3.3. Кризис капитализма. Начало. Основные причины

Почему мы обращаем особое внимание именно на этот срок – конец XIX века, и смотрим на состояние дел именно к этому времени? Дело в том, что именно тогда тем или иным экономическим центром были досконально освоены все ресурсы всех доступных для освоения территорий. Понятно, что речь идет о ресурсах необходимых для существования именно той экономики, достигшей именно того уровня, и требовавшего именно тех ресурсов именно в тех масштабах. И вот тогда (к середине-концу XIX века) экономические центры вошли в прямое столкновение в условиях отсутствия новых направлений необходимой для развития экспансии. И это положение дел впервые вызвало к жизни кризис падения эффективности капитала.

Для понимания сути вопроса, необходимо взглянуть на некоторые механизмы, вызвавшие этот кризис. А так же посмотреть на то, какие это может вызвать последствия. Для этого вновь обратимся к фундаментальному закону, обнаруженному Адамом Смитом и гласящему, что ограниченный рынок сбыта, влечет за собой ограничение уровня углубления разделения труда, а, как следствие, остановку научно-технического прогресса. Последнее же будет означать не просто остановку экономики на некотором стационарном уровне (как это было в эпоху феодализма).

Первым прямым последствием этого станет тотальный кризис экономической системы. Изначальной причиной тут послужит тот фактор, что в условиях капитализма, производство товаров осуществляется в кредит; следовательно – вся экономика капитализма – это экономика долгов, которые возвращаются исключительно из средств, полученных за позднейшую реализацию этих товаров. Причем, реализацию, осуществленную в более крупных объемах (выраженных в денежном эквиваленте), нежели затраченные на производство средства, т.к. необходимо еще и обслуживать кредит в виде оплаты ростовщической процентной ставки. А значит – покупательский рынок так же должен постоянно расти в объеме. Ограничение этого условия создаст ситуацию, при которой очередная товарная единица станет неокупаемой. А, следовательно, созданный при ее производстве долг, станет невозвратим. Остается только констатировать, что попавший в подобную ситуацию производитель – банкрот. Учитывая же, что экономическая система – это все ж таки система, то фундаментальный сбой в любом ее звене становится детонатором для разрушения устойчивости всей системы. Так, например, не возврат долгов производителем вызовет падение капитализации банка-кредитора. Это вызовет затруднения при получении производителем (возможно уже другим) очередного кредита. Следовательно – снизит доход его предприятия, что снизит заработную плату занятых на предприятии рабочих. А это, в свою очередь, снизит их покупательскую способность, что, опять же, отразится на рынках сбыта в виде уже не просто невозможности их (рынков) дальнейшего расширения, а в виде прямого сокращения. Обращаясь к «Капиталу» Карла Маркса мы можем найти там такие строки: «… кризисы происходят по причине недостатка платежеспособного потребления или платежеспособных потребителей. Капиталистическая система не знает иных видов потребления, кроме потребления оплачиваемого… То, что товары не могут быть проданы, означает лишь одно: для этих товаров не находится платежеспособных покупателей, т. е. потребителей…»⁵

Для рассмотрения второго последствия ограничения развития экономической зоны необходимо вновь обратиться из сферы экономики в сферу смежную – социально-общественную. Постольку, поскольку мы уже установили, что ограничение экономической системы ведет к падению ее экономической эффективности, а, следовательно, и к падению уровня жизни граждан, то можно смело утверждать, что конечным результатом станет повышение уровня социальной напряженности. В условиях же, при которых экономическая система развивалась, расширяясь до огромных масштабов (и когда в прямо-пропорциональной зависимости рос уровень жизни), остановка развития и откат способны вызвать к жизни ситуацию социальной катастрофы. А она, в свою очередь, ведет к кризису уже в большом наборе смежных сфер жизни общества: в морально-нормативной, в этической и т.д. И, что, наверное, наиболее важно – в политической сфере.

Последнее мы можем легко обнаружить из конкретных исторических примеров. Именно конец XIX века стал точкой начала развития новых идеологических доктрин. Революционно-политических тенденций в обществе. Поворотным моментом в закладке новых нравственных принципов. Это видно повсюду. В политике, в искусстве, в культуре, в отношениях людей по самым всевозможным направлениям – от классовых до национальных. И в конечном итоге мы видим целый ряд именно социально-политических революций захлестнувших всю Европу. Это ли не крах политической жизни общества? И именно во второй половине XIX века создает свою экономическую теорию Карл Маркс. Впрочем, к последней мы вернемся несколько позже.

Сейчас необходимо обратить внимание на два ключевых момента, являющихся, на наш взгляд, поворотными в истории человечества. Первым из них является создание Федеральной Резервной Системы Соединенных Штатов Америки. Она появилась в 1913 году в результате ряда банковских кризисов произошедших на территории США в 1873-1907 гг., а в конечном итоге – по причине системного кризиса капитализма – уже упомянутого кризиса падения эффективности капитала. (В скобках кратко заметим – сущность последнего заключается в том, что становится невозможным доходное инвестирование накопленного капитала, выраженного в денежном эквиваленте, в силу отсутствия рентабельности экономики, а ФРС выступила в качестве финансового страховщика, берущего на себя риски коммерческих банков.) На сегодняшний день, по нашему мнению, ФРС США является основным, если не единственным фигурантом на экономической карте мира.

Вторым поворотным моментом является Первая Мировая война, начавшаяся в 1914 году. Для понимания сущности этой войны, и для осознания ее роли в истории развития мировой экономики, необходимо еще раз вернуться к тому месту данной работы, где говорилось о социально-политическом кризисе, вызванном кризисом экономическим. А так же к моменту, где указывалось, что сам кризис возник по причине прямого столкновения экономических систем, заполнивших собой весь доступный мир. Глядя на исторические реалии и совмещая их с логическими рассуждениями, нельзя не прийти к ряду взаимодополняющих выводов. Первое – при невозможности конкурентной борьбы за свободные территории, ввиду отсутствия таковых, начинается конкурентная борьба за уже занятые территории. Второе – территории необходимы каждому, а потому, уже владеющий ими, обязательно будет их защищать, еще не владеющий ими – обязательно будет на них покушаться. Третье – мирное урегулирование вопроса в такой ситуации не возможно. Таким образом, делаем вывод – Первая Мировая Война явилась социально-политическим отображением системного экономического кризиса. По существу, это была война за рынки сбыта.

Если кратко говорить о результатах этой войны, то в качестве основных (с политэкономической точки зрения) можно выделить три. Первое – Германско-Австрийский экономический центр потерпел поражение. Но при этом не был окончательно решен вопрос кризиса капитализма. «Вылечен» он (кризис) не был, он был лишь «залечен», на время дав возможность оставшимся экономическим центрам развиваться в пределах аннексированных у проигравшего территорий (как в физическом, географическом смысле, так и в культурно-нравственном, социальном смысле). Но лишь на время. Локально проблема была решена, но фундаментальные причины кризиса никто, даже, не обсуждал – все осталось по-прежнему. В качестве второго ключевого результата войны, можно выделить тот факт, что облегчение ситуации в стане победителей произошло за счет того, что на территории проигравшей стороны кризис был усугублен многократно. А это повлекло за собой последствия, как мы знаем из истории, многократно худшие, нежели это было возможно при иных обстоятельствах. Ну, и, наконец, в качестве третьего результата войны, можно выделить появление на мировой карте нового экономического центра. Так впервые (в результате откола от германской экономической зоны) в мировой экономике появляется субъект под названием Россия. Вот на этом месте, на наш взгляд, необходимо остановиться несколько подробнее.

Для того чтоб оценить значение появления России в качестве нового проекта догоняющей экономики, необходимо вернуться к трудам Карла Маркса. Будучи по профильному образованию философом, а не экономистом, Маркс, рассматривая вопросы и в прочих сферах научных знаний (в экономике, истории, социологии, юриспруденции и пр.), пользовался методами и подходами свойственными философу. То есть пытался охватить взглядом как можно больший объем сфер бытия, и создать более или менее цельную картину мира. Таким образом была рождена концепция материалистической диалектики и исторического материализма, позволившая создать стройную и логически обоснованную теорию исторического развития человечества. И эта теория, в качестве революционного (с точки зрения новизны) тезиса, объявляла постулирование неизбежности конца капитализма. То есть, Маркс утверждал, что сама современная ему система научно-технического прогресса рано или поздно исчерпает себя (ровно в связи с тем, что мир конечен по определению, и наступит момент, когда он весь станет одной сплошной замкнутой экономической зоной). И тогда Маркс, как истинный философ, попытался заглянуть туда – за край, и понять – что будет представлять собой человеческое сообщество после окончания эпохи капитализма. Так была рождена теория коммунизма, который должен был в качестве новой формации прийти на смену буржуазно-капиталистической модели развития. И, основываясь на трудах Маркса, была разработана и рождена концепция «красного проекта», которая и была внедрена на территории Советской России.

Нужно понимать, что система «красного проекта» являлась не просто альтернативным экономическим центром, дополняющим уже существовавшие к тому моменту в мире, а это была альтернатива самой модели развития, называемой «капитализм». В чем это выражалось? Как мы помним, капитализм был рожден путем разрушения морально-нравственной системы ценностей, постулируемой средневековой католической церковью. Одной из основных доктрин, пришедшего на смену протестантизма, было стремление каждого гражданина к повышению своего уровня жизни путем улучшения материального положения. И эта концепция, соответствующим образом, де-факто вводила новую нравственность – хорошо все, что ведет к материальному достатку. Так, в качестве изначального основополагающего блага, в общество было заложено материальное потребление. Для своего времени это было логично и, даже, необходимо. Ибо, как мы помним, капитализм был зарожден в период мощнейшего экономического кризиса, выразившегося именно в недостатке потребительских товаров, и в первую очередь – еды. Поэтому, новая формация не могла прийти ни под какой другой эгидой, помимо стремления к материальному потреблению.

Красный же проект, был внедрен в общественную жизнь именно в качестве альтернативы концепции наращивания потребления. Поэтому в его рамках предлагалась и абсолютная альтернатива капиталистических морально-нравственных качеств, стремлений, точек отсчета и мерил, по которым в первую очередь определяются такие понятия, как «хорошо и плохо», «правильно и не правильно». Достаточно взглянуть на «Моральный кодекс строителя коммунизма» - и мы легко обнаружим в нем все те же десять библейских заповедей, которые, в силу фундаментальных противоречий, были отменены системой капиталистической нравственности. Таким образом, была сформирована морально-ценностная база, на основе которой должны были создаваться и все прочие общественные институты. Система административного управления, политической власти, базовая основа существования экономической жизни и пр. То есть – должны были полностью смениться устои существования человечества, а это – новая общественная формация, новая разновидность эпохи, наряду с первобытнообщинным строем, античностью, феодализмом и, наконец, капитализмом.

При всем этом, необходимо понимать, что одна из сущностей капиталистического пути развития общества (исходя из тенденций к расширению) была конкурентная борьба. В силу этого, рассматривая свои основы существования, как безусловное благо, как абсолютное «правильно и хорошо», капитализм обладал мощной тенденцией к сопротивлению и защите своих устоев. И именно поэтому, при вступлении на почву конкурентной борьбы двух систем общественно-исторического развития, Советская Россия воспринималась, в первую очередь, как еще одна политэкономическая система. И в качестве поля, на котором происходила борьба двух систем, была определена материальная сторона жизни. Все же, что касается основ нравственности, моральной составляющей, а, следовательно, и глубинных законов общественно-социальной жизни были до поры оставлены в стороне.

Тем не менее, возвращаясь к вопросам развития капитализма, который переживал кризис своего существования, напомним, что при всех тенденциях к спаду в отдельно взятых экономических зонах, основной тренд существования капитализма, как системы, полностью себя еще не исчерпал. Последним, из рассмотренных нами эпизодов, стала Первая Мировая Война, как яркое проявление конкурентной борьбы между отдельными экономическими зонами. Так же, мы определили, что фундаментальные причины кризиса капитализма не были устранены, а лишь были смещены во времени, до тех пор, пока зоны-победительницы полностью не освоят захваченные в войне территории. Таким образом кризис был отодвинут почти на десятилетие – до 1929 года. Именно к этому моменту упомянутые территории и были освоены. Результатом мы видим очередную мощнейшую волну кризиса падения эффективности капитала, сопровождающуюся новым финансово-экономическим кризисом, который в истории принято называть Великой Депрессией. То, что это был очередной виток кризиса капитализма, косвенно подтверждается следующими фактами. Во-первых, с наибольшей силой депрессия затронула экономики самых развитых стран «Нового Света» - США и Канады, а так же экономики Европы, все еще развивающиеся в рамках капиталистической парадигмы – Британскую, Французскую и, в особенности, Германскую. А вот, допустим, Япония, все еще обладала направлениями для экспансии в юго-восточной Азии, и продолжала вполне успешно развиваться в пределах этого региона. Так же, кризисом не был затронут, находящийся в парадигме «красного проекта», СССР. Напротив – начиная с 1929 года в нем начался мощный экономический рывок в виде стартовавшего процесса индустриализации. Вторым фактором, говорящим о кризисе капитализма, стало то, что среди наиболее социально не обеспеченного в мире класса – пролетариата еще больше стали распространяться идеи марксизма. А в-третьих, в ряде государств родился еще один новый, альтернативный глобальному капитализму, общественно-исторический проект, который мы теперь склонны называть фашизмом. И наиболее ярко этот проект проявил себя на территории проигравшей Первую Мировую Войну Германии. В рамках данной работы не станем подробно рассматривать основ национал-социализма (являющегося идеологическим базисом для фашистской системы мироустройства). Лишь упомянем, что с точки зрения экономики он был очень сильно похож на устройство коммунизма, с той лишь разницей, что в качестве основного выгодополучателя в нем был определен не класс (как в марксизме), а нация, раса.

Итак, на протяжении 1929-1931 годов капиталистический мир переживал острую фазу кризиса, а с 1932 и почти по 1940 находился в состоянии глубокой депрессии. Вопрос вновь был разрешен прежним методом – путем развязывания в 1939 году новой глобальной войны – Второй Мировой. Отличительной чертой этой войны от Первой Мировой, на наш взгляд, является та уникальная ситуация, что за право дальнейшего существования сражались три альтернативные системы глобального мироустройства, три общественно-исторические формации. Одна из прошлого – капитализм, и две, претендующие на будущее – коммунизм и фашизм.

Совместными усилиями, заключившие временный союз капитализм и коммунизм, на долгие годы истребили шансы фашизма на историческое развитие и главенство. Параллельным образом, на мировой экономической арене были уничтожены целых три экономических центра. Окончательно была истреблена самостоятельная германская экономическая зона, примкнувшая к ней на период войны японская, а так же, существовавшая с противоположной стороны экономическая зона Британии. Особо важным, на наш взгляд, последствием (и признаком) вливания разрушенных экономических зон в зону США, стало подписание представителями капиталистического лагеря в 1944 году, так называемого Бреттон-Вудского соглашения. По большому счету, это соглашение стало окончательным признанием потери экономического суверенитета всеми странами капиталистического мира в пользу Соединенных Штатов Америки. Если не вдаваться в детали, то основная мысль этого соглашения заключалась в том, что для стран капиталистического блока, единственным эмиссионным центром отныне становилась ФРС США, которая, основываясь на золотом обеспечении, брала на себя монопольное право создавать для своей зоны единую меру стоимости. В восточной же Европе таким центром стал СССР.

Таким образом, по окончании Второй Мировой Войны, мир стал биполярным – то есть с двумя основными фигурантами – СССР и США.