.5. Развитие судебной системы в 1920—1930-е годы 364

20.6. Уголовное право и уголовный процесс в период репрессий 366

Тема 21 367

Судебные органы СССР в период Великой Отечественной войны 367

21.1. Советское право в период Великой Отечественной войны 367

21.2. Расширение подсудности и укрепление системы военных трибуналов 368

21.3. Развитие судебного права в годы войны 368

21.4. Судебное управление в годы войны 370

Тема 22 372

Судебная система в СССР во второй половине 1940-х — конце 1980-х годов 372

22.1. Развитие советского права 372

22.2. Кодификация советского законодательства 373

22.3. Перестройка судебной системы 374

22.4. Развитие правовой системы в период перестройки 375

Тема 23 377

Конституционные основы судебной власти в Российской Федерации 377

23.1. Институт судебной власти в постсоветской России 377

23.2. Развитие законодательства Российской Федерации о судебной системе 382

23.3. Реформа принудительного исполнения 1997 г. 385

23.4. Ход судебной реформы России в 2002—2006 гг. 386

Список источников и литературы 446

Задания для самостоятельной работы 453

2. Основная проблема, порожденная многочисленностью видов произ­водств в дореформенном гражданском процессе, это — ...

а) споры о доказательствах;

б) споры о подсудности;

в) многочисленность кассационных жалоб;

г) нежелание населения обращаться в суд.

2. Основной стадией дореформенного гражданского процесса являлось

а) досудебное производство;

б) исполнение судебного решения;

в) обжалование судебного решения;

г) судебное разбирательство.

2. Докладная записка в дореформенном гражданском процессе — это...

а) документ, содержавший изложение всего хода процесса;

б) документ, заменявший исполнительный лист;

в) документ, содержавший обжалование судебного решения;

г) протокол судебного заседания.

2. В дореформенном торговом судопроизводстве доминировало

а) письменное производство;

б) устное производство;

в) смешанный вид производства;

г) письменное и устное производства были распространены в рав­ной степени.

2. Форма дореформенного гражданского процесса — ...

а) следственная;

б) инквизиционная;

в) смешанная;

г) состязательная.

2. Кодификация законов и принятие нового Уложения было поручено

а) II Отделению собственной его величества канцелярии;

б) Министерству юстиции;

в) Сенату;

г) Государственному совету.

2. Итогом кодификации уголовного законодательства стало...

а) опубликование 15 томов Свода законов Российской империи;

б) опубликование 45 томов Полного собрания законов Российской империи;

в) принятие «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных»;

г) принятие проекта М.М. Сперанского «Об основах судебных и правительственных учреждений в России».

2. Судебный процесс первой половины XIX в. НЕ характеризовался

а) невозможностью обжалования приговора;

б) применением только письменных доказательств;

в) использованием теории формальных доказательств;

г) наличием состязательности сторон.

2. Систем наказаний по Уложению 1845 г. НЕ включала

а) уголовные;

б) исправительные;

в) дополнительные;

г) надзорные.

2. Промежуточная форма уголовных приговоров «об оставлении в подоз­рении» появилась в правление...

а) Петра I

б) Екатерины I;

в) Екатерины II;

г) Павла I.

2. Стадии дореформенного уголовного процесса:

а) следствие, суд, исполнение приговора;

б) следствие, суд, обжалование, исполнение приговора;

в) дознание, следствие, суд, исполнение приговора;

г) следствие, дознание, суд, исполнение приговора.

2. К органам, рассматривавшим уголовные дела в ревизионном порядке, относились:

а) палата уголовного суда, Сенат, Государственный совет;

б) палата уголовного суда, коммерческий суд, Сенат, Государствен­ный совет;

в) палата уголовного суда, совестный суд, Сенат, Государственный совет;

г) палата уголовного суда, Сенат, Государственный совет, император.

2. Обжалование приговоров суда в Сенат лицам непривилегированных сословий было разрешено в...

а) 1823 году;

б) 1825 году;

в) 1832 году;

г) 1855 году.

2. Стадии следствия в дореформенном уголовном процессе:

а) 1) дознание, 2) следствие;

б) 1) дознание, 2) розыск;

в) 1) предварительное, 2) формальное;

г) 1) оконченное, 2) неоконченное.

2. Виды доказательств по Своду законов:

а) совершенные и несовершенные;

б) прямые и косвенные;

в) официальные и неофициальные;

г) полные и неполные.

2. Теория формальных доказательств была направлена на...

а) обеспечение интересов купечества;

б) обеспечение интересов дворянства;

в) ограничение прав низших слоев населения;

г) исключение произвола судей.

Контрольные вопросы к модулю II

1. Состояние судебной системы и отечественного правосудия к концу

1. в.

   1. Цели, основные этапы и особенности судебной реформы Петра I.

   2. Основные принципы организации и функционирования судебной системы в начале XVIII в.

   3. Характеристика высших судебных учреждений в России начала

18. в.

    5. Характеристика центральных судебных учреждений в России начала XVIII в.

6 Структура местных судебных учреждений в России начала XVIII в.

7. Гражданское судопроизводство в начале XVIII в.

8. Российский уголовный процесс в начале XVIII в.

9. Сенат и Юстиц-коллегия: проблемы организации судебного управ­ления в России.

10. Изменения в судебной системе и судопроизводстве в период прав­ления Екатерины I и Петра II. П. Изменения в судебной системе и судопроизводстве в период прав­ления Анны Ивановны.

12. Изменения в судебной системе и судопроизводстве в период прав­ления Елизаветы Петровны и Петра III.

13. Причины судебной реформы Екатерины II.

14. Структура судов по Учреждению для управления губерниями.

15. Изменения в судебной системе и судопроизводстве в период прав­ления Павла I.

16. Изменения в судебной системе и судопроизводстве в период прав­ления Александра I.

17. Изменения в судебной системе и судопроизводстве в период прав­ления Николая I.

18. Общая характеристика гражданского судопроизводства конца XVIII — начала XIX в.

19. Общая характеристика уголовного судопроизводства конца XVIII — начала XIX вв.

20. Систематизация российского законодательства второй четверти XIX в. и ее значение для отечественного правосудия.

21. Реформирование судебного управления в первой половине XIX в.

22. Министерство юстиции и его роль в совершенствовании судебной системы в первой половине XIX в.

23. Система формирования судейского корпуса в 1697—1775 гг.

24. Система формирования судейского корпуса в 1775—1864 гг.

25. Причины и масштабы заимствований зарубежного опыта при ре­формировании российского суда в XVIII — первой половине XIX вв.

26. Основные показатели кризиса российской юстиции в середине XIX в.

27. Влияние личностей российских правителей на состояние отечест­венного правосудия в XVIII — первой половине XIX в.

Ключи к тестам. Модуль II

1а	2в	36	4г	5в	6а	76	8г	9а	1 Ов
116	12а	136	14г	15в	16а	17г	186	19в	20а
21 в	22а	23г	246	256	26в	27г	28а	29в	ЗОг
31а	32г	ЗЗв	346	35а	36г	37в	386	39в	406
41 г	42г	43в	44а	456	46 г	47а	48а	49в	50а
51 в	52г	53г	54в	55а	56а	57а	58в	59а	60г

Модуль III

Судебная система Российской империи середины XIX — начала XX в.