7.6. Тридцать шестая стратагема: «Бегство - лучший прием»

Название тридцать шестой стратагемы свидетельствует о том, что бег­ство в безнадежном положении — лучшая из всех возможностей. Дей­ствительно, находясь в тяжелом и невыгодном положении, лучше все­го избегать борьбы, временно отступить, изменить направление политических действий. Поэтому такой стратагемный прием часто называют «стратагемой перемены курса», «стратагемой выжидания», «стратагемой соблюдения дистанции».

Интерпретаторы китайских стратагем подчеркивают, что бегство является лучшим приемом прежде всего по сравнению с прочими ва­риантами действий при слабой позиции, когда выбор средств неве­лик — разве только борьба до последнего с сомнительным исходом или заключение мира на милость победителя. Но при слабой позиции борьба до последнего означает жертвование слишком многим, а за­ключение мира на милость победителя — полное принятие чужих ус­ловий. В таком положении бегство — действительно наилучший вы­ход, поскольку позволяет сохранить собственные силы и даже возможность позднее одержать победу.

На политических переговорах искусное отступление поможет:

• сохранить силы и избежать бесполезной траты времени: уйти или обойти непреодолимое препятствие, на которое нет смысла терять время и силы, поскольку безрассудно, согласно китайской поговорке, пытаться «яйцами разбивать камни»;

• защитить от неминуемого поражения, если продолжение перего­воров возможно лишь при условии принятия условий политических оппонентов;

• политически обойти сложный вопрос, прибегая к искусству уверток от ответа и многозначительного умолчания, путанного изло­жения мысли, хождения вокруг да около, перевода разговора в иное русло;

• разоружить политических оппонентов. Например, при внесении своих предложений на переговорах сделать такую оговорку: «В случае, если наши идеи встретят возражения, мы не собираемся вступать в борьбу», — тем самым еще до начала политической борьбы став недо­сягаемыми для нападок;

• подать знак политическим оппонентам о желании уклониться от щекотливой темы: если оппоненты во время обсуждения делают шаг вперед, то вы — шаг назад, тем самым предупреждая их. Ваш отход за­ставит оппонентов задуматься над происходящим, и, возможно, они начнут проявлять осторожность;

• отступить во имя будущей победы: искусный ход выманивая по­литических оппонентов из укрытия, чтобы побудить их к выгодным для вас шагам. Предполагаемое психологическое воздействие мнимо­го бегства на политических оппонентов может быть в том, что на ра­достях они утратят бдительность, возгордятся — и поведут себя нео­смотрительно;

•точно рассчитать «урочный час»: из любого политического меро­приятия важно вовремя выйти, когда все еще внешне идет достаточно благополучно и оппоненты или союзники не подозревают о грозящей вам серьезной опасности. Отход перед лицом неминуемой опасности позволяет избежать серьезных трудностей и сохранить свое доброе имя. Однако психологически уход в зените успеха требует мужества, решимости и не в последнюю очередь — изрядной толики хитрости.

Другими словами, «бегство» на политических переговорах следует понимать в самом широком смысле — как уклонение от политической борьбы, временный отход, смену политических ориентации или союз­ников. При этом стратагемным является не сам ход бегства, а ловкое, своевременное, обдуманное решение оставить поле политической битвы (переговоры), осторожная подготовка путей отступления на за­пасные позиции, обеспечение самой возможности искусного отхода. Стратагемное отступление есть действие, возвращающее свободу, ко­торой вы были лишены в состоянии противоборства. Оно предполага­ет наличие мужества отступить и быть готовым до поры до времени не­сти крест побежденного.

Таким образом, в политике бегство может иметь важное положи­тельное значение, поскольку открывает новые возможности для мане­вра. Иногда, даже не покидая переговоров, можно гибко изменить курс и неожиданно обрести преимущества. Положительное содержа­ние китайской философии бегства раскрыто в понятии «недеяние» (у вэй) как мудрого жизненного правила: «Просвещенный и мудрый обе­регают свою жизнь».

Действительно, в политике не потерпеть ни одного поражения уже означает победу — эта идея составляет философскую основу «страта­гемы отступления», восходящую к теоретическим суждениям Сунь-цзы, который утверждал: «Тот, кто искусен в военном деле, занимает такую позицию, которая делает невозможным его поражение, а потом не упускает случая нанести поражение неприятелю»1. Искусное от­ступление является залогом будущих побед: кто умней, тот должен уступить. Китайская политическая история хранит предание о Лю Бане — основателе самой долговечной императорской династии Хань (206 г. до н.э. — 220 г. н.э.), конечная победа которого стала следстви­ем многократных отказов от обременительных военных походов, т.е. он победил благодаря искусным отступлениям.

Важно иметь в виду, что стратагемное бегство не имеет ничего об­щего с эскапизмом, т.е. невротическим поведением, когда перед ли­цом суровой действительности предаются бредовым иллюзиям. Ис­кусное отступление требует гибкого стратегически-тактического мышления, допускающего возможность уступок и избегающего лю­бой недооценки противника и слепого безрассудства. При переходе к отступлению необходимо стараться быть хозяином положения и са­мому управлять противником, или, как говорят китайцы, «бегством уладить дело».

Самым сложным на политических переговорах является сам факт выбора тактики отхода. «Бежать» или «не бежать» — вот главный стра­тагемный вопрос, который важно правильно решить. Для верной оценки сложной политической ситуации требуются трезвый ум и хлад­нокровие. Интерпретаторы стратагем советуют выбирать бегство, ру­ководствуясь самой серьезной оценкой положения, когда с учетом объективных факторов — соотношения политических сил, хода собы­тий на переговорах, предполагаемого развития политической ситуа­ции — бегство действительно оказывается наилучшим выходом.

Далее, выбрав бегство, придется решить, какой из возможных стратегических видов отступления наиболее уместен в сложившейся политической ситуации. Подробности бегства, его истинную цель, пути отхода необходимо сохранить в тайне от политических оппонен­тов, следуя китайской поговорке: «Приходят подобно ветру, а уходят словно молнии». Овладение искусством отступления предполагает знание всех разновидностей стратагемного бегства:

• показное и тайное бегство. При показном отступлении на поли­тических переговорах важно известить политических оппонентов о своем решении, иногда даже намеренно сделать акцент на этом в СМИ, используя все каналы связей с общественностью. Напротив, тайное бегство требует соответствующего отвлекающего маневра, бы­строты и скрытности;

• истинное и притворное бегство. При истинном бегстве на полити­ческих переговорах предполагается их прерывание под каким-то бла­говидным предлогом ради сохранения собственных сил. Притворное бегство представляет на переговорах особую разновидность времен­ного отступления, иногда небольшого перерыва между заседаниями, с тем чтобы подготовиться для последующего наступления;

• скорое и размеренное бегство. Эффект неожиданности на полити­ческих переговорах создает объявление о прерывании переговоров. Но иногда важно использовать противоположный эффект — прием так называемого «размеренного бегства», когда следует немного отой­ти назад и осмотреться, чтобы своевременно выявить и предотвратить возможную угрозу;

• раннее и позднее бегство. На политических переговорах раннее бег­ство происходит при серьезных неблагоприятных предзнаменованиях, связанных с получением секретной информации о намерениях полити­ческих оппонентов, но внешне ситуация остается вполне сносной. Пре­имущество раннего бегства состоит в том, что оно происходит, когда не удалось еще увязнуть в политической игре и можно сравнительно благо­получно избежать опасности и свести потери к минимуму. Но здесь важ­но не переоценить опасность, иначе можно упустить случай одержать победу. Напротив, позднее бегство на переговорах требует серьезной вы­держки и недюжинного мужества. В этом случае отходят лишь в послед­нюю минуту, с окончательной потерей надежды на успех;

• дальнее и ближнее бегство. На политических переговорах дальнее бегство предполагает выход из политической игры, когда не рассчиты­вают в скором времени иметь дело с оппонентами. В случае ближнего бегства речь идет лишь о небольших отклонениях от политического курса и, как правило, подготовке к новым политическим наступлени­ям в других направлениях.

Следовательно, «стратагема бегства» охватывает самый широкий спектр возможностей искусного политического отступления — при­творного и истинного, тайного и показного, дальнего и ближнего, раннего и позднего. При осуществлении этой стратагемы используются все возможные слабости в позиции политических оппонентов при сохранении в тайне собственных действий, ибо только так и до­стигается цель бегства — сохранение политических сил.

Все рассмотренные стратагемы при слабой позиции на политичес­ких переговорах главное внимание уделяют подрыву политических оппонентов изнутри с опорой преимущественно на тактику неожи­данных политических действий. При этом используются и тактика «красавицы», воздействующей на чувства политических оппонентов, и парадоксальные политические действия, способные сбить с тол­ку, — «открытые городские ворота», «нанесение себе увечий», а ино­гда в ход идет коварное «сеяние раздора».

Если партнеры очень сильны, важно нападать на лидера, подрывая его авторитет; если лидер мудр, можно воздействовать на его чувства. И нельзя откупаться от оппонентов постоянными уступками, ибо это лишь увеличивает их могущество. Иногда важно создать видимость си­лы или прибегнуть к стратегическому отступлению, которое нельзя счи­тать поражением, ибо оно может помочь в будущем одержать победу. Следовательно, при стратагемном подходе к политическим переговорам побеждают головой, а не силой — это поистине состязание умов.