Раздел IV. Вещное право

Тема 20. Возникновение и прекращение права собственности

Мяги передал автомобиль гражданке РФ Лопуховой по доверенности с правом продажи, мены или дарения. При оформлении доверенно­сти Мяги получил от Лопуховой 150 тыс. руб. Спустя две недели для снятия автомобиля с учета Лопухова выехала в Эстонию, где они с Мяги подписали договор купли-продажи автомобиля, который нахо­дился на территории России.

При таможенном оформлении приобретенного Лопуховой авто­мобиля в российской таможне было выявлено, что на техническом паспорте автомобиля и справке-счете проставлены поддельные штампы от имени эстонской таможни. Это послужило основанием для возбуждения в отношении Лопуховой производства о нарушении таможенного законодательства и изъятия автомобиля, являющегося непосредственным объектом правонарушения.

В ходе последующей проверки обстоятельств дела таможенные органы не установили в действиях Лопуховой состава таможенного правонарушения, прекратив в отношении ее производство и одно­временно возбудив производство о нарушении таможенных правил гражданином Эстонии Мяги. Мяги был признан виновным в непра­вомерном проведении операций с транспортным средством, поме­щенном под определенный таможенный режим, с наложением штра­фа в размере 100% стоимости транспортного средства, при неуплате которого взыскание обращалось на автомобиль как непосредствен­ный объект правонарушения.

Суд удовлетворил жалобу Лопуховой и обязал таможню передать ей автомобиль на том основании, что Лопухова не привлечена к ад­министративной ответственности за нарушение таможенного законо­дательства, а право собственности на автомобиль возникло у нее на основании договора купли-продажи, не признанного в установлен­ном порядке недействительным.

Таможенный орган подал заявление о пересмотре вступившего в силу решения суда, полагая, что суд неправильно применил нормы материального права.

Задача 15. Морозов, который родился и постоянно проживал в Париже, являлся единственным наследником крупного российского промышленника и собирателя произведений искусства. Находясь в России в качестве представителя общества российско-французских культурных связей, Морозов узнал, что особняк, который до 1917 г. принадлежал его деду, умершему в эмиграции в 1920 г., является личной резиденцией иностранного посла. Получив разрешение по­сольства на посещение особняка, Морозов обратил внимание на картины, скульптуры и произведения искусства. Эти и другие пред­меты интерьера, которые с детства были хорошо знакомы Морозову

234

по фотографиям, сохранившимся в альбоме отца, каким-то чудом уцелели после национализации.

По возвращении домой Морозов тщательно исследовал семей­ный архив и обнаружил не только документальные свидетельства, подтверждающие его право собственности на особняк со всей об­становкой, но также описание тайника, в котором хранились фа­мильные реликвии и драгоценности.

Морозов обратился в Министерство культуры РФ со следующими предложениями:

1. рассмотреть возможность перенесения посольской резиденции в другое здание и расположения в особняке общества российско-французских культурных связей;

2. решить вопрос о возвращении Морозову находящихся в посоль­ской резиденции произведений искусства, которые принадлежат ему в силу наследственного правопреемства;

3. оказать помощь в открытии тайника и реализации находящих­ся в нем фамильных ценностей через аукционный дом «Гелиос»;

4. оказать содействие Морозову в передаче части произведений искусства, которые уже находятся или будут обнаружены в особня­ке, Музею изобразительных искусств им. А.С. Пушкина;

5. оказать помощь в перемещении дорогих его сердцу реликвий в Париж как памяти об исторической родине;

6. оказать содействие в инвестировании части средств, выручен­ных от продажи клада, для учреждения конкурса на лучшее истори­ческое исследование, посвященное династии Морозовых.

Задача 16. Комитет по государственному контролю, использо­ванию и охране памятников истории и культуры городской админи­страции 23 апреля 2007 г. обратился в арбитражный суд с иском к ЗАО «Корус» о сносе самовольной постройки — надстройки в ви­де двухэтажной мансарды над зданием, которое в установленном порядке было признано памятником истории и культуры. Истец утверждал, что ЗАО «Корус», будучи собственником здания, возве­ло надстройку самовольно, без получения необходимых разреше­ний и согласований, а потому в силу ст. 222 ГК РФ обязано ее снести.

При рассмотрении спора выяснилось, что ЗАО «Корус» никакой надстройки самостоятельно не возводило, а приобрело здание уже с надстройкой по договору купли-продажи, заключенному 1 апреля 2006 г. с ООО «Техник», и в установленном порядке зарегистрировало право собственности на здание.

Привлеченное к участию в деле ООО «Техник» заявило, что также не возводило надстройку, а купило спорное здание 19 мая 2005 г. на

235