5.1. Что такое нарративное интервью

Нарративное интервью - это такой вид интервью, где методологические посылки качественной социологии выра­жены наиболее полно. Термин «нарратив» (narration) пере­водится с английского как «повествование». Российский исследователь ЕЯрская-Смирнова дает такое определение

______________

67 Впрочем, в учебнике В.А.Ядова «Социологическое исследование: методология, программа, методы» указана прямо противоположная тенденция.

(с.301) нарративного интервью: «Разговор, специально органи­зованный вокруг последовательности событий». В этом определении зафиксированы два важных момента:

а) этот вид интервью так же, как и все другие, специ­ально организован для реализации исследовательских задач, Т.е. выступает методом исследования;

б) последовательность событий означает здесь после­довательность событий жизни информанта. В идеале ин­формант начинает свое повествование с детства, с того момента, как он себя помнит, а заканчивает описанием событий своего настоящего.

Немецкий социолог Фриц Шютце, открыватель этого метода, «подсмотрел» эту «страсть» к рассказам о своей жизни в повседневности: преимущественно таким образом мы общаемся друг с другом. В этом смысле рассказы о событиях жизни, о пережитом являются «элементарным институтом человеческой коммуникации, ... повседневной, привычной формой коммуникации». ⁶⁸

Цель нарративного интервью - в максимальной представленности жизненного опыта информанта, в представлении событий жизни так, как они были пережиты. Рас­сказы информантов - это не прямое отражение объектив­ных событий. Напротив, это всегда конструирование мира и конструирование человеком самого себя, когда информант выстраивает перед исследователем реальность своей жиз­ни так, как он ее видит на данный момент.

Начиная с 1980 года, этот метод стал активно использоваться в Германии в рамках исследовательской страте­гии «история жизни» или в так называемых биографичес­ких исследованиях. Здесь объектами изучения выступали безработные, бездомные, пациенты психиатрических клиник,

____________-

⁶⁸ Журавлев В.Ф. Нарративное интервью в биографических исследо­ваниях // Социология-4М. 1993-1994. №3-4. с.35.

(с.302) участники второй мировой войны, представители тех или иных профессий и т.д.

Сегодня этот метод получил признание социологов во всем мире: пришло осознание, что с помощью нарративного интервью с его максимально выраженной субъектностью исследователь может получить глубокий доступ к субъективному миру информанта, что это - ценнейший источник информации о социальных процессах, в которые «встроена» жизнь каждого человека. Начинается его прак­тическое освоение и в российской социологии.⁶⁹

5.2. Специфические черты

Прежде всего, нарративное интервью максимально не формализовано. В то же время рассказ о жизни имеет свою внутреннюю структуру и логику: каждый человек в повсед­невной жизни обладает интуитивной компетентностью относительно правил построения рассказа (неважно, ка­сается он какого-то конкретного случая или целой жиз­ни). Эта компетентность служит гарантом того, что пове­ствование будет понято слушателем. Интуитивная компетентность здесь - имплицитные (внутренние) правила, которые Ф.Шютце называет цуцвангами, и в соответствии с которыми человек выстраивает свое повествование. При этом он, как правило, может и не подозревать об их существовании: любой человек стремится сделать свой рассказ доступным пониманию и воспроизводству со сто­роны других людей, т.к. «в осмысленности, линейности и целостном представлении человеческой жизни равно

______________

69 См.: Ярская-Смирнова Е. Социокультурный анализ нетипичности. Саратов, 1997; а также «Судьбы людей»: Россия ХХ век М: Ин-т социологии, 1996; Готлиб А.С. Социально-экономическая адаптация россиян: факторы успешности-неуспешности. М: СОЦис, 2001, № 7 и др.

(с. 303) заинтересованы как авторы автобиографических повество­ваний, так и интервьюеры и исследователи».⁷⁰ При этом эти правила коммуникации, эти ее внутренние требования чаще всего возникают тогда, когда рассказчик не имеет возможности предварительно планировать и подготовить свое повествование, т .е. если его рассказ - экспромт (отсюда вытекает и соответствующее требование к технике ин­тервьюирования).

Само это положение об интуитивной компетентности рассказчика, о выборе схем объяснения, понятных слушателю, базируется на методологических постулатах симво­лического интеракционизма, этнометодологии, феноменологической социологии, «объясняющих», как возможно понимание. Речь идет о знаменитом тезисе А.Шюца, на­зываемом «тезисом взаимных перспектив», с помощью которых преодолеваются различия «индивидуальных пер­спектив». В этнометодологии, как мы уже говорили, эти имплицитные правила называются «фоновыми ожидани­ями» и представляют собой образы действий безо всякой рефлексии, существующие в сознании и одинаковые для всех членов общности (см. тему 3 части 1).

Ф.Шютце выделяет такие имплицитные правила:

- целостность и законченность. Все важные и суще­ственные для жизненного опыта рассказчика события из­лагаются в их целостной взаимосвязи, каждый конкрет­ный эпизод получает законченный вид;

- сгущение. Поскольку рассказчик понимает, что в его распоряжении ограниченное количество времени, он вы­нужден останавливаться только на самых существенных (в его понимании) событиях своей жизни;

- детализация. Детализация здесь рассматривается как частный аспект целостности: вводя новую тему или новые

_________________

⁷⁰ Голофаст В.Б. Многообразие биографических повествований//Социологический журнал. 1995. №1. С.76.

(с.304) имена, рассказчик чувствует необходимость уточнять, про­яснять конкретные обстоятельства.

Еще раз подчеркнем, что эти нарративные правила вытекают из логики нарративного жанра, воспроизводя­щего жизненный опыт рассказчика (опыт переживания жизненных событий) и всегда рассчитанного на понимание слушателя.

Еще одна значимая черта - нарративное интервью максимально недирективно. Это означает, что оно кардинально снимает проблему «заданности», несвободы информан­та, предоставляя ему возможность самому в процедуре опроса конструировать реальность своей жизни или ее фрагмента. Интервьюер здесь утрачивает роль ведущего, управляющего процедурой интервьюирования, происходит реверсия (изменение) ролей, и ведущим становится информант.

Можно сказать, что в нарративном интервью воплотилась тоска социолога по «живому слову» во всех его красках и оттенках, тоска как результат усталости от час­то безуспешных попыток найти слова, на которых говорит народ.⁷¹ В нарративах сам народ заговорил «во весь голос», получив возможность, Может быть, впервые в со­циологическом исследовании говорить на своем языке. Да, и слово «народ» здесь Можно употреблять только метафо­рически. В тексте нарратива в полный рост встает индивидуальное во всей своей неповторимости и уникальности. В этом смысле нарративы - всегда «голоса из хора», если использовать удачную метафору Н.Н.Козловой.

Можно выделить и еще одну особенность - нарративное интервью, может быть, единственный метод, где

_________

⁷¹ При разработке стандартизованного опросника социологу порой долго и мучительно приходится «отрабатывать» язык опросника, чтобы он был понятен респондентам.

(с.305) социолог может «схватить» процессуальность жизни, обыч­но ускользающую от исследователя.

Конечно, внутренние изменения в объекте, «встроен­ные во временные координаты», можно изучать и други­ми способами: используя стратегию «кейс-стади» или про­водя лонгитюдные исследования⁷² как особый тип в рам­ках классической парадигмы.

Вместе с тем в исследовании типа «кейс-стади» времен­ной интервал, как правило, очень узкий и редко перевали­вает за год. Лонгитюдное исследование, хотя и может ох­ватывать значительные по величине «куски» жизни, само по себе не является сегодня распространенной исследова­тельской практикой, что, впрочем, вполне объяснимо: наша нестабильная, калейдоскопическая жизнь слишком плохо оборудована для подобного рода исследований.

Вот эта ориентированность нарративного интервью на «схватывание» процессуальности жизни особенно вос­требована в эпоху перемен, когда социальное время спрессовывается, уплотняется, делается более насыщенным значимыми событиями. Наш исследовательский опыт ис­пользования этого метода для изучения социально-эконо­мической адаптации россиян как процесса поведенческого и субъективного освоения того реального социального про­странства, которое сегодня формируется, подтверждает это.

В самом деле, вряд ли можно было бы понять, что про­исходит с людьми в период «резкого поворота руля» без анализа их собственных повествований об этом. Как, впро­чем, едва ли можно было бы без анализа нарративов ответить на столь мучительный для судеб реформирования

____________

⁷² «Особость» лонгитюдного исследования состоит в том, что в нем изучаются одни и те же люди на разных этапах жизненного цикла: сначала школьники, потом, когда они заканчивают вузы, наконец, через несколько лет работы, и т.д.

(с.306) вопрос: «Почему одни люди успешно вписываются в ме­няющуюся реальность, осваивая и конструируя новые «правила игры», в то время как другие остаются за бор­том этого процесса?»