98 Глава II. Проблема меньшинств в истории правовых учений

в 1847 г. книгу под названием «Система социальной политики». Отталкиваясь от трудов Руссо, Фребель, рассматривая категорию «общей воли», обратил внимание на механизм ее формирования. Фребель считал, что закон существует только для его создателя, для остальных же — это не закон, а «заповедь или приказ». Однако, сознавая неизбежность координации действий во имя достижения общей цели, Фребель разделял принцип приоритета большинства. Наряду с этим, Фребель понимал необходимость учета интересов меньшинства. Он писал: «От меньшинства никто не требует, чтобы оно отказывалось от своей воли, чтобы оно объявляло свое мнение ошибочным; от меньшинства не требуют даже, чтобы оно отказыва­лось от своей цели. Но ...требуют, чтобы меньшинство отказалось от практической реализации своего убеждения до тех пор, пока ему не удастся лучше представить свои аргументы и собрать необ­ходимое число согласных с ним» [148]. Исследовавший творчество Фребеля немецкий философ Ю. Хабермас указывал, что в то время как у Руссо суверен воплощал в себе власть и монополию на власть, народ у Фребеля — это уже не «тело», а только «среда, в которой происходит многоголосый процесс образования мнения, где сила заменена взаимопониманием» [149].

Крупный вклад в развитие либерализма внес английский фило­соф Джон Стюарт Милль (1806— 1873), выступавший за индивиду­альную свободу и автономию индивидов, за ограничение не только государственной власти, но и власти большинства. В труде «О сво­боде» (1859) Милль справедливо отмечал: «Народ, облаченный властию, не всегда представляет тождество с народом, подчиненным этой власти, и так называемое самоуправление не есть такое пра­вление, где бы каждый управлял самим собою, а такое, где каждый управляется всеми остальными. Кроме того, воля народа на самом деле есть не что иное, как воля наиболее многочисленной или наи­более деятельной части народа, т. е. воля большинства или тех, кто успевает заставить себя признать за большинство, — следова­тельно, народная власть может иметь побуждения угнетать часть народа, и поэтому против ее злоупотреблений также необходимы меры, как и против злоупотреблений всякой другой власти. Стало быть, ограничение правительственной власти над индивидуумом не утрачивает своего значения и в том случае, когда облеченные властию ответственны перед народом, т. е. перед большинством на­рода» [150]. Для Милля неприемлема любая форма посягательства на личность — как с применением физической силы, так и пу­тем «нравственного насилия» через общественное мнение. Исходя из этого, Милль формулирует принцип, согласно которому лю­бое принуждение возможно лишь тогда, когда действия индивида

4. Концепция лрав меньшинства

99

причиняют кому-либо вред. «Власть общества над индивидуумом, — указывает Милль, — не должна простираться далее того, насколько действия индивидуума касаются других людей; в тех же своих дей­ствиях, которые касаются только его самого, индивидуум должен быть абсолютно независимым над самим собою, — над своим те­лом и духом он неограниченный господин» [151]. Защиту личности Милль видел в хорошо устроенных и правильно функционирую­щих государственных институтах, формируемых народом на основе «представительного правления».

Либеральная доктрина отражала взгляды прогрессивных идео­логов утверждавшегося капиталистического строя. Наряду с этим, существовали иные политико-правовые течения, в той или иной сте­пени затрагивавшие проблемы соотношения большинства и мень­шинства. Ближе всего с либеральным мировоззрением смыкают­ся, в данной части, взгляды английского исследователя Герберта Спенсера (1820—1903), который полагал, что общество существует для блага его членов, а не члены — для блага общества. Спенсер не разделял принципа приоритета большинства. Критикуя пози­тивиста Джона Остина (1790—1859), Спенсер отмечал, что Остин для обоснования силы положительного закона вернулся к призна­нию абсолютизма власти, предписывающей закон. Спенсер ука­зывает: «Признав или, скорее, допустив без всякого рассуждения неограниченную власть того простого или сложного, широкого или узкого коллектива, который он называет носителем верховной власти, ему, разумеется, ничего не стоит вывести отсюда ценность декретов власти, которые он называет положительным законом. Но он только отдалил проблему, а не разрешил ее. Вопрос со­стоит главным образом в том, чтобы знать: откуда происходит верховная власть? С какой стати отдельное лицо, или меньшин­ство, или большое число людей получает право на такое неогра­ниченное преобладание над остальными членами группы?» [152]. Рассуждая далее о парламентской власти, Спенсер приходит к вы­воду, что «божественное право парламентов означает божествен­ное право большинства», и основой притязаний на абсолютную власть служит убеждение народа и законодателей, что «большин­ство имеет неограниченные права». По Спенсеру, это общепри­нятое мнение должно быть радикально изменено с тем, чтобы осуществить децентрализацию власти и обеспечить возможности консенсуса для удовлетворения интересов различных социальных групп [153].

Особый взгляд на проблему большинства и меньшинства изло­жен в сочинениях Фридриха Вильгельма Ницше (1844—1900). Рас­крывая историю человечества как борьбу за власть воли сильных