Строительство железной дороги

Большое значение для дальнейшего экономического развития Пензенского края имело появление здесь железных дорог. Работы по строительству Моршанско-Сызранской (в дальнейшем Сызранско-Вяземской) железной дороги начались в Пензенской губернии в мае 1872 г. В Городищенском уезде дорога должна была пройти недалеко от населенных пунктов Чемодановка, Леонидовка, Шнаево, Можаровка, Архангельское Куракино. Для ее строительства привлекались сезонные рабочие и мастеровые не только из Пензенской, но и соседних с нею губерний. В 1873 г. на возведении железнодорожного полотна и других объектов транспортной инфраструктуры только в Городищенском уезде одновременно находилось от 1200 до 1600 человек. Они размещались гл.о. в бараках, «поместительных и удобных», расположенных вдоль железной дороги и получали пищу от подрядчиков. Пища состояла «из хлеба, щей или кашицы из пшена с соленым говяжьим мясом или рыбой, пшенной или гречневой каши с постным конопляным маслом и кваса»¹¹⁴.

За короткий срок на участке Пачелма – Кузнецк было сооружено 146 мостов, в т.ч. 7 больших (длиной свыше 100 м), возведены водонапорные башни, кузницы, пакгаузы, мельницы, элеваторы, паровозный сарай (депо), построены вокзалы¹¹⁵. Именно в это время недалеко от нынешнего г.Заречного появилась железнодорожная станция Селикса.

12 октября 1874 г. участок пути Моршанск – Пенза – Сызрань, протяженностью 484 ¾ версты был открыт для движения пассажирских и товарных поездов¹¹⁶. Трасса была однопутной. Железная дорога связала Запад и Центр России с Поволжьем, Уралом, Сибирью и Средней Азией. После того, как в 1895 г. был открыт еще и участок Пенза – Рузаевка, соединивший Московско-Казанскую и Сызранско-Вяземскую железные дороги, Пенза превратилась в крупный железнодорожный узел, имеющий общероссийское значение.

Новые владельцы засурских имений

После отмены крепостного права число дворян-землевладельцев значительно уменьшилось. В 1861 г. к семьям помещиков принадлежало 80% всех дворян, в 1895 – 55%, а в 1912 г. – 37%¹¹⁷. Дворянское сословие быстро урбанизировалось. В 1897 г. 47% российских дворян уже жило в городах (в 1858 г. таких было 20%)¹¹⁸. Однако большая часть частной земельной собственности в Российской империи по-прежнему находилась в руках дворянства.

Покупателями дворянских поместий обычно были купцы и крестьяне. Новые владельцы использовали дворянские имения по собственному усмотрению, как правило, в коммерческих интересах¹¹⁹. На месте дворянских усадеб возникали дачные поселки, земля сдавалась в аренду, лес продавался на дрова и пиломатериалы.

После смерти Л.А.Михайловского-Данилевского его дочь Варвара Леонидовна, находившаяся замужем за пианистом и композитором, председателем Русского музыкального общества Андреем Александровичем Оппелем и проживавшая в Петербурге, продала перешедшее ей по наследству имение отца, по частям.

Самым крупным покупателем поместья Михайловских-Данилевских оказался пензенский купец первой гильдии Василий Иванович Попов. У Василия Ивановича и его жены Надежды Дмитриевны было девять детей, в том числе Сергей Васильевич Попов, профессор, в советское время преподаватель государственного института театрального искусства.

В «зареченской части» приобретенных у Варвары Оппель владений Василий Иванович Попов построил в конце XIX в. небольшую усадьбу. Она располагалась рядом с линией Сызранско-Вяземской железной дороги, недалеко от станции Селикса. Усадьба находилась в квартале, ныне образуемом пересечением зареченских улиц Адмирала Макарова и Моховой с проездами Литке и Фадеева¹²⁰.

Центром усадьбы был одноэтажный деревянный дом, крытый железом. Его длина составляла 32 аршина (22,5 м), ширина 9 аршин (6,3 м), высота 4,5 аршина (3,15 м). На территории усадьбы, согласно земской переписи 1911 года, находились сарай, коровник, конюшня, погреб и караулка. Все строения были деревянными, с крышей из теса.

Вокруг усадьбы располагались владения Попова. Большую их часть (604 десятины или 660 га) занимал лес, преимущественно лиственный (360 десятин или 393 га). Строевой сосновый лес занимал площадь 95 десятин или 103 га. Оставшаяся лесная площадь приходилась на молодую поросль. Никакого «правильного лесного хозяйства» у Попова и его наследников не велось, не было и «искусственных насаждений». Для собственных нужд проводился сбор валежника и сухостоя. Ежегодно, с 1 апреля по 15 ноября, на пастбищах, разбросанных по лесу, нанятый подпасок пас небольшое стадо хозяйских коров (семь голов). За состоянием леса следили два лесника. Небольшой участок пахотной земли (9,5 десятин или 10,4 га), бывший в имении, сдавался в долгосрочную аренду служащему железнодорожного разъезда Селикса Богомолову, который, в свою очередь, сдавал его в краткосрочную аренду крестьянам села Селикса (Кижеватово).

После смерти В.И. Попова (1899 г.) владельцами имения были его дочери – Мария, Ольга и Серафима. Само имение вместе с усадьбой в 1911 г. находилось в залоге у банка. Возможно, именно поэтому, чтобы рассчитаться с долгами, в 1913 г. усадьбу и часть леса (195 десятин или 213 га) сестры Поповы продали рязанским крестьянам Алексею, Георгию, Лаврентию и Силантию Вострокнутовым, имевшим бизнес с их братом Николаем Поповым, занимавшимся продажей леса и жившим в небольшом городке Скопине Рязанской губернии. Братья Вострокнутовы планировали на приобретенной земле построить дачи – загородные дома для летнего отдыха горожан. Однако сделать это не успели из-за начавшейся в 1917 г. революции. Любопытно, что спустя тридцать семь лет, уже в советское время, в 1954 г., горсовет Пензы также планировал построить здесь «поселок дачного типа»¹²¹. По проекту на его возведение отводилось пять лет. Около 75% территории поселка выделялось под жилые кварталы, 8,5% занимали бы общественные здания и сооружения, 5,5% скверы и парки, 11% улицы и площади. Но вновь, как и в царское время, реализовать задуманное не удалось. Рядом с Селиксой началось строительство секретного завода – ныне ПО «Старт».

Усадьба же Поповых, в том числе жилой дом, сохранилась до середины XX в., став местом размещения кордона Селикса Светлополянского лесничества. Постройки усадьбы видели первостроители Заречного¹²².

Дворяне Ермолаевы, владевшие лесными угодьями в районе зареченской школы № 220, продали их во второй половине XIX в. купцам М.Т.Смирнову и Я.Е.Мартышкину¹²³. Сопредельный участок леса у А.Н.Дубенского, помещика сел Мертовщина (ныне Сосновка) и Лопуховка, приобрел тогда же потомственный почетный гражданин Дмитрий Васильевич Марецкий. После смерти Марецкого в 1892 г. этот участок леса перешел во владения его дочери Веры Дмитриевны Марецкой (по мужу – Молочниковой)¹²⁴.

Центром имения В.Д.Марецкой было село Мертовщина. Имение включало в себя 4949,5 десятин земли, 2430 из которых (49%) занимал лес. Годовой доход имения составлял 50-60 тыс. рублей. Его большая часть (35 000 руб.) приходилась эксплуатацию леса, 16000 руб. составлял доход, полученный от работы мельниц, кирпичного завода и парфюмерной фабрики, 7000-11000 руб. приходилось на долю полевого хозяйства.

Засурская дача Молочниковой (территория Заречного) представляла собой лиственный лес, 60% территории которого было занято осиной , 20% березой и столько же липой. В даче велось правильное лесное хозяйство: высаживалась сосна (с 1906 г.), проводились регулярные рубки леса. В 1913 г. В.Д.Молочникова получила разрешение на строительство в Засурской даче лесопильного завода¹²⁵. Завод предполагалось разместить на месте рубки леса, в 3 км от железнодорожного разъезда Селикса, в «ненаселенной местности». Здание завода, согласно проекту, было деревянным, одноэтажным, с железной крышей. В отдельном помещении должен был находиться подвижной локомобиль (паросиловая установка). Рядом с заводом планировался небольшой корпус для рабочих (около 15 человек). Из-за революции 1917 г. завод не был построен. Само имение В.Д.Молочниковой в 1917 г. было разорено, а затем по решению городищенского земельного комитета ликвидировано¹²⁶.