Глава 7 Ограничения в отношении содержания

подозреваемого, в зависимости от характера преступления и обсто-

ятельств дела. Однако, в рассматриваемом случае австрийский суд

последней инстанции не сопоставил интересы Б., связанные с обна-

родованием его фотографий, с общественным интересом, удовлет-

воряемым публикацией этих фотографий; к тому же фотографии

обвиняемого печатались в ходе разбирательства и в других издани-

ях. ЕСПЧ пришел к выводу, что наложенный на заявителя штраф

не был «необходимым в демократическом обществе» и тем самым

означал нарушение права свободного выражения мнения.246

7.7.4. Критика судебных органов

Освещая судебные процессы, журналисты позволяют населению

убедиться, что судьи должным образом исполняют свои обязаннос-

ти. Вскрытием и критикой случаев ненадлежащих действий и судеб-

ных ошибок СМИ помогают здоровому функционированию систе-

мы правосудия, которая достойна доверия граждан. В силу этого

власти если и должны препятствовать критике суда в СМИ, то лишь

в исключительных случаях.

Как было показано в разделе 7.3, многие демократические государс-

тва не наделили государственные структуры правом подавать иски

о диффамации; к тому же, широко признано, что публичным ли-

цам надлежит мириться с большей мерой критики, нежели прос-

тым гражданам. Те же принципы должны быть применимы и к су-

дебной системе: ведь судебные органы – это органы государствен-

ной власти, а судьи избрали себе профессию, помещающую их в

поле общественного внимания.

ЕСПЧ не раз задавался вопросом о том, при каких обстоятельствах

орган массовой информации может быть привлечен к ответствен-

ности за диффамацию отдельного судьи. Забавно, что первое его

решение по этому поводу, по делу Barfod v. Denmark,247 вызвало чуть

ли не шквал критики. Гренландский журналист Барфод был нака-

246 Там же, пп. 57 - 60.

247 Решение от 22 февраля 1989 г., по Заявлению No. 11508/85.

Пособие по свободе слова для стран Центральной Азии

178

зан в уголовном порядке за публикацию статьи с утверждением, что

двое народных заседателей, слушавших дело против местных влас-

тей (своих работодателей), «исполнили свой долг», приняв решение

в их пользу. Это был намек, что те двое действовали предубежденно

и непрофессионально. ЕСПЧ согласился с тем, что к слушанию дела

не стоило привлекать заседателей, связанных с ответчиком трудо-

выми отношениями, но и постановил, что утверждение Барфода

было «не столько критикой решения суда, сколько ... ущемляющим

достоинство обвинением лично в адрес заседателей, которое могло

уменьшить уважение к ним в обществе и было высказано бездоказа-

тельственно».248 Суд пришел к выводу о том, что нарушения права

на свободу слова не было, несмотря на очевидный интерес и обеспо-

коенность общественности, возникшие после выхода статьи заяви-

теля.

В более позднем деле, Prager and Oberschlick,249 шла речь о журналис-

те, покаранным австрийским судом за диффамацию судьи обвине-

ниями в том, что он «заносчиво запугивает» и относится к каждому

подсудимому, «как будто он заранее осужден». ЕСПЧ признал, что

критика судебной системы исполняет важнейшую функцию в усло-

виях демократии и что свобода журналиста подразумевает «долю

преувеличения и даже провокативности».250 При этом Суд указал,

что судьи должны пользоваться доверием граждан и потому «быва-

ет необходимо защищать такое доверие от разрушительных и по су-

ществу безосновательных нападок».251 Пятью голосами против четы-

рех Суд постановил, что нарушения права свободы слова не было.

Решающим фактором оказалось неадекватное обоснование автором

статьи его утверждений о судье.

В решении по делу De Haes & Gijsels v. Belgium252 ЕСПЧ занял более

сильную позицию в отношении свободы слова. Заявители подверг-

248 Там же, п. 35.

249 От 22 марта 1995 г., по Заявлению No. 15974/90

250 Там же, п. 38.

251 Там же, п. 34.

252 Решение от 27 января 1997 г., по Заявлению No. 19983/92.

179