Глава 6

Стратагемы

стороной

совместных действий с третьей

Разум столь же хитер, сколь могуществен. Хитрость состоит вообще в опосредствующей деятельности, ко­торая, дав объектам действовать друг на друга соот­ветственно их природе и истощать себя в этом воздей­ствии, не вмешиваясь вместе с тем непосредственно в этот процесс, все же осуществляет лишь свою собст­венную цель. В этом смысле можно сказать, что бо­жественное Провидение ведет себя по отношению к миру и его процессу как Абсолютная Хитрость.

Г.В.Ф. Гегель

6.1. Двадцать пятая стратагема: «Выкрасть балку и подменить колонны, не передвигая дома»

Весьма красноречивое название двадцать пятой стратагемы сразу ука­зывает на суть приема: выкрасть балку и подменить колонны гнилы­ми подпорками, чтобы разрушить дом изнутри, без внешних усилий. Иносказательные значения этого стратагемного приема на политиче­ских переговорах весьма многообразны. Так, речь может идти о том, чтобы:

•лишить какое-то политическое действие или мероприятие его сути, оставив одну видимость или фасад;

• стремиться выжать все возможное, «все соки» из какого-то поли­тического действия или политического партнера и лишить его си­лы, оставив сам объект внешне невредимым;

• не изменяя внешнего вида какой-то политической идеи или по­литического союза, тайком изменить их содержание (суть). Целью в этом случае будет тайное переиначивание, переделка, искажение по­литической идеи или идеологии;

• с помощью внешних усилий, например шумной пиаровской ак­ции, ввести в заблуждение относительно того, что на самом деле за­мышляется инициаторами переговоров. Другими словами, «упаков­ка» мероприятия может не соответствовать его содержанию. Поэтому иногда данную стратагему называют «стратагемой перелицовки» или «стратагемой обманной упаковки».

На многосторонних политических переговорах этот стратагемный прием используется достаточно часто, чтобы ввести в заблуждение или ослабить политических оппонентов во время дискуссии. Сохра­няя приверженность внешним формам и соглашениям, высказанным политическим лозунгам и принципам, можно исподволь менять их содержание, внося все новые и новые акценты в процессе политичес­кой дискуссии. Иногда при обсуждении на переговорах из какой-то политической идеи выхватывается только одна ее часть, которую можно использовать для обоснования собственной позиции, с тем чтобы затем оспаривать доводы противника, который сам выдвинул эту идею.

Известно, что знатоком античной риторики был древнегреческий философ Сократ, который часто в споре вводил некое слово или фра­зу с определенным значением в поддержку требуемому высказыва­нию, а затем незаметно подменял это значение таким образом, чтобы данное высказывание предстало противоречием или обрело совер­шенно иной смысл. Сегодня политическая лексика весьма много­значна: «свобода», «равенство», «братство», «демократия», «мир» и «война» — этим словам политики придают самые разные значения, порой даже противоположные, что весьма опасно и чревато возник­новением противоречий во время переговоров. Сравнив хотя бы смысл слова «демократия» в понимании Генерального секретаря КПК Цзян Цзэминя, который утверждает, что «без демократии невозможен ни социализм, ни модернизация в Китае», и американского прези­дента Дж. Буша, который хочет утвердить «ценности американской демократии» во всем мире.

Нередко западные политические понятия переносятся в иную культурную или идеологическую среду и наполняются там отчасти иным содержанием. Например, китайское слово «миньчжу» — в сего­дняшнем переводе «демократия» — древнего происхождения и изна­чально означало «правитель народа», но под влиянием западного зна­чения обновило свой смысл и стало означать «народоправие». Причем надо иметь в виду, что понятие «народ» у китайцев охватыва­ет не всех граждан Китая, а лишь верноподданных. Поэтому слово «демократия» в приведенной выше цитате Цзян Цзэминя употребле­но в достаточно ограниченном смысле.

Лингвисты хорошо знают, что слово в словаре и выражаемое им понятие — разные вещи. Слово — это внешняя языковая оболочка, например «демократия» или «миньчжу», а понятие — невидимое, скрытое за этой оболочкой духовное содержимое. Именно данное об­стоятельство создает основу для использования «стратагемы перели­цовки» на политических переговорах.

Конфуций предупреждал, что упадок порядка начинается со сме­шения понятий. Поэтому во время политической дискуссии надо быть особенно внимательными, не допускать подмены или смешения понятий, фальсификации терминологии и особенно злостного пере­дергивания понятий, чтобы против вас оппоненты не смогли исполь­зовать «стратагему перелицовки». Высказывания должны быть четки­ми и сопровождаться разъяснениями, чтобы никто не смог истолковать их иначе. Любая двусмысленность на переговорах по­рождает соблазн использования «стратагемы перелицовки», и если ваши слова политические оппоненты как-то извратили, нельзя остав­лять это без внимания: важно сразу же исправить положение, выска­зав свою точку зрения предельно прозрачно, разоблачая ложные ис­толкования.

Известно, например, что во время политических дискуссий на пе­реговорах часто под лозунгом о всеобщем оппоненты отстаивают свои особенные взгляды и представления. Обращения к «мировой общест­венности», стремление говорить «от лица всего прогрессивного чело­вечества» являются типичным стратагемным приемом политической риторики в духе «стратагемы перелицовки». При этом могут пресле­доваться самые разные политические цели:

•драматизация политической ситуации: «весь мир напряженно ждет решения этого вопроса...»;

• запугивание политических оппонентов: «все прогрессивное че­ловечество осуждает такие политические действия...»;

•упрощение политической ситуации: «этого хотят все народы...»;

• приукрашивание политической ситуации: «весь мир будет при­ветствовать...»;

• причесывание под свою гребенку взглядов лидеров разных поли­тических партий и организаций: «все политические силы Америки выступают за...».

X. фон Зенгер, комментируя использование двадцать пятой страта­гемы во время политических дискуссий в международных организаци­ях, отмечает, что рассуждения о правах человека западных политиков часто весьма далеки от всеобъемлющей концепции ООН по правам че­ловека, которая включает гражданские, социальные, экономические, культурные и личные права. Большинство западных политиков пред­почитают говорить лишь об «основополагающих» правах человека, подразумевая под ними лишь малую толику из всей их совокупности:

право на жизнь (Всеобщая декларация прав человека, ст. 3), право на свободу от пыток (ст. 5) и рабства (ст. 4), а также право на защиту от произвольного лишения свободы (ст. 9). Несмотря на подобные ограничения, они, как правило, при этом утверждают, что выступают за права человека как таковые, хотя на самом деле совершенно очевидно пытаются исключить из обсуждения право на труд (Всеобщая декларация прав человека, ст. 23), право на выбор местожительства (ст. 13.1), право на пищу (ст. 25.1), право на развитие (принято резолюцией 41/128 Генеральной Ассамблеи ООН 4декабря 1986 г. 146 голосами «за» при 1 (США) — «против» и 8 воздержавшихся), а также многочисленные общие права вроде права народов на мир (принято резолюцией 39/11 Генеральной Ассамблеи ООН 12 ноября 1984 г. 92 голосами «за» при 34 воздержавшихся)1.

Несомненно, все это свидетельствует о том, что западные политики, обращаясь к вопросу о правах человека на политических переговорах явно используют «стратагему перелицовки». Очевидно, что за этим стоят определенные политические цели и экономическая подоплека: осуществление некоторых из «перелицованных» прав человека вроде права на развитие потребует слишком больших инвестиций, на которые западные страны сегодня не готовы.

Стратагемный прием, который можно еще назвать «часть вместо целого», бывает весьма эффективным оружием на политических переговорах. Известно несколько аналогичных риторических приемов, которые также могут использоваться в качестве «стратагемы перелицовки»: «целое вместо целого» (полная подмена понятий), «целое вместо части» (частичная подмена понятий), «часть вместо части» (полная подмена части понятия).

Необходимо иметь в виду, что юридическое истолкование договора или каких-то принятых совместно документов на переговорах тоже может быть попыткой применить «стратагему перелицовки». Хотя сам текст договора остается неизменным, можно изменить его содержание новым истолкованием буквы закона или основных его положений. Дело в том, что участники переговоров обычно сознательно выбирают многозначные слова для заключительных документов из опасений, как бы точные формулировки «не разбудили спящую собаку». Но и без этих опасений у всякого слова — достаточно широкая область употребления, и лишь немногие слова обладают твердой однозначностью. Поэтому после завершения переговоров может произойти реинтерпретация принятых совместно документов в нужную

для ваших оппонентов сторону. Чтобы этого не случилось, необходимо интерпретировать все документы переговоров уже на пресс-конференции, сразу после их официального завершения, чтобы исключить последующее перетолкование.

Помимо сферы политической риторики, возможен и такой стратагемный ход с использованием идеи «перелицовки» на переговорах: раскол рядов политических оппонентов. Стоит удалить из делегации политических оппонентов на переговорах их ключевые фигуры — и делегация развалится, не сможет проводить единую политику. Поэтому обманным маневром можно потребовать исключить из состава делегации наиболее серьезных противников, расколов тем самым оппозиционные ряды.

Таким образом, сфера применения «стратагемы перелицовки» на политических переговорах весьма широка — от политической риторики до изменения состава делегации.