Доводы въ защиту.

Основнымъ преимуществомъ дореформенной орѳографіи, на мой взглядъ, является то, что она передаётъ этимологическія особенности языка.

Напримѣръ, буквы ѳ и ѵ использовались въ заимствованіяхъ изъ греческаго языка на мѣстѣ соотвѣтственно θ и υ (въ западноевропейскихъ языкахъ имъ соотвѣтствуютъ th и y). Буква і использовалась ранѣе въ заимствованіяхъ на мѣстѣ греческой ι, а и - на мѣстѣ η, но потомъ і стала использоваться какъ графическій варіантъ буквы и перед гласными и й, но также она использовалась этимологически для различенія смысловъ слова «мир». Въ современной орѳографіи невозможно понять правильный смыслъ названія произведенія Л.Н. Толстого «Война и мир». То-ли это противопоставленіе, то-ли это указание на то, что авторъ описывал войну и «окружающій міръ». А въ дореформенной орѳографіи такой проблемы не было, поскольку «мир» в значеніи «покой» писалось съ иже (миръ), а «мир» въ значеніи «Вселенная» писалось съ і (міръ). Существуетъ легенда, что Толстой якобы использовалъ въ названіи слово «міръ» (Вселенная, общество). Однако всѣ прижизненныя изданія романа Толстого выходили под названіем «Война и миръ», и самъ онъ писалъ названіе романа по-французски какъ «La guerre et la paix».

И вообще для подобныхъ омонимовъ необходимо различное (дифференцированное) начертаніе. Это законъ для всѣхъ языковъ. И чѣмъ больше въ языкѣ омонимовъ, тѣмъ важнѣе соблюдать вѣрное писаніе. Такъ, французское слово «вэръ» обозначаетъ: «червяка» (ver), «стихъ» (vers), «стекло», «стаканъ» (verre), «зелёный» (vert) и предлогъ «на, при, къ, около» (vers). Попробуйте «упростить» это разнописаніе и вы внесёте въ языкъ идіотскую путаницу. Словомъ «мэръ» французъ обозначаетъ «море» (mer), «мать» (mere) и «городского голову» (maire). Словомъ «фэръ» — «дѣлать» (faire), «отдѣлку, мастерство» (fаirе), «желѣзо» (fer) и «щипчики для стекла» (ferre). Словомъ «вуа» — «голосъ» (voix), «дорогу» (voie), «возъ» (voie), «я вижу» (vois), «смотри» (vois). Словомъ «коръ» — «тѣло» (corps), «мозоль» (соr), и «валторну или рогъ» (соr). Отсюда уже видно, что различное начертаніе слова спасаетъ языкъ отъ безсмыслицы, а при недостаткѣ его безсмыслица оказывается у порога.

Тоже самое съ ѣ. Безъ него на письмѣ не различаются слова «всѣ» и «всё», «мѣлъ» и «мёлъ» и другія, значенія слова «некогда» (въ значеніи «когда-то» писалось черезъ ѣ, а въ значеніи «нѣтъ времени» черезъ е). Съ отмѣной ятя исчезли слова «онѣ», «однѣ», «однѣхъ», «однѣмъ» использовавшіеся для обозначения женскаго и средняго рода словъ «они», «одни» и т.д., смѣшались падежныя окончанія винительнаго падежа (-е) съ окончаніями дательнаго и предложнаго (-ѣ).

Вообще реформа «избавила» русскій языкъ отъ многихъ смысловыхъ формъ. Реформа смѣшала винительный и родительный падежи мѣстоименія «она», которые раньше выражались соотвѣтственно какъ «её» и «ея». Смѣшались окончанія прилагательныхъ мужского рода съ окончаніями средняго и женскаго, перестали различаться слова самъ и самый въ родительном падежѣ (ранѣе первое писалось какъ «самого», а второе какъ «самаго»). Въ концѣ концовъ пропала историческая связь съ другими славянскими языками (чешскій, напримѣръ, до сихъ поръ имѣетъ въ алфавитѣ ять - ě). Къ тому-же запоминаніе 128 корней съ ятемъ и трёхъ сотенъ словъ съ ѳитой очень неплохо развивает память.

Преимущества старой орѳографіи съ чисто графической точки зрѣнія:

1. Для того, чтобы слово стало характернѣе, важно имѣть не только достаточное количество знаковъ, но чтобы эти знаки сами по себѣ были характерны. Часть буквъ должна выступать за строку. Чѣмъ больше этихъ выступающихъ буквъ, тѣмъ совершеннѣе алфавитъ (конечно, до извѣстныхъ предѣловъ). Самымъ совершеннымъ алфавитомъ является съ этой точки зрѣнія греческій. Въ нёмъ не только выступаетъ значительный процентъ буквъ, но выступаетъ именно вверхъ отъ строки, что гораздо важнѣе, чѣмъ внизъ. Въ англійскомъ, нѣмецкомъ и французскомъ алфавитахъ на 100 буквъ въ печатномъ текстѣ выступаютъ около 40 буквъ, въ русскомъ-же только 16, а безъ «ѣ» и «і» – 11. Причёмъ наверхъ выступаютъ 7, а внизъ 9. Это самый крупный недостатокъ русской графики, созданной указомъ Петра Великаго. До Петра Великаго русская графика приближалась въ отношеніи своего совершенства къ греческой. Выбрасывать изъ алфавита двѣ выступающіе вверхъ буквы было непростительной ошибкой.

2. Каждая буква имѣетъ свое направленіе: одни смотрятъ налѣво, другія направо. Читать буквы, направленныя по нашему чтенію, несравненно легче, чѣмъ направленныя противъ. Большинство русскихъ буквъ или не имѣют направленія – п, н, т, ф и др., или направлены въ другую, обратную сторону. Этотъ недостатокъ графики восполнялся буквой «ъ», которая имѣетъ направленіе по направленію чтенія и, будучи присоединённой къ слову въ концѣ – къ согласной буквѣ, которыя въ русской графикѣ въ большинствѣ не имѣютъ направленія, направляетъ всё слово направо и облегчаетъ тѣмъ чтеніе. Наши древніе писцы понимали толкъ въ письмѣ и сокращали слова такъ, чтобы сохранить ихъ характеръ, не выбрасывая «ъ» (снъ, но не сын). Наконецъ, съ точки зрѣнія чисто типографской выбрасывать «ъ» не имѣло смысла (объ этомъ могутъ говорить только не спеціалисты), такъ какъ безъ «ъ» пришлось увеличивать разстояніе между словами («ъ» служилъ своего рода раздѣлительнымъ знакомъ). Да, наконецъ, должны-ли мы принимать во вниманіе интересы наборщика или читателя?

3. Въ теперешнемъ кириллическомъ, русскомъ алфавитѣ господствуютъ полыя внутри буквы: о, р, б, с, д, ю. Поскольку эти буквы преобладаютъ въ языкѣ, строчка нынѣшняго письма выглядитъ какъ-бы "перфорированной", исполненной дырокъ внутри. Это безусловно затрудняетъ чтеніе. Этотъ недостатокъ компенсировали всѣ отмененныя буквы: ѣ, і, ъ, ѳ, ѵ (наиболѣе-же три первыя по причинѣ ихъ болѣе частаго использованія).