Тема 19. Психология памяти

переменных. Это свойство относится к понятию схем—прототипов¹, ко­торые служат справочными схемами для категорий.

Схемы работают во взаимодействии, т.е. вход среды кодируется из­бирательно, согласно действующим в данный момент схемам, и в то же время отбирает релевантные схемы². Как только какое-то событие в сре­де доставляет «данные» для схематического анализа, процесс активации автоматически (и интерактивно) идет далее на соответствующие схемы. Мы предполагаем, что если определенная область знаний организована иерархически, то активация распространяется на высшие (наиболее абст­рактные) релевантные схемы. Стул активирует не только «схему стула», но и более общие схемы, такие как «мебель» и, возможно, «вещи, на которых сидят». Кроме того, активация схемы приводит к подавлению других конкурирующих схем. Данные среды активируют потенциальные схемы, благодаря чему готовность к одним данным увеличивается, а к другим понижается (торможение). Благодаря механизму торможения становятся доступными специфические схематические представления, и не будет интерференции со стороны представлений, очень сходных с ними³.

Особое взаимодействие между данными окружения и доступными индивиду схемами объясняет как внешние, так и внутренние (психичес­кие) воздействия на восприятие и память. Предшествующая активация схем, детерминированная местом, где мы находимся, и тем, что мы де­лаем и ожидаем, будут фокусировать восприятие и понимание на специ­фической гипотезе о наиболее вероятных явлениях среды и поддерживать построение вероятных объектов и событий при отсутствии доступных внешних данных.

Процессы активации происходят автоматически, они не осознаются воспринимающим или понимающим субъектом. Тем не менее, можно про­вести различение возможных видов активации. В определенных условиях может активироваться только одна целевая схема без каких-либо других содержаний психики. Такими «другими содержаниями психики» могут

¹ См.: Rosch Е., Mervls С. Family resemblances: Studie in the internal structure of categories // CognitvePsychology. 1975. Vol. 7. P. 573-605; Rosch E. Principles og catego­ rization // Cognition and Categorization // E.Rosch, B.B.Lloyd (Eds.). Hillsdale, NJ: Erlbaum, 1978.

² См.: McClelland J.L., Rumelhart D.E. An interactive activation model of context effects in letter perception. Part 1: An account of basic findings //' Psychological Review. 1981. Vol. 88. P. 375-407; Marcel A.J. Conscious and unconscious perception: An approach to the relations between phenomenal experience and perceptual processes /,/ Cognitive Psychology. 1983. Vol. 15. P. 238-300.

³ См.: Rumelhart D.E., McClelland J.L. An interactive activation model of context effects in letter perception. Part 2: The contextual enhancement effect and some tests and extentions of the model // Psychological Review. 1982. Vol. 89. P. 60-94, где эта идея реализована применительно к опознанию слов.

Мандлер Д. Схемы как системы репрезентации

91

быть, в частности, другие представления, вызванные внешними события­ми. Например, «механическое» повторение может фокусироваться на це­левом событии (изречении или стихотворении) безотносительно к его зна­чению (т.е. не устанавливая связи с другими объектами или событиям)¹. Как только представление активировано, неважно, в соединении с други­ми схемами или без него, эта активация производит интеграцию опреде­ленной структуры. Одним из следствий активации признаков или свойств, характеризующих данную схему, является то, что распространение акти­вации внутри этой схемы приведет не только к большей активации всех ее признаков, но и к взаимной активации тех признаков данной схемы, ко­торые наиболее вероятны в последующих событиях. В результате схема становится более узкой и определенной и в последующих случаях будет более эффективной. Но в определенных условиях специфическая схема может быть активирована по отношению к другим объектам и событиям. Этот вид активации производит разработку, связывающую содержания психики друг с другом. Разработка особенно важна для приобретения но­вых структур знания и играет главную роль в сохранении и будущем вос­становлении следов памяти.

¹ См.: Mandler G. Organization and repetition: Organizational principles with special reference to rote learning // Perspectives on Memory Research / L.-G Nillson (Ed.). Hillsdale, NJ: Lawrence Brlbaum Associates, 1979.

Г. Глейтман,

А. Фридлунд,

Д. Райсберг

КОГДА ПАМЯТЬ ОШИБАЕТСЯ¹

<...> Процессы памяти опираются на прошлый опыт — как и про­цессы восприятия. И эта опора может оказаться как крайне полезной, увеличивая эффективность переработки информации и позволяя компен­сировать ее отрывочность и двусмысленность, так и весьма опасной, по­скольку она искажает наши воспоминания.

Искажение воспоминаний

Классический эксперимент искажения воспоминаний провел бри­танский психолог Фредерик Бартлетт. Он читал испытуемым сказки дру­гих народов, и содержание этих сказок зачастую казалось им весьма странным и даже бессмысленным. Однако когда испытуемые пересказы­вали услышанные сказки, то часть того, что казалось им в этих сказках странным и бессмысленным, они реинтерпретировали в соответствии со своими представлениями или же добавляли какие-то элементы, так что­бы сюжет сказки стал более понятным и согласованным².

Влияние схем. С тех пор было проведено немало исследований, в которых был воспроизведен или модифицирован оригинальный экспери­мент Бартлетта; выяснилось, что на память испытуемых сильное влия­ние оказывают существующие у них понятийные системы. Элементы, которые согласуются с этими системами, запоминаются без труда; те же, которые кажутся странными или непонятными, обычно искажаются или

¹ Глейтман Г., Фридлунд А., Райсберг Д. Основы психологии. СПб.: Речь, 2001. С. 318, 326-332, 336.

² См.: Bartlett F.C. Remembering: A Study in Experimental and Social Psychology. Cambridge: Cambridge University Press, 1932.

Глейтман Г., Фридлунд А., Райсберг Д. Когда память ошибается 93

вообще не фиксируются. Те элементы, которых не существует в стимульном материале, но которые типичны для событий такого типа, обычно «достраиваются» в памяти самим испытуемым. К примеру, участникам одного исследования рассказывали о визите человека к дантисту, а потом просили припомнить, что именно они услышали. Многие ошибочно при­помнили, как этот человек брал карточку в регистратуре и как рассмат­ривал журнал в комнате ожидания, хотя в исходном рассказе эти детали не были упомянуты вовсе¹. В другом эксперименте участников просили подождать некоторое время в кабинете профессора; затем их попросили описать этот кабинет. Треть испытуемых «вспомнила», что в кабинете были книжные полки, хотя в действительности их там не было². В этом случае ошибка существенна (книжные полки имеют довольно большие размеры, испытуемые провели немало времени в кабинете, а припоми­нание происходил» сразу посте выхода из него), но она вполне согласует­ся с обычными представлениями о том. что «должно» находиться в каби­нете профессора.

Во всех этих случаях значительное влияние на память оказывают представления испытуемых об окружающем мире и понятийные систе­мы, которые они привносят' и ситуацию. Многие психологи называют та­кого рода рамки схемами. Этим термином принято обозначать общую когнитивную структуру, включающую в себя какие-либо сведения или события: как правило, акцент делается на крупных элементах, а не на деталях. Поскольку многие аспекты нашего опыта время от времени повторяются: к кабинетах профессоров, как правило, есть книжные пол­ки, пациенты стоматологической клиники обычно берут карточки в ре­гистратуре схема представляет собой удобный «конспект» этой повто­ряющейся ситуации и помогает интерпретировать и дополнять не­обходимыми деталями наши воспоминания.

Свидетельские показания. Схематизированные воспоминания но многом полезны: с их помощью мы можем запомнить, сохранить в па­мяти и воспроизвести гораздо больше материала, чем могли бы, не будь у нас таких схем. Но у этой пользы есть и оборотная сторона, потому что иногда ошибки припоминания имеют серьезные последствия. Следовате­ли, судьи и присяжные в своей работе исходят из того, что свидетельские показания соответствуют действительности, но свидетели (как и любой человек, полагающийся на свою память) иногда ошибаются. Детали со­бытия, произошедшего несколько месяцев назад, со временем тускнеют. И когда свидетель пытается припомнить, что же именно произошло, бы­вает, что он заполняет пробелы в своих воспоминаниях рассказом о том, чего в действительности не было.

¹ См.: Bower G.H., Black J.B., Turner T.J. Scripts in memory for text // Cognitive Psychology. 1979. Vol. 11. P. 177-220.

² См.: Brewer W.R., Treyens J.C. Role of schemata in memory for places // Cognitive Psychology. 1981. Vol. 13. P. 207-230.

94