Заключение научной работыдиссертация на тему "Религиозная лексика в чеченском языке"

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное выше исследование религиозной лексики чеченского языка показывает ее неоднородность, проявляющуюся в различных аспектах. Во-первых, эта неоднородность вызвана сочетанием в религиозной терминологии нескольких религиозных систем: здесь широко представлена, с одной стороны, мусульманская терминология и, с другой стороны, выявляется значительный пласт лексики, восходящий к временам языческих мировоззрений. С принятием ислама, самобытные религиозные верования чеченцев и ингушей перемешались с мусульманскими представлениями, образовав таким образом, причудливую форму религиозного синкретизма. Поэтому на современном этапе религия вайнахов представляет собой неповторимое историческое и социальное явление. Наконец, отчетливо прослеживается и та часть лексики, которая своим появлением обязана влиянию христианства.

Три религиозные системы - язычество, христианство и ислам - могут быть сопоставлены с тремя источниками пополнения религиозной лексики -исконно нахским словарным фондом, а также с арабскими и грузинскими заимствованиями. Однакая такая закономерность прослеживается далеко не всегда, поскольку в религиозной терминологии, как и в чеченской (и вайнах-ской) лексике в целом, не могли не отразиться многовековые процессы этнических и языковых контактов. Поэтому в исследуемой лексике мы находим, помимо отмеченных, лексемы тюркского (элча 'посланник божий' и др.), иранского (пайхамар 'пророк, пророчица' и т.п.) и иного происхождения.

Религиозно-мифологические представления древненахских племен изучены слабо. Тем не менее исследование религии и ее языка как предмета науки занимает важное место в системе общественных наук.

В ходе исследования полностью подтвердился тезис о том, что ".эволюция религиозных представлений являла собой не полную смену одних форм другими, а наслаивание нового на старое" [Рыбаков 1981: 597]. Это означает, что языческая религия, так или иначе, вплелась в различные стороны современной человеческой жизнедеятельности и не представляет собой обособленной подсистемы. На материале проведенного исследования этот тезис подтверждается такими лексемами, как къа 'грех', са 'душа' и т.д., первоначально входившие в систему терминов языческой религии, но впоследствии органично вписавшиеся в систему религиозной терминологии ислама. Аналогичную трансформцию претерпели и некоторые термины христианства, ср., например, грузинские заимствования марха 'пост', жоьжохати 'ад' и др.

Можно сказать, что "сохранившиеся в религиозном сознании верующих. языческие верования выступают как бы фундаментом, на который опираются собственно мусульманские верования" [Гадаев 1982: 128]. Имен-I/ но в силу своего много-планового синкретизма религия внутренне противоречива, что, в частности, затрудняет построение непротиворечивой классификации религиозной лексики. Несмотря на это, в данной работе была предложена классификация, включающая следующие компоненты:

I. Названия существ и явлений, связанных с потусторонним миром

1. Названия сверхестественных существ а) «Светлые» силы: Аллах1 'Бог, Аллах', Дела 'бог', малик 'ангел', элча 'посланник божий', х1уьрла1а 'гурия, райская дева' и др.; б) «Темные» силы: джел1а 'дьявол', джин 'джинн, злой дух, бес', дожал 'антихрист', йилбаз 'дьявол', uiaiimla 'черт, дьявол, шайтан', в) Фольклорные персонажи: турпал 'богатырь', йешап 'старуха-колдунья (в сказках)', алмаз 'дух скал', г) потусторонние существа - животные: ида 'мифическая птица', Бу-ракъ 'легендарный конь (в мусульманской мифологии)';

2. Названия фрагментов потустороннего мира: эхарт 'загробный мир', ялсаламани 'рай', Iapiu 'божий престол',

3. Названия событий, связанных с потусторонним миром: къематде 'светопреставление, судный день страшного события',

II. Основные богословские понятия: капарат 'искупление', кхоллам 'судьба, рок, предначертание', къа 'грех';

III. Названия людей по их отношению к вере

1. Мусульмане: бусулба 'мусульманин (-ка)', хъаъжа 'паломник (мусульманин, посетивший Мекку)', эвлаяъ 'истолкователь воли божества, святой', в т.ч. священнослужители: устаз 'шейх (который принимает исповедь)', шайх 'шейх',

2. Немусульмане: керст 'иноверец, неверный, нечестивый, гяур (не мусульманин), христианин', шшансиз 'неверный';

IV. Обозначения религиозных обрядов и свзанных с ними понятий

1. Мусульманские обряды: dola 'молитва', дзуькар 'зикр, радение мусульманских сектантов', салт 'призыв на молитву',

2. Немусульманские обряды: пал тасар 'гадание';

V. Обозначения действий, проводимых в соответствии с религиозными предписаниями или воззрениями: uiapl 'шариат', напг1а 'пожертвование', тезет 'место поминок во дворе (куда приходят родственники и знакомые умершего для выражения соболезнованияу;

VI. Названия предметов культового и обрядового назначения: суьлхьа 'четки', х1айкал 'амулет', барам 'погребальные носилки';

VII. Названия строений и сооружений культового и обрядового назначения и их частей: хьаэщ1а 'могила пророка Мухамеда (место паломничества мусульман)', зиярт 1) паломничество, посещение святых мест; 2) гробница святого; каш могила;

VIII. Названия религиозных текстов: къур1ан 'коран', джуз 'одна тридцатая часть корана', еса 'молитва из корана';

IX. Антропонимы;

V IX. Устойчивые выражения.

Как показывает анализ функционирования рассматриваемой лексики в современном чеченском языке, она не только образует систему, обслуживающую передачу мусульманского мировидения, в ней выделяются группы слов, образующие отдельные системы, в т.ч. устойчивые выражения, а также различные жанры фольклора - пословицы и поговорки, сказки и легенды и т.п., хотя они не остаются замкнутыми: например, в сказках достаточно часто встречаются лексемы, без сомнения, относящиеся к мусульманской лексике.

Сравнение чеченской лексики с языком-источником, а также с другими кавказскими языками в целом ряде случаев показывает нецтральный характер заимствуемого слова, приобретающего религиозные коннотации уже в языке-реципиенте. На наш взгляд, это вызвано отождествлением арабского языка с языком религии, в результате любое слово арабского происхождения оказывается маркированным с этой точки зрения.

Широкое понимание религиозной лексики, принятое в рамках настоящей работы охватывает не только собственно лексические единицы, в семанV тике котрых заложен компонент сверхъестественного. При историческом подходе в эту группу следует включать и элементы, не имеющие в своей семантике этого признака. Сюда относятся названия животных, растений, небесных тел и нек. др., то есть названия тех существ и явлений, которые в древности наделялись магическими способностями.

В настоящее время мы располагаем лишь косвенными данными об историческом тотемизме и анимизме у вайнахов. К этим косвенным данным, как показано в работе, можно отнести (а) наделение особыми свойствами животных и растений в вайнахском фольклоре, т.е. в сказках, легендах, пословицах и поговорках; (б) обычай наречения именами - названиями животных, птиц, растений и т.п.; (в) свидетельства о сохранявшихся еще в недалеком прошлом обрядах поклонения языческим божествам, о народных поверьях и т.п. С этими мтериалами в работе были сопоставлены данные археологических находок, сделанных на территории Чечни и Ингушетии в последние годы.

Наконец, третьим компонентом религиозной лексики выступают имена собственные - названия божеств, духов, эпических героев и т.п. В отдельных случаях здесь приходится применять процедуры внутренней и внешней реконструкции, поскольку сведения о функциях того или иного мифического образа оказываются весьма отрывочными.

В нашей работе мы затронули вопросы эволюции первобытной религии, попытки построения картины мира и выработки мировоззрения древних нахских земледельцев, создание сложной знаковой системы в искусстве, разработку задолго до ислама своих собственных представлений о мироздании. Религиозные представления вайнахов начали формироваться в весьма отдаленные времена, что потребовало экскурса в глубины древней истории, в частности, учета данных археологии.

Рассмотренная нами религиозная лексика дает нам представление о различных сторонах жизни вайнахского общества доисламской эпохи. В языческой лексике нашли свое отражение духовная и материальная культура чеченцев и ингушей, внешние связи и влияния, духовный гнет, испытанный народом на протяжении тысячелетий.

Важное значение имеет анализ языческой лексики не только для нахского языкознания, но и истории нахских народов. В конкретные времена язык древнейших верований вайнахов отражал потребности социального бытия^ того или иного общественного действия.

Значение языческой лексики нам необходимо для изучения и критического осмысления культуры вайнахов в целом. К сожалению, во второй половине XX столетия в обществе произошли серьезные изменения, приведшие во многом к выветриванию вековых традиций. Так, бытовавшие в свое время в устном народном творчестве сказки и легенды ныне можно встретить лишь в литературной записи. Еще в 80-х годах соответствующие тенденции были отмечены А. О. Мальсаговым: «Затухание сказочной традиции проявляется прежде всего в волшебных и героических сказках. Сюжеты их подверглись некоторой деформации, что выразилось в искусственной контаминации., убыстренном темпе действия, проникновении современной лексики (койка, фургон, фаэтон, балалайка, чемодан, винтовка и т. д.) и фразеологии («если учесть наш труд», «муж ушел иа войну», «ты на всю жизнь будешь обеспечена», «ушел в кино или в театр» и т. д.), стремлении к точности при определении времени и расстояния» [Мальсагов 1983: 14].

Соответственно, и интересующая нас лексика, если не считать терминологии ислама, уже практически вышла из употребления.

В этих условиях дальнейшее исследование данной группы лексики может иметь перспективы лишь при условии привлечения более широкого-при

4 < к С С' ИСиЧУ -влечения данных древних языков Востока.