2. Типология обществ. Модерн и постмодерн.

В 90-е годы в западной теоретической социологии центральное место занял вопрос о том, что представляет собой современное общество: является ли оно этапом в развитии общего "проекта модерна" или выходит за его рамки? Для социологии , которая как с точки зрения своего генезиса, так и в метатеоретическом отношении олицетворяет собой "дитя модерна", это в конечном счете вопрос о ее адекватности и обоснованности. Авторитетнейшие западные социологи выдвинули специально созданные в качестве альтернативы постмодернизму теории, которые описывают современную эпоху как этап, в котором все качества модерна находят свое полное воплощение и все тенденции получают максимальное развитие. Так, Ю.Хабермас ( Habermas J. 1986 ) говорит о незавершенности модернистского проекта, его не исчерпанном для нашего времени потенциале; он подчеркивает, что человечество должно держаться за выработанные модернизмом ценности демократического устройства и прав человека, дабы не оказаться погребенными деструктивными явлениями. Э.Гидденс ( Giddens A. 1990 ) называет новое общественное состояние "радикализированным модерном", "поздней современностью"; он считает, что наше время есть эпоха универсализации и радикализации модерна и постмодерн не преодолевает, а продолжает модерн.

Еще одна – новейшая – тенденция интерпретации современного мира связана с расширительным толкованием модерна. Традиционно модерн связывался (и исчерпывался!) с либеральной демократией. Теперь либерализм пытаются представить как лишь одну из версий модерна, помимо которой существуют и другие – нелиберальные, незападные версии. Эта тенденция, воплотившаяся в концепции "множественных современностей", нашла свое яркое выражение в выступлениях участников Конгресса Международного института социологии "Множественные современности в эру глобализации" Tel Aviv, Israel, July 11-15 1999. Multiple Modernities in an Era of Globalization. Таким образом, в западной теоретической социологии существует мощная тенденция переформулировать дискурс модерна фактически за счет включения в него проблематики постмодернизма. Однако сегодня дискурс модерна имеет совершенно иное содержание, чем то, которое он имел до создания постмодернистской теории.

• Прежде всего, пересматривается представление, что модерн – это идеал, к которому устремляется история и к которому следовало бы привести все человечество. Все чаще модерн воспринимается как то, что нужно превзойти во имя будущего, если мы хотим его иметь. Постмодернизм, по сути, - это само диагноз модерного Запада и предостережение остальному миру, признание существования пределов модерна, за которые не стоит выходить.

• Модернизм как мировоззрение уже не выглядит некоей предельной, "абсолютной" истиной, в сравнении с которой все остальные типы мировоззрений неизбежно попадают в разряд "предрассудков", подлежащих скорейшему искоренению. Постмодернистская идея культурного релятивизма и радикального плюрализма оказывается в этом отношении чрезвычайно плодотворной.

• Может быть, самое главное, что выражает постмодернизм, - это общее умонастроение, несущее на себе печать разочарования в идеалах и ценностях Возрождения и Просвещения. Эти идеалы больше не вдохновляют мир!

Главная проблема, как представляется, заключается в том, являются ли постмодерн и постмодернизм как его культурное выражение действительно новыми социальными и культурными формами или же они представляют собой лишь некие переходные явления, а реальное "общество после модерна" и соответствующее ему мироощущение еще впереди и их черты пока трудноуловимы.