Глава 7 Ограничения в отношении содержания

частные сведения. Однако, частной жизни граждан угрожает не

только держава. В тех странах, где СМИ независимы и вынуждены

конкурировать за долю рынка, отдельные из них все чаще

неразборчиво прибегают к недобросовестным средствам поиска

«лакомых» сведений, отчего знаменитости и иные лица в поле

зрения публики вынуждены повсеместно остерегаться исподтишка

направленных на них всевидящих объективов.

Законы против диффамации лишь отчасти защищают он

напористых репортеров. Как отмечалось в разделе 7.3, цель создания

закона против диффамации состоит в том, чтобы защищать от

ложных сведений, наносящих ущерб репутации. Сведения, добытые

сованием носа в чужую личную жизнь, могут быть достоверны,

а если журналист что-то и переврал, не обязательно страдает чья-

то репутация. Одно из решений ЕСПЧ даже содержит подсказку

о том, что от государства может потребоваться принятие закона,

непосредственно защищающего физических лиц от посягательств

на их личную и семейную жизнь иными физическими лицами:

Суд снова указывает, что, хотя целью Ст. 8 является за-

щита личной жизни человека от вмешательств со сто-

роны государственных органов, ... эффективное обес-

печение такового может потребовать положительных

обязательств. Они могут предполагать принятие мер,

обеспечивающее уважение к личной жизни даже в сфе-

ре межличностных отношений.216

Заявительницей в этом деле выступала принцесса Монако Каролина.

Она жаловалась на непрестанное преследование репортерами жел-

той прессы, которая печатала снимки, запечатлевшие ее за обычны-

ми повседневными делами. Национальные суды Германии удов-

летворили иски принцессы частично, не разрешив опубликование

только тех фотографий, которые были сделаны не в публичных

местах. ЕСПЧ привел к выводов, что в эпоху специальной техни-

ки съемки «критерий пространственной изоляции ... на самом деле

слишком нечеток и труден для соблюдения».

216 Дело ЕСПЧ Von Hannover v. Germany, 24 июля 2004 г, по Заявлению No. 59320/00,

п. 57.

Пособие по свободе слова для стран Центральной Азии

164

Законы об охране личной и семейной жизни, по определению, уста-

навливают случаи, когда право на свободу слова подлежит ограни-

чению ради иного права человека – права на неприкосновенность

частной жизни. Иерархически ни одно из этих двух прав не выше

другого; преобладание одного из них зависит от конкретных обсто-

ятельств. По делу Von Hannover v. Germany ЕСПЧ вывел ряд факто-

ров, которые необходимо принимать во внимание, уделив наиболь-

шее внимание тому, связан ли спор с вопросом, законно имеющим

общественный интерес:

Определяющим фактором ... должен быть тот вклад, ко-

торые опубликованные фотографии и статьи вносят в

обсуждение, представляющее всеобщий интерес.217

Если государство само будет решать, обсуждение каких вопросы

представляет «всеобщий интерес», это создает определенные

опасности. Можно стать на точку зрения, что обсуждение жизни

любого лица, способного привлечь внимание значительных слоев

населения, представляет «всеобщий интерес». Впрочем, ЕСПЧ не

поддержал довод, что «все, представляющее интерес для общества,

отвечает общественному интересу»:

Суд полагает, что опубликование фотографий и мате-

риалов ... с единственной целью удовлетворить любо-

пытство определенной категории читателей относи-

тельно частной жизни заявительницы не может счи-

таться способствующим обсуждению ни одного вопро-

са, представляющего общественный интерес, несмотря

на известность заявительницы обществу».218

Итак, журналисты порой не должны касаться частной жизни

публичных лиц. При этом политики занимают особое место среди

публичных лиц и потому факты, могущие говорить о их способности

править страной ли исполнять иные служебные функции

(например, их физическое и психическое здоровье), представляют

законный интерес для избирателей – даже если таковые факты

217 Там же, п. 76.

218 Там же, п. 64.

165