Островитянство и вовлеченность

На протяжении веков Ла-Манш был столь же реальным, сколь и символическим водоразделом между Англией и континентальной Ев­ропой. Открытие в 1994 г. тоннеля, связавшего берега Англии и Фран­ции, не смогло преодолеть этот разрыв. По результатам опросов поло­вина британцев вообще не считают себя европейцами, и только 23% признали^ что в значительной степени или хотя бы отчасти относят себя к ним. Сообразуясь с обстоятельствами, политики заявляют о близости Англии то к США, то к странам Содружества, разбросан­ным по всему земному шару, то к Европе [12].

303

Островитянство не следует путать с изолированностью. Британия входит в состав более 125 различных международных организаций, включая ООН, Европейский союз и НАТО. На место Британской империи пришло Содружество — свободное объединение 50 суверен­ных государств, расположенных на всех континентах. Независимый статус его основных членов доказывается тем, что эта ассоциация больше не называется «Британским Содружеством». Страны-участни­цы разительно отличаются друг от друга и уровнем жизни, и языком, и культурой,' и религией, и степенью своей демократичности.

Британская внешняя политика с 1945 г. представляет собой цепь военных и дипломатических соглашений. Британия является одним из пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН, хотя давно ли­шилась былой военной мощи. Победа в 1982 г. в войне за Фолкленд­ские острова не может считаться доказательством высокой боеспо­собности британских вооруженных сил,шоскольку аргентинские вой­ска, захватившие маленькую изолированную колонию, были плохо организованы. Когда Институт Гэллапа проводил опрос: «Что пред­почтительней для Британии: быть ведущей мировой державой или ма­ленькой нейтральной страной наподобие Швеции или Швейцарии?», 49% населения выбрали второй вариант и лишь 34% — первый [13].

Но если военная сила используется сейчас редко, то экономичес­кие урегулирования происходят постоянно. Англия зависит от миро­вой торговли, поскольку вынуждена в больших количествах импорти­ровать продовольствие и сырье. Чтобы платить за это, Англия вывозит десятки наименований промышленной продукции, а лондонские финансовые учреждения занимаются «невидимым* обслуживанием денежных потоков. За последние 20 лет номинальная стоимость бри­танского фунта по отношению к доллару снизилась с 2,50 доллара до менее 1,25 доллара. Ни дебаты, ни голосования в парламенте не по­могли провести политику «крепкого фунта» и справиться с утечкой спекулятивного капитала из Лондона в валюты других стран, К концу 1999 г. номинальная стоимость фунта составляла около 1,63 доллара.

По мере того как Англия теряла статус мировой державы, прави­тельство все чаще поглядывало в сторону Европы. В век реактивной авиации Ла-Манш перестал быть препятствием для путешествий на континент, тем более что проложенный по дну пролива тоннель со­единил Лондон и Париж. Государственные границы — не помеха для новостных, спортивных и развлекательных программ телевидения и Интернета. Крепнут экономические контакты: к примеру, английские филиалы компании «Форд Мотор» связаны с заводами в Западной Европе точно так же, как предприятия Форда, расположенные в раз­ных американских штатах.

Когда в 1957 г. образовалось Европейское Сообщество, Британия не присоединилась к нему, поскольку тогдашнее руководство страны считало, что проблемы ее континентальных соседей, разоренных вой-

304

Ной, не имеют к ним отношения. В ЕС Британия вступила лишь в 1973 г., когда правительство возглавлял Эдвард Хит. По итогам обще­национального референдума 1975 г. 67% англичан высказались зато, чтобы страна оставалась членом ЕС. Однако и в обществе, и среди Политиков нет единодушия по вопросу о том, какую роль может и б^дет играть Британия в Европе. Прежде чем палата общин ратифи-|гйровала соглашения по Маастрихтскому договору, предоставляю-|цему ЕС более обширные полномочия, резкая критика со стороны Парламентариев-консерваторов заметно ослабила позиции правитель--£тва Мейджора.

Между тем значение европейской политики возросло, что симво­лизировалось переменой названия: Сообщество именуется отныне Европейским союзом. Больший объем полномочий, позволяющих ЕС Двигаться в направлении создания единого европейского рынка, ог-^ничивает решения, принимаемые в Лондоне. Британские министры ice больше времени проводят в переговорах со своими коллегами из четырнадцати европейских стран, и эти переговоры охватывают очень Широкий круг вопросов — от базовых экономических принципов до того, следует ли разливать британское пиво традиционными пинтами или необходим переход на метрическую систему мер [14].

Британское правительство не может делать вид, будто не замеча­ет происходящих в мире перемен. Англичане не могут сделать так, чтобы их страна стала маленькой и богатой вроде Швеции или Швей­царии. Истинный выбор сегодня надлежит сделать между Англией — Крупной, богатой странрй и Англией — крупной, относительно бед­ной европейской страной. Правительствам малых стран, всегда при­знававшим влияние со стороны более могущественных соседей, лег­ко и просто обменять номинальный суверенитет на членство в ЕС. Но это становится настоящим потрясением для многих британских политиков, гордящихся независимостью своей державы, ее доказан­ной в двух мировых войнах способностью не допустить вторжения врага, ее связями с другими государствами на многих континентах и в том числе давними «особыми отношениями» с Соединенными Штатами.

Внутри ЕС существует такое разнообразие политических воззре­ний, что британскому правительству не составляет труда найти союз-ников по любому вопросу, затрагивающему интересы Британии. Но